Руны
Шрифт:
Однако древние маги нашли выход, благодаря которому всех взрослых особей отловили и истребили, а их потомство было лишено способности телепортации и колдовства. Вот уже множество веков ведется строгий учет никсов, которые лишаются своих способностей в день, когда рождаются. Их рога стали более доступными, но и дорогими, поскольку этого подвида насчитывается не больше ста голов на целую страну. Никса можно приобрести с аукциона в местах, где продаются человеческие рабы, причем последние вдвое дешевле никсов.
Так или иначе, никсы являются неотъемлемой частью жизни магов, поскольку очень часто приобретаемые
Выписка из "энциклопедии юного мага"; без авторства; глава 23, стр. 105.
Я проснулась в отвратительнейшем расположении духа. Может быть, это от переизбытка ночных кошмаров, может из-за пасмурной погоды, а может дело в том, что сегодня нам с Ноа необходимо посетить Магистра Матиса.
В общем, сидя в столовой и балуя себя утреннем кофе, здорово нервничала, припоминая, о чем вчера предупреждали руны. Пятый с утра обиделся, так как я не разрешила пойти с нами, даже если он будет невидим, поэтому отвлечь меня от накручивания мозгов было некому.
Все-таки я была права, гадать не следовало. Зная себя, точно могла сказать, что только дай мне волю, и плохое предсказание я превращу в катастрофу вселенского масштаба.
В таком состоянии меня и нашел Сальваторе, который видимо уже успел выпить кофе, так как попросил меня поторопиться.
— Ты в порядке? — спросил он, на подходе к экипажу, заметив, что я нервничаю.
Не знаю, к чему конкретно адресовался этот вопрос, но я решила ответить честно:
— Нет.
Он остановился и после секундного раздумья предложил:
— Может тебе лучше остаться дома?
— Нет! — поспешно выкрикнула я и, смутившись, тут же поправилась: — Я лучше с вами.
Сальваторе долго изучал меня взглядом, а затем, видимо что-то рассмотрев, кивнул и продолжил наш путь. Я была уверенна, что он опять сделал неправильный вывод. Скорее всего, констебль подумал, что мне страшно оставаться одной в огромном доме, учитывая вчерашнее. Однако ему было невдомек, что мне страшнее отпустить его одного, и виной тому стала руна смерти.
Через четверть часа я на негнущихся ногах начала подъем к центральным воротам замка Магистра. Этот замок тоже напоминал загородную резиденцию и выглядел мрачновато и монументально. Две огромные каменные башни, с которых свисали полотна магических флагов, буквально кричали о величии хозяина и его внушительном посту. Высокие стрельчатые окна переливались мозаичным стеклом, выполненным лучшими мастерами Монстрака. Прилегающая к замку территория вымощена красными камнями, покрытыми корочкой льда, что уже начал таять и потихоньку превращаться в воду, а аккуратные клумбы, которые совсем скоро покроются зеленью и цветами, выглядели даже немного зловеще, шевеля своими сухими ветвями. Так или иначе, ни яркие окна, ни камни под моими ногами не обманывали, и замок все равно казался несколько зловещим и мрачным, тем более, что как по заказу, откуда ни возьмись понабежали тучи и начал крапать дождь.
Ворота внутреннего двора распахнулись, и нас встретил чопорный дворецкий с тонкими усиками. Кротко кивнув, он проговорил:
— Констебль Сальваторе, сир, прошу вас следовать за
После чего развернулся и повел нас через караульных, по лестнице на второй этаж. Я не замечала красот замка, поскольку опять пряталась за спиной Ноа, который, в конце концов, не выдержав, схватил меня за локоть и подтолкнул вперед, чтобы была у него на виду.
Когда мы достигли второго этажа, сбоку лестницы я на секунду увидела Пятого, который приложил палец ко рту и тут же исчез. Вот ведь гаденыш! Я оглянулась на Сальваторе, но тот похоже ничего не заметил.
Дворецкий остановился около единственной двери и, стукнув в неё два раза, поклонился нам и ушел. Мы с констеблем постояли минуту, но никто не пожелал открыть нам дверь или позволить войти. Ноа нахмурился и постучал еще раз, но ответа опять не последовало. Тогда охотник легонько её подтолкнул и вошел внутрь.
— Магистр Матис? — позвал он, но гостиная оказалась пуста. Он последовал вглубь комнаты, а у меня по коже побежали мурашки. В этих покоях было слишком тихо.
— Может он ушел? Не захотел с нами общаться? — предположила я, чувствуя неприятный холодок, пробежавший по спине.
— Едва ли, — фыркнул маг.
Ну конечно, такому крутому парню не посмеет отказать даже Магистр!
Мы, тем временем, дошли до второй гостиной, из которой вели еще несколько дверей. Одна была открыта и за ней виднелась спальня, другая скрывала за собой кабинет. Ноа двинулся в сторону последнего, дверь его была не плотно прикрыта. Констебль легко толкнул дверь и она со скрипом отворилась. Перед нами возник строгий кабинет с огромным письменным столом, за которым кто-то сидел в кресле, но отвернувшись к окну. По прозрачному стеклу уже яростно выстукивал дождь, что не прибавило мне уверенности. День явно ухудшался и это пугало. Я снова спряталась за спину Сальваторе, машинально схватившись за его плащ.
— Магистр Матис? — громче повторил Ноа, и кресло начало медленно разворачиваться.
Когда оно повернулось, то я увидела плотного мужчину с лысиной в пол головы. Знак на его шее был черным как ночь, а пустые голубые глаза сурово смотрели сквозь нас. Против ожидания, маг был облачен в белый вязанный свитер, а не балахон Магистра.
— Констебль Сальваторе, — представился Ноа, склонив голову набок. — Прибыл по полученному разрешению от Директора Дворца правосудия капитана Альконэ, — маг привычно вытащил из-за пазухи бумажку и развернул её лицевой стороной к Магистру, но со стороны того не последовало никаких эмоций. — Вы обязаны с нами сотрудничать.
Я дернула Сальваторе за плащ, решив, что Магистр спит с открытыми глазами, но тут он обратил на нас внимание и, резко подавшись вперед, впился ненавидящим взором в Ноа, тихо проговорив:
— Я вижу ваш истинный облик, твари. Вам не обмануть меня.
— Прошу прощения? — опешил констебль, а я заметила в руке Магистра блеснувший нож.
— Мистер Ноа! — вскрикнула я, но Сальваторе уже бросился к нему, пусть и было слишком поздно.
— Вы все будете гореть в аду! — выкрикнул Магистр и резким движением воткнул острое лезвие себе в горло, после чего рванул его в сторону, оставляя ужасающую рваную рану из которой потоком ливанула кровь, орошая белый свитер словно фонтаном.