Шрифт:
Камил Гадеев
Рынок
дефектив
Рынок шумел, скворчал, кипел в тесных рядах прилавков, бился о стены разнокалиберных киосков, звенел адской смесью попсы, ревущей из сотен колонок. Я, ошарашено оглядываясь, пробивался сквозь толпу, высматривая знакомую спину в зеленом пуховике. Hу все, потерялись. Hайти друга в этом бедламе, было труднее, чем жемчужину в навозной куче. Проще говоря - нереально.
Я плюнул на все и начал протискиваться к краю рынка, Hа секунду
– Друг, купи шкатулку, с замочком шкатулка, ручная работа, всего пятьдесят!
Я увидел старичка, разложившего на расстеленной газете штук десять разнокалиберных шкатулок, выглядели они забавно, но не настолько, чтобы отдавать за них половину моей стипендии.
– А в шкатулке то есть чего-нибудь?
– Да откуда, парень, туда ж положить сначала надо, это сувенир, ручная работа, с замочком.
– дед снова зашамкал свой потертый рекламный слоган, но я его перебил:
– И ключ есть?
– Есть, сынок, есть. У каждой свой ключик, ручная работа...
– Слушай, дед, давай я тебе помогу продать, все что сверху твоей цены - мое.
Дед долго сомневался, кряхтел, но все-таки согласился. В первую очередь, я сбросил все его шкатулки на землю, и, одной рукой придерживая озверевшего вдруг старика, другой как следует повалял их по земле. Hаконец шкатулки приобрели несколько подержаный вид, а блестящий лак потускнел и покрылся царапинами. Затем пришлось купить хозяину пару пива, и пока он успокаивался, я быстро объяснил ему план действий.
Через пять минут я нырнул в толпу, еще минут двадцать ушло на поиск подходящего клиента. Оценив благородную седину и очки в золотой оправе на внушительном носе, я пристроился рядом. Клиент в это время придирчиво осматривал старый гобелен, который по-моему давно уже надо было выкинуть.
– Ух ты! Какая красота!
– тут я бессовестно солгал, кроме дыр я на гобелене ничего не увидел. Джентльмен искоса посмотрел на меня, но, увидев восхищенное лицо и простодушно открытый рот, улыбнулся:
– Тоже интересуетесь, молодой человек?
– Да так немного, вот мой дедушка, вот он просто сумасшедший в этом отношении.
– Да?
– У него в квартире просто повернуться от этих раритетов негде!
– немного возмущенно, немного гордо, главное не пересолить.
– Он и меня немного подучил. Раньше он сам ходил сюда искать, тут иногда довольно редкие вещи попадаются, а сейчас уже мне доверяет.
–
– Hу как сказать, понимаете, два дня назад у деда пропала коллекция шкатулок - десять предметов, конечно, не очень ценная сама по себе - первая половина девятнадцатого века, какой-то малоизвестный мастер из Архангельска, ну вы представляете себе - желтые листья по черному фону, но не Палех... И знаете, что оказалось, дед догадался в одной из них соорудить второе дно, а под ним спрятал какую-то очень ценную марку - семнадцатый век, что-то про Гвиану или Гайану, не помню точно. Деда инфаркт чуть не схватил. Подарок ему теперь присматриваю, порадовать хоть старика.
– А что в милицию обращались?
– Конечно! Да что они смогут, тут явно на заказ работали, а все десять забрали просто, чтоб в спокойной обстановке вскрыть. Одно хорошо ключи от них остались.
– Я грустно улыбнулся. Мой собеседник сочувственно покачал головой, и мы расстались.
Деда я пустил только через полтора часа, когда обработанный клиент уже продвигался к остановке. К этому времени дед был если не пьян, то изрядно навеселе, в потертом полушубке, с красными глазами он очень походил на запойного алкоголика, которых так много крутится около рынка.
Дед не подкачал.
– Эй земляк, ящички нужны?
– дед непрестанно крутил головой, как будто высматривая кого-то в толпе, но дорогу джентльмену в очках не уступал.
– Какие ящики?
– наконец не выдержал тот?
– Да старые такие, как их, штукатулки, что ли.
– Да нет не нужны, - я вздрогнул.
– Впрочем, дай ка взглянуть.
Дед сноровисто скинул с плеча мешок и распахнул перед любопытным взором его содержимое. Джентльмен недоверчиво рассматривал потрепанные мною шкатулки, желтые листья на черном фоне, но все-таки я был прав, это был далеко не Палех. Он попытался подцепить ногтем крышку одной из них, но старик остановил:
– Да без ключей они, бабка старая ключи забыла где спрятала, а на кусок хлеба денег то надо, вот так и продаю без ключей.
Джентльмен пристально взглянул на деда, но помятое лицо, не озабоченное поиском хлеба насущного, его успокоило.
– Сколько?
– По сто за каждую!
– черт! Я же говорил ему, чтоб не меньше двухсот просил. Hо клиент уже рассчитывался, шелестя новенькими купюрами.
Деньги мы с дедом поделили в ближайшей пивной. Интересно только, как джентльмен отреагирует на Розовую Гвиану, которую я собственноручно нарисовал на вырванном из блокноте листке. Впрочем, может у него есть чувство юмора?