Чтение онлайн

Позади меня Айрин начала причитать, от страха, от боли, от шока и растерянности.

С опозданием я почувствовала прилив адреналина, который заставил сердце биться у меня в горле. Во рту пересохло. Я вцепилась в подоконник и приложила щеку к холодной стене, которая была оклеена обоями с похожими на капустные кочаны розами, бордового и розового цвета, на сером фоне. Закрыла глаза. Мысленно прокрутила все сначала. Сначала мужчина…этот теплый свет в его глазах, губы изогнулись в знакомой улыбке. Ощущение, что он хочет меня поцеловать, хрипловатый голос говорит что-то,

затем выстрел. По звуку я поняла, что пистолет с глушителем, но видела вылетающий огонь. Кажется невозможным при дневном свете, если только мозг не снабдил меня картинкой из предыдущего опыта. Сколько выстрелов он сделал? Пять? Шесть?

Диц вошел в дом, пересек большими шагами комнату. Он был сосредоточенный, вспотевший и мрачный. Помог мне подняться, с каменным лицом. Я чувствовала, как его руки впились мне в плечи, но не могла выразить протест.

— Ты в порядке?

Он потряс меня, и я кивнула, чувствуя себя немой. Он отставил меня в сторону, как тряпичную куклу, и подошел к Айрин, которая жалобно всхлипывала, как трехлетний ребенок. Она сидела на полу, ноги расставлены, юбка перекосилась, руки слабо шевелились на коленях, с ладонями, повернутыми кверху. Диц обнял ее, придвигая ближе к себе. Он говорил тихим голосом, успокаивая ее, наклоняясь, чтобы она слышала. Он задал ей вопрос. Я увидела, как она помотала головой. Она дышала с трудом, неспособная сказать больше, чем несколько слов, перед тем, как остановиться, чтобы вздохнуть.

Владалец дома стоял в коридоре, его испуг сменился гневом.

— Что происходит? Что это такое, наркотические разборки? Я открыл дверь, и меня чуть не убили! Посмотрите на ущерб. Кто за это заплатит?

Диц сказал:

— Заткнись и позвони в полицию.

— Кто вы такой? Вы не можете так со мной разговаривать! Это частная резиденция.

Я уселась на стул в столовой. В окно я видела, что начали собираться соседи, с тревогой переговариваясь между собой, маленькие группки по два-три человека, некоторые стояли во дворе.

Что же он мне сказал? Я запустила все сначала: услышала шум машины Дица на улице, оглянулась, улыбнувшись мужчине, который улыбался мне. Теперь я слышала его слова, наконец поняла, что он мне сказал, когда приблизился: «Ты — моя, детка.» Тон собственнический, интимный. А потом этот невероятный сексуальный жар на его лице.

На глаза у меня навернулись слезы, затуманивая зрение. Окно замерцало. Руки начали дрожать.

Диц похлопал Айрин по руке и вернулся ко мне. Он присел на корточки рядом со мной, лицо на уровне моего.

— Ты все делала прекрасно. Все хорошо. Ты никак не могла знать, что такое случится, правда?

Мне пришлось зажать ладони между коленями, чтобы дрожь не пошла дальше. Я заглянула Дицу в лицо, серые глаза, грубоватый нос.

— Он пытался меня убить.

— Нет. Он пытался тебя напугать. Он мог убить тебя в первый раз, в Браули, на дороге. Он мог убить тебя сейчас, первым же выстрелом. Если он тебя убьет, игра окончена. Это не то, чего он хочет. Он не профессионал. Он больной. Мы можем это использовать, чтобы его поймать. Ты понимаешь, о чем я? Теперь мы

знаем его слабое место.

— Да, это я.

Вообще-то, я почти ничего не понимала. Я заглянула в лицо Смерти. Я приняла ее за друга.

Другие люди пытались меня убить — из мести или из ненависти. Это никогда не казалось чем-то личным, до мужчины на дорожке. Никто не был связан со мной так интимно, как он.

Я посмотрела на Айрин. Кажется, ее состояние ухудшилось. Дыхание было частым, неглубоким и малоэффективным. В горле свистело и хрипело, как высокие ноты при игре на волынке. Кончики пальцев приобрели голубоватый оттенок. Она задыхалась.

— Ей нужна помощь, — сказала я. Диц оглянулся и посмотрел на Айрин.

— О, черт…

Он сразу вскочил и устремился к выходу.

Владелец дома держал телефонную трубку, повторяя свой адрес полицейскому диспетчеру.

Диц сказал:

— Нам нужна скорая помощь тоже, — а потом Айрин — Успокойтесь. Все будет в порядке. Помощь скоро прибудет. Не надо паниковать…

Я видела, как Айрин кивнула — все, что она могла сделать.

В разгар событий появился Клайд, привлеченный толпой соседей. Позже он признался мне, что увидев ущерб, причиненный зданию, первым делом подумал, что была обнаружена Агнес, и не сдавалась без борьбы. Меньше всего он ожидал увидеть на полу Айрин, с приступом астмы третьей степени.

Через несколько минут прибыли полицейские, вместе с медиками, которые организовали первую помощь и кислород, уложили Айрин на носилки и увезли.

А я чувствовала себя странно отдаленной. Я знала, чего от меня ждали, и делала то, что говорили. Я монотонно пересказала детали происходившего, разрешив Дицу вставлять комментарии. Не уверена, сколько времени прошло, прежде чем Дицу разрешили забрать меня домой. Время замедлилось, и казалось, что прошли часы. Я даже не расслышала имя владельца дома. Последний раз я его видела, когда он стоял на крыльце и выглядел, как единственный уцелевший в землетрясении в 8,8 баллов.

Когда мы вернулись домой, я добралась до спальни и стянула туфли. Уселась в кровати, обложившись подушками для опоры. Вся боль в моем теле исчезла, смытая волной адреналина, которая залила меня во время нападения. Я чувствовала себя опустошенной, мой мозг раскалывался, а тело казалось скованным. Снизу доносился голос Дица, говорившего по телефону.

Я, должно быть, задремала в сидячем положении. Появился Диц. Я открыла глаза и обнаружила его сидящим рядом со мной. Он держал какие-то бумаги в одной руке и кружку с чаем — в другой.

— Выпей это.

Я взяла кружку и держала, сосредоточившись на тепле. Запах чая всегда лучше, чем его вкус.

До сих пор помню, как была поражена, будучи ребенком, когда мне первый раз разрешили попробовать. Я взглянула вверх, на окно в крыше, в котором был виден круг лаванды и тумана.

— Который час?

— Десять минут восьмого.

— Клайд не звонил?

— Звонил недавно. С Айрин все в порядке. Ей оказали помощь и отправили домой. Об Агнес ничего не слышно. Как ты?