Рыцарь
Шрифт:
— Церковь пока не уверена в правдивости обвинений, выдвинутых против тебя, — объявил кардинал Джером.
Гордон заметно ободрился.
Кенрик сделал шаг вперед.
— Ваше Величество, я прошу вас разрешить сказать вам и кардиналу Джерому несколько слов приватно.
— Но человек, которого ты обвиняешь, вправе слышать дополнительные аргументы, которые ты будешь приводить d свою пользу, — предупредил Эдуард. Кардинал Джером согласно кивнул.
— Я только хочу, чтобы этого не слышала моя супруга.
—
Сбитый с толку неожиданной просьбой, кардинал кивнул. Тэсс вопросительно посмотрела на Кенрика. Он погладил ее руку. Что еще он мог сделать? Это был единственный способ показать ей, что все идет как надо. В душе Кенрик отчаянно молился, чтобы это оказалось правдой.
Он был уверен, что его обвинения, выдвинутые против Гордона, убедят церковь расторгнуть помолвку. Если этого не случится, в его арсенале останется единственное оружие — война. За Тэсс придется бороться уже не словами, а мечом. Пусть будет, что будет. Он не отступит, даже если это будет означать для них обоих пожизненное изгнание.
Вначале Эдуард приказал Фитц Элану отвести Тэсс подальше от подиума. Отойти надлежало и Гордону. К трону приблизился Кенрик. Он что-то прошептал королю и кардиналу. Придворные, как ни навострили уши, ничего расслышать не смогли. По лицам обоих высокопоставленных особ было видно, что они озадачены.
Эдуард махнул рукой, приглашая Тэсс приблизиться. Кенрику же повелел.
— А ты, Кенрик, стой рядом со мной, чтобы я мог быть уверен, что ты не мешаешь жене отвечать.
Затем он обратился к Гордону.
— Мы с кардиналом Джеромом постановили пока не оглашать слова барона, но, прежде чем объявить свое решение, мы сообщим тебе, что он сказал. А теперь, Тэсс Ремингтон, тебе предстоит ответить на несколько вопросов, в свете того, что только что сообщил нам твой супруг.
Тэсс быстро кивнула и, ища поддержки, посмотрела на Кенрика. Тот ободряюще улыбнулся, но улыбка это ее не обманула. Он был встревожен, и очень.
Король же тем временем продолжал.
— В самом начале твой муж заявил, что с первого мгновения, как увидел тебя, немедленно возжелал жениться. Ну, а ты? Охотно ли ты согласилась пойти с бароном Монтегю под венец? Его предложение приняла сразу?
Тэсс нахмурилась, пытаясь угадать, с чем связан этот вопрос короля. Она могла бы ответить очень коротко: «да», но прямо так лгать королю у нее духу не хватило Мысли в ее голове лихорадочно заметались. В конце концов она нашла компромисс, который не мог повредить Кенрику.
— Ваше Величество, я очень быстро поняла мудрость подобного союза.
— Нет, я спрашиваю тебя не об этом. Ты с самого начала согласилась обвенчаться с ним, как только он предложил тебе это?
Тэсс задумалась на мгновение, достаточное, чтобы ухватить свою толстую косу и начать ее отчаянно теребить.
—
Кардинала Джерома почему-то этот ответ озадачил. Король же остался очень доволен. Тэсс ничего не оставалось, как беспомощно улыбнуться, увидев в глазах Кенрика искры одобрения. Однако радость ее была короткой.
— А вот супруг твой утверждает совсем противоположное. Леди Тэсс, признайся, сказала ли ты мне правду? — мягко спросил Эдуард.
Руки ее беспомощно повисли вдоль тела. Тэсс смотрела под ноги.
— Нет, Ваше Величество.
Эдуард попытался указать ей достойный выход из щекотливого положения.
— Ты не хотела выходить за него из-за помолвки с Гордоном Мак-Ли?
— Только отчасти, — призналась она, но так тихо, что королю Эдуарду пришлось заставить ее повторить эту фразу.
Она продолжила срывающимся голосом, но громко.
— Я тогда верила, что он на обед съедает маленьких детей и запивает их кровью своих врагов. Я боялась его.
В зале раздались смешки, но они переросли в хохот, когда сам король расплылся в улыбке, а потом захохотал так, что по щекам его потекли слезы.
— Но, Ваше Величество, мое первое впечатление о нем было обманчиво. Кенрик — чудесный муж. — Она выразительно посмотрела на сторону придворных. — Кенрик Монтегю лучший из мужей! Он самый добрый, самый мягкий человек из всех, кого я когда-либо знала.
Многим в зале показалось смешным, что Палача Уэльса она называет добрым и мягким.
— Разумеется, Ваше Величество, — продолжила Тэсс, — он рыцарь, и с врагами на поле брани может быть безжалостным и даже кровожадным.
На этот раз придворные ждать не стали, пока рассмеется король. Епископы прикрывали ладонями рты. Даже кардинал Джером и тот изобразил на лице подобие улыбки, а его круглый живот подозрительно всколыхнулся. Только трое не нашли ничего смешного в этом замечании — Тэсс, Гордон и Кенрик. Что думает Гордон, ей было безразлично, а вот взгляд Кенрика ее обеспокоил.
Она снова уперлась глазами в пол, мечтая о том, чтобы он сейчас же разверзся и поглотил ее.
— Я рад узнать, что мой добрый и мягкий барон может быть в случае нужды безжалостным к врагам и даже кровожадным, — проговорил наконец Эдуард и снова залился смехом. Наконец он вздохнул и посерьезнел.
— А теперь, леди Тэсс, скажи нам, только честно, — твой супруг когда-нибудь бил тебя?
— Нет, никогда, — твердо ответила Тэсс, надеясь, что и остальные вопросы короля будут такими же легкими. — Это Гордон, Ваше Величество, поднимал на меня руку, и много раз.
— Она опять врет, — взмахнул рукой Гордон. — Ее уже один раз уличили во лжи, и она продолжает лгать, чтобы выгородить барона Монтегю.
Эдуард продолжил, не замечая взрыва Гордона.