Чтение онлайн

Однако Грэма Грина и Гора Видала в их отдании предпочтения людям из КГБ можно понять, если знать некоторую специфику положения КГБ в советском обществе и то, как реально управляются США (см. разделы 3.3.2 и 3.3.3).

Прежде всего следует отметить, что подавляющее большинство сотрудников ГБ некогда в прошлом были приглашены для работы в ГБ уже состоявшимися сотрудниками ГБ. И людей для работы в ГБ приглашали из всех профессиональных сфер. Как, почему, и для чего ГБ выходила на каждого из них — вопрос специфический в каждом конкретном случае. Можно было отказаться от предложения, и если приглашаемый не был уникален как специалист, на котором в силу каких-то причин для ГБ «сошёлся клином

белый свет», то такой отказ в общем-то не мешал отвергнувшему предложение ГБ жить и делать карьеру в избранной им сфере деятельности[87]; ГБ в подавляющем большинстве случаев не настаивала и тогда, если кто-то отвергал её предложение стать «сексотом» — тайным осведомителем, и позволяла ему жить и делать карьеру, как и раньше.

Если кто-либо утверждает обратное, то это либо выдумки и сплетни психопатов, у которых за душой нет ничего, но которым в каждом встречном мерещится агентура спецслужб; либо крайне редкие случаи непрофессионализма со стороны тех или иных сотрудников ГБ, поскольку один из главных факторов обеспечения незаметности деятельности ГБ в обществе — не выпирать из фона основной статистической массы, для чего среди всего прочего следует «не доставать» тех, без чьих услуг можно обойтись.[88] Если кого-то действительно целенаправленно «доставали», то ему просто «не повезло», т.е. он в силу каких-то причин попал в некую тематическую разработку.

Таких людей, как В.В.Путин, предложивших себя для службы в ГБ и чьё желание было удовлетворено, — меньшинство. Даже если говорить о тех, кто после школы или срочной службы в вооруженных силах СССР поступили в высшие учебные заведения ГБ и стали сотрудниками ГБ по факту окончания соответствующих вузов, то поступали они в эти вузы на условиях, принципиально отличных от условий поступления в другие вузы: решающее слово было за «мандатной комиссией», а не проваленные вступительные экзамены были только основанием для того, чтобы предстать перед «мандатной комиссией», чьё мнение было решающим и мотивированным не только набранным количеством баллов на вступительных экзаменах; и в ряде случаев даже блестящие итоги вступительных экзаменов для неё ничего не значили, если она считала, что претендент «не достоин».

Т.е. ГБ в СССР и в постсоветской Россионии по принципам своей комплектации личным составом — полный аналог закрытых клубов американских университетов и их продолжений в большую политику и большой бизнес, с тою лишь разницей, что офисы этого всесоюзного «закрытого клуба» располагались не на территории студенческих городков и не в клубах общежитий, а за их пределами; и вступить в члены «клуба» предлагалось не студентам-первокурсникам, а старшекурсникам вузов, либо специалистам уже приступившим к работе после их окончания.

Далее. Во всех сферах профессиональной деятельности имеет место такое явление как «корпоративная общность», «корпоративная солидарность». В ГБ она тоже есть, но в отличие от подавляющего большинства других сфер деятельности, в работе ГБ присутствуют два таких элемента, как секретность и дисциплина (более строгие, нежели в военно-промышленном комплексе), нарушение которых, если и не влечёт увольнения из системы и уголовного наказания, то не позволяет сделать карьеру. Как и везде, в ГБ есть и внутренние — по их существу мафиозно-клановые — группировки, у которых свой режим секретности и дисциплины, дополняющий общесистемный.

Кроме того, точно так, как и масонское сообщество в США, ГБ в СССР всегда было неподотчётным остальному обществу и безответственным перед ним.

Секретность, дисциплина, мафиозность в пределах системы, плюс иерархия должностей и подразделений, разграничение компетенции в пределах системы, плюс разнородная периферия (сами ГБ-шники

«под прикрытием», привлечённые к сотрудничеству граждане и подвластные принципу «бывших чекистов не бывает»), проникающая практически во все сферы жизни общества, делают ГБ в СССР и постсоветской РФ структурным аналогом масонского сообщества в обществе США: это — объективная данность, вне зависимости от того, понимают это сами сотрудники ГБ или же нет, хотят они того либо видят в «жидомасонстве» системное мировое зло.

Эта структурно-функциональная идентичность спецслужб вообще (а не только ГБ) и всевозможных «тайных обществ» обращает спецслужбы в своего рода «перчатки», надетые на «руки» «тайных обществ», которые в истории обладают более продолжительными сроками жизни, нежели спецслужбы. Иногда в одной «перчатке» может оказаться несколько «рук», но это уже детали исторической конкретики.

И надо заметить, что КГБ СССР как-то не проявил себя в выявлении и обезвреживании масонских структур:

· То ли потому, что их в СССР не было, поскольку все бывшие масоны подчинились решению IV Конгресса Коминтерна, после чего новые масонские ложи в СССР более не возникали, а масонов-контрреволюционеров, которым до дисциплины Коминтерна не было дела, искоренило ещё ОГПУ-НКВД.

· То ли потому, что сам КГБ изначально был легализованной периферией общемирового масонства на территории СССР и потому в его функции входило выявлять и обезвреживать всех, на кого укажет «политическое руководство» (т.е. не только Политбюро), однако не своих же «братанов»[89].

При этом необходимо пояснить, что в вопросе о связях с масонством речь идёт о некоторых высших руководителях ГБ и их особо доверенных сотрудниках в подразделениях системы, а не обо всём личном составе этой службы. Не посвящённые в глобально-масонские тайны, сталкиваясь с проявлениями «непонятного»[90] в поведении начальства или коллег, будучи приучены с первых же дней работы к тому, что любопытство к делам, которые начальство не поручало, не ведёт ни к чему хорошему, — не позволяло вырваться этому недоумению за пределы «корпоративных вечеринок» и внутренних мафиозных разборок, в которых масонствующие товарищи всегда побеждали вследствие лучшей информированности и стратегического масштаба деятельности, в то время как их оппоненты действовали только в тактических масштабах.

ФСБ РФ продолжает эту же традицию.

Не может не быть представленной в структурах ГБ и периферия отечественных знахарских кланов, которые солидаризируются с общемировым библейским масонством на принципах “элитаризма” и «посвящений», хотя и расходятся во взглядах на политику по многим вопросам.

Так же надо отметить, что КГБ, изображая верноподданность, деятельно соучаствовало в подготовке и ниспровержении режима «этих идиотов» из Политбюро. В частности, рупор и идеолог диссидентов-антисоветчиков А.И.Солженицын был бы невозможен в таковом качестве без деятельного соучастия в его судьбе ГБ[91]. То же касается и А.Д.Сахарова: если бы он действительно мешал, то его похоронили бы раньше, чем он обрёл ту известность, с которой вляпался в историю, после чего о нём знали бы только специалисты-физики.

И не надо думать, что внутренние мафии ГБ, взаимодействуя с такими же мафиями в спецслужбах других стран мира, включая и США, валили диктатуру Политбюро для того, чтобы отдать страну под власть своих же выкормышей — диссидентов-антисоветчиков, опьянённых буржуинско-либеральной иллюзией.

Как известно, в СССР была ещё одна спецслужба — Главное разведывательное управление в составе Минобороны. Поэтому естественен вопрос, почему предпочтение в вопросе об управлении «советским наследством» отдано ГБ, а не ГРУ? — Ответ на него состоит в том, что: