Русский Союз

Алексей Сотников, диггер-прагматик… и политик-романтик

И чего я сюда чуть ли не раньше всех прибежал?

Девчата из диспетчерской явно поторопились, действия служб еще не согласовали, но от греха выдернули начальника раньше времени. Зато оперативно получилось — только узнали, сразу отреагировали.

— Куда?

— Да вот, прямо за поворотом, но не направо, как обычно. Там увидите.

И слесарь убежал. Отлично дело поставлено: порск! — и нету. Ладно, идем сами, не маленькие, да и путь мне пока знаком — в разных крыльях огромного и мрачного подвала Замка давно размещены многочисленные склады служб. У меня тоже имеется личный склад. А вот здесь уже не знаю… Новое место, точно не бывал. Ну, слесарюга… Теперь вниз, как я полагаю? Точно. А ступенек-то много. Я же вроде заходил сюда еще в первые судорожные дни? Или это в другом крыле было? Не помню уже, череда событий съела не самые нужные и важные воспоминания.

Снизу раздавались громкие голоса. Есть там народ, шевелится.

— А Дугин, Дугин где?

— Он еще ниже. Ты инструмент принес?

— Какой? — тупым таким голосом.

— Генос, ты тупой? Кем работаешь? Такой! Дуй в бытовку, хватай синий чемодан! Голову снимут на хрен, тут все на взводе!

Мимо меня наверх молнией пронесся еще один слесарь — тот самый «тупой Генос», лишь теплый ветерок запахом лука мазнул по лицу. Прямо с обеда бедолагу сняли — откуда сообразительности взяться. Второй ломанулся по лестнице вниз, меня, между прочим, тоже не заметив. А чего замечать командира, хожу тут, как тень отца Гамлета, хрен кто внимание обратит, пока Шекспир не скажет.

— Фонарь держи правильно! — донеслось снизу среди гула голосов.

— Да держу я! — и матом.

Кстати, мой надо бы поменять, какой-то он немодный, тяжелый и светит плоховато. Все давно с LED-ами бегают. Шагал я осторожно: ступени старые, темно, а туфли на мне новые, лаковые, жалко будет, если изгваздаю. Одиннадцать, двенадцать… Ну да, все пролеты по двенадцать ступеней, понятно, как же без вас, Уважаемые Смотрящие!

Как же вы уже достали своей одинаковостью в счете. Без вас тут ничего не сладится…

Дальше мне спускаться не пришлось, некуда было: в узком проходе подземного хода толпилось человек восемь, не меньше. Хорошо, что сбоку имеется широкая ниша. Пустая? Не вижу отсюда. Ого, а не ошиблись диспетчера! Да тут тоже наше хозяйство, оказывается! Сбоку от меня на каменной кладке подземелья белела прямоугольная надпись на табличке со стрелочкой, пристрелянной дюбелями: «Генераторная № 2». Как много я не знаю про свой Замок. Нет, генераторную номер один я отлично помню, сам агрегат принимал на запуске. А

Точного количества суетящихся подсчитать пока было невозможно, люди постоянно двигались, вынося и передавая по цепочке выбитые и вынутые из кладки каменные блоки. Похоже, какую-то стенку разобрали. В той самой нише, размером примерно четыре на пять метров, уже громоздился приличных размеров штабель хорошего крепкого камня. Складывают аккуратно: такой всегда пригодится, каменоломни у нас нет. Камень из тела Замка ценен вдвойне, Ковтонюк собирается реставрировать зубцы стен крепости, вот ему такое и пригодится — аутентично будет. И прочно.

И что это за стена была такая ненужная, а?

Ладно, сцена «Входит Дракон».

— Так, дети подземелья, а где у нас тут место для курения?

Люди вздрогнули, обернулись, губы зашевелились в «здрасте».

А глаза-то у всех бешеные, азартные, шальные! Услышав голос предводителя, работники механослужбы начали выходить из подсвеченного аккумуляторными фонарями тоннеля и прижиматься к стенам, оставляя руководству достаточный проход.

— Командор, ты… Так это. Нет проблем, можно прям здесь курить, — быстро разрешил Дугин. — Вентилируется отлично. Сам смотри.

Все синхронно подняли головы и посмотрели наверх, где в зарешеченное отверстие лениво втягивалась пылевая взвесь.

Я же смотрел только вперед. Темная арка в боковой стене — вот из-за этого все и завертелось. Слишком темная, страшноватая… Словно из шизоидных некрофильских книжек категории модного чтения былой планеты. Уже почти разобрана, по ту сторону кто-то возится, камни выталкивает. Ох, ох, что-то мне все это не нравится заранее, не люблю я сюрпризов, тем более под самой задницей… Стена-то, похоже, закрывала вход в скрытый прежде тоннель.

Где это мы сейчас находимся?

Я быстро прикинул, вспомнив свой маршрут. Ну да, входил почти под правой «речной» башней, сейчас уже точно за периметром, куда-то в сторону Звонкой ход идет.

— Ну и че там слышно, Вов? — спросил Дугин у вылезшего из арки широкоплечего камчадала Володи.

— Там где-то проточная вода шумит, но не сильно, — ответил бывший сменный мастер городской ТЭЦ Петропавловска-Камчатского, — в принципе можно смотреть.

— Ну так сейчас вместе и посмотрим, чего здесь у нас плохого обнаружилось. — Я быстро сбежал по последним ступеням, пожал руку сперва главмеху, потом и всем остальным. И тут же закурил — меня ведь тоже с обеда катапультировали. Но в столовку возвращаться не буду — наелся, так что посмолить действительно можно.

Освещения в подземелье не хватает, работают лишь ручные фонари персонала — дополнительные светильники на телескопических стойках только устанавливают. Точнее, не устанавливают: задержка.

— Инстурумента нет, Главный, ганца паслали токчто! — с запинкой сообщил мне Ринат Гареев, звеньевой бригады электриков, стоящий рядом.

— Я в курсе.

А перегарчик-то от Ринатика нормальный прет. Вот почему пьяные всегда дураки? Кто тебя толкал к начальнику с перегаром лезть? Всегда нарываются. И мне еще говорят, что татары меньше пьют… Только не наш Гареев, это уж точно. Ох и кончится сейчас мое терпение!