Саманта
Шрифт:
– Ты можешь сказать примерно, сколько у тебя эта скрытая масса?
– Тонн десять. Я могу вывести ее в виде космического корабля, например.
– Так, значит...
– Роджер замолчал, решив, что объяснения Саманты вполне логичны.
– А то что я стал молодым?
– А это еще проще. Кровь крыльва имеет большую жизненную силу. Она переменила обмен веществ в тебе. Ускорила его во много раз и вывела из тебя дрянь накопившуюся в тебе за все твои годы. Понял?
– Понял.
– Твоя, разумеется.
– Ты же ее со своей смешала.
– Ну и что. Смешала, а затем разлила эту смесь в два стакана. Один отдала тебе, другой забрала себе.
– То есть во мне смесь твоей крови и моей?
– Ну, если ты такой дотошный, то да. Тебя это сильно задевает?
– Не знаю. Мне это кажется странным.
– Вы никогда не делали искусственного переливания крови?
– Делали, но так как ты...
– Я сделала все так же и ничего другого. Немного другим способом только и вся разница. Есть еще вопросы?
– Есть.
– Спрашивай.
– Если ты сейчас имеешь генокод моей жены, то ты настоящая иренийка? Я имею в виду биологию.
– Думаю, ни один ваш профессор не отличит меня от иренийки.
– И это значит, что ты можешь родить от меня?
– По моему, ты слишком далеко заходишь.
– Ничего не далеко. Ты использовала то что принадлежало мне. Моя жена, это моя жена. Ты стала ею, значит...
– Забудь об этом, Роджер.
– Почему?
– Потому что забудь.
– Ты хотела что бы я тебе верил, а сама этого не хочешь.
– Я хочу быть тебе другом, а не женой. Не понимаешь? Я не человек. У меня не будет от тебя детей.
– Почему?
– Потому что у крыльвов не бывает детей без любви. Никогда не бывает. Если же ты хочешь развлечений, то я лучше стану каким нибудь зверем, что бы ты ко мне не приставал с этим.
– Нет.
– сказал Роджер.
– Что нет.
– Я не буду приставать. Только дай мне еще поглядеть на нее. Ты можешь сказать, почему восстановив ее тело ты не восстановила ее саму?
– Ты смешон, Роджер. Сознание, это информация. А информация не возникает из пустоты просто так. Все что знала твоя жена, все то что составляло ее саму, не было записано в генах. В генах записана только информация о носителе. Тело человека это носитель информации. Что в него записал, то в нем и есть.
– Ты можешь перезаписать все что находится в моей голове?
– Да.
– И что тогда будет?
– Все зависит от того что я сделаю. Стирание этой информации будет означать для тебя полную смерть. Если я перезапишу ее в другой мозг, то ты окажешься в другом теле.
– То есть я окажусь в двух экземплярах?
–
– А что такое сумасшествие?
– В определенном роде это сбой твоей программы.
– А сама программа? Ее же кто-то должен был написать тогда?
– Ее написала природа. Может, кто-то еще. Природа написала основу программы, а в процессе воспитания программа меняется и развивается. Ты учишься и фактически сам меняешь свою программу.
– Но я этого не замечаю.
– А ты замечаешь, как бегают атомы в твоем теле? Знаешь какие химические реакции происходят в твоих клетках в каждую секунду? Подумай об этом. Это так же странно, как и то что я сказала о программе.
– Когда начинаешь об этом думать, все кажется глупым и бессмысленным.
– ответил Роджер.
– Но при этом ты не считаешь, что каждое существо имеет право решать жить ему или нет?
– О чем это ты?
– О том. Ты только что думал о том что твоя жизнь бессмысленна.
– Я бы не сказал так категорически.
– Но все же. Ты живешь, ты о чем-то думаешь. Ты идешь к какой-то своей цели. Ведь так?
– Так.
– И так происходит со всеми. С каждым существом.
– Да.
– И что? Ты ничего не придумал, Роджер?
– Что мне придумывать? Я не понимаю.
– Ладно. Потом поговорим. Пойдем.
– А куда?
– Я же тебе говорила. Надо помочь твоим друзьям выйти на свободу. Ты же не хочешь что бы они были собаками у хмеров?
– Не хочу.
– Идем.
Они поднялись и пошли через лес. Саманта вела куда-то Роджера и он не понимал где находился. Вокруг были леса. Рядом не редко появлялись разные звери и под конец после нескольких схваток с хищниками Саманта превратилась в крылатую львицу и пошла через лес в таком виде, посадив Роджера себе на спину.
– Мне неудобно так делать, Саманта.
– сказал Роджер утром нового дня, когда она снова легла перед ним, что бы он забрался на нее.
– Тебе удобно делать мне плохо?
– спросила Саманта.
– Я же...
– Не говори глупостей. Я не лошадь. А будешь так думать, превращу тебя в крысу и съем. Залезай.
Роджер забрался на нее и вновь весь день ехал верхом на Саманте. Они вышли из леса как-то внезапно. Впереди появилось поле, а за ним сразу же начинался город.
Роджер свалился на землю, когда Саманта исчезла под ним.
– Черт...
– проговорил он.
– Где черт? Покажи.
– сказала Саманта, объявляясь рядом в виде Рауль.
– Я же упал.
– сказал он.