Чтение онлайн

Герольды трижды протрубили, и Турнир начался. У королевского трона, в окружении флагов и гербов сражающихся, сидела Принцесса, с легкой скукой наблюдая, как лучшие мужи королевства проливают кровь в ее честь.

Напротив, в рядах для замковой прислуги, стоял Ученик - и смотрел на нее сквозь пыль арены. Он не замечал сражающихся и не слышал криков герольдов - он лишь смотрел и тонул в ее образе.

И он был первым, кто заметил, как ее глаза, рассматривающие толпу, начали все чаще задерживаться в одной точке. Ведомый непонятной ему злостью, Ученик проследил за направлением ее взгляда -

и зажмурился. Он смотрел в почему-то не закрытое, как гласил закон, окно, из которого была видна Пустошь. А повернувшись, он увидел, как ее лицо теряет всякое выражение.

"НЕТ!" - закричал он, и все содрогнулись от этого крика - все, кроме нее. Ученик бросился вперед, под ноги лошадей, на копья рыцарей - только бы успеть закрыть ей глаза!
– но уже за серединой арены его достали мечом. Последнее, что он видел, теряя сознание, было ее лицо, обращенное к Пустоши.

Очнувшись, Ученик увидел над собой лицо Мастера.

– Она ушла, - ответил Мастер на вопрос, застывший в глазах Ученика. Конвой вернулся два часа назад. Они проводили ее до границы, как велит закон.

– Я верну ее.

– Нет. Закон гласит: никто не помешает Уходящему, ибо нет на то сил человеческих.

– Мне нечего терять.

– Тогда я ошибся, вернув тебе жизнь.

Ученик приподнял голову и увидел в руках мастера миску с отваром, из которого были видны листья Дерева Жизни. Приближение к дереву каралось смертью для всех, кроме Мастера, и даже он не имел права рвать его листья или плоды.

– Все равно я не могу здесь остаться. Рано или поздно, но они догадаются, - он кивнул на листья.

– Тогда иди.
– Мастер тяжело вздохнул.
– Если тебя не будет месяц, я беру себе нового ученика.

3

И он ушел. Он ушел, неся с собой лишь посох из дерева Магов. Ничего ценного не было у него, кроме знаний, и ничто не согревало его в пути, кроме любви. Он уходил, нарушая Закон своей страны, разрушая все, построенное тяжким трудом, сжигая за собой все мосты - потому, что любил. И иначе не мог.

Первые стражники догнали его у маленькой неприметной деревушки.

– Легкого пути!
– окрикнул его с лошади младший.

– И тебе того же, - ответил Ученик и продолжил шаг.

– Не ты ли будешь ученик старого садовника?
– поинтересовался старший, невзначай положив руку на рукоять меча.

– Я.

– Тут такое дело...
– начал было младший.

– Никто не должен мешать Уходящему, парень.
– Старший вздохнул и вытащил меч из ножен.
– Ибо нет на то сил человеческих.

– На то есть нечеловеческие, стражник, - ответил Ученик и поднял посох.

Когда двое стражников очнулись, уже светало.

Многие, кто пытался его остановить, остались в пыли дорог. Некоторые - зализывая раны, а некоторые... По стране ползли слухи о Странном, идущем к Пустоши - идущем по собственной воле и проходящем через гвардейцев короля, как нож через масло - и при этом не убивая. Почти.

Это был последний городок на его пути. Дальше лежали поля, потом полоса Ничьей Земли, на которой люди боялись ходить, и потом - Пустошь. Городок казался вымершим - настолько он был тих и безлюден. Ученик бросил взгляд на садящееся

солнце и толкнул дверь кабака.

Кабатчик окинул взглядом вошедшего и вернулся к разглядыванию паутины в углу. Зал был пуст, если не считать пары спящих пьянчуг и хмурого бродяги, кутавшегося в плащ в углу.

– Кружку теплого вина!
– бросил Ученик кабатчику и двинулся к свободному месту, бросив на прилавок монету.

– Сам подогреешь, - буркнул кабатчик, хлопая кружкой перед собой.

– Я спешу, - бросил Ученик.
– А...

– А это вовсе не повод оскорблять нашего доброго хозяина! неожиданно подал голос сидевший в углу бродяга. Одновременно вскочили, сжимая ножи, спавшие. Ученик склонил голову.

– Если я просто уйду, это будет проще и безопаснее. Для вас.

Нападавшие молча бросились вперед.

– Это было недурно, - усмехнулся бродяга.
– Я на своем веку видел не много бойцов, убивающих людей их же собственными ножами. А поверьте, я повидал не мало.

Он сбросил плащ, и под ним оказалась плотная кожаная куртка. Из-под стола он вытащил пару длинных тонких мечей.

– Не составите ли мне компанию?

Ученик внимательнее всмотрелся в лицо говорившего, потом провел между собой и им посохом - и удивленно вскинул брови.

– Почту за честь, Мастер Мечник. Я не знал, что вы фехтуете с людьми не благородного происхождения.

– В виде исключения, ученик садовника.

Ученик убил его на третьем выпаде.

Он прошел Страну Людей - Лэйн, он прошел Ничью Землю - Сэнд, и вступил в Пустошь, у которой не было имени - она в нем не нуждалась. Он шел по земле, на которой не остается следов - и искал путь Принцессы. Он уходил в Землю, откуда не возвращаются - и шел туда сам, ведомый любовью и волей.

На граните он находил следы ее ног; в песке он отыскивал жемчужины ее слез; на воде он видел отпечатки ее губ. Любовь указывала ему путь, и воля не давала ему умереть. А Пустошь не пускала его - и там, где на Уходящая походила за минуту, Ищущий иногда тратил часы, чтобы обойти внезапно выросший терновник или обвалившуюся каменную стену. Казалось, сама природа восставала против него.

На третью ночь в Пустоши он увидел чудовищ. Несколько сплошных комков когтей и зубов суетились вокруг трех флегматичных рогатых броненосцев ростом в человека, сзади них нервно переступал с ноги на ногу кентавр, а в сером небе кружил дракон. На небольшом удалении расположились стервятники. Ученик пробормотал сквозь зубы заклинание и шагнул вперед.

Дракон камнем упал с неба и окутал фигурку человека языком пламени и облако встало между ним и человеком, принимая в себя жар. Когда дракон снова набрал высоту, Ученик стоял невредимым. Броненосцы бросились на него, но от удара посоха раскололась земля и поглотила зверей. Маленькие монстры бросились вперед, направляя клыки и шипы в наиболее уязвимые места - но сгорели в стене огня, поднявшейся перед Учеником. Смерч вытянулся в струну над головой человека, подхватил дракона под крылья и потащил в сторону, всасывая по пути хищных птиц... Стрелы кентавра развернулись и поразили его самого. Смех пронесся над Пустошью и эхом отдался в горах далеко впереди.