Рулетка судьбы
Шрифт:
Завизжав на повороте шинами, «ауди» тоже свернул с трассы, миновал остановившийся «мерс» и припарковался к кювету. Подчинившись повелительному жесту Учителя, водитель выбрался из салона, задрал капот и принялся ковыряться в двигателе. Сидяшие позади малолетки дружно приложились к бутылке. Учитель проверил пистолет.
— Сосунки мамины, дерьмовые пастухи! — насмешливо ругался киллер.
–
Не догадались, пачкуны, проскочить дальше, спрятаться за поворотом. Да еще капот подняли, демонстрируют, свинячии огрызки, «неисправность»… Сейчас мы их сделаем… Давай, Феликс,
Не удалось. Пастухи быстро сориентировались, догнали «мерс» и снова повисли на его хвосте. Удрать, конечно, можно, но мешают встречные афвтофургоны — один за одним, без перерыва. Коротышка кроет их многоэтажными матюгами, показывает в окошко сухой кулак. Не помогает — водители только фыркают, да сверлят в виске грязными пальцами.
Придется стрелять!
Киллер положил ладонь на теплую рукоятку «мухобойки». Расстояние до «ауди» не больше пятнадцати метров, достанет. Предваряя безошибочный выстрел, приподнялась верхняя губа, показался ряд острых зубов. Но в последний момент он отдернул руку. Будто обжегся. За преследователями пристроилась еще одна машина — «жигуль». Следующая за ним «волга» пошла на обгон, выскочила вперед. Окольцевали!
Или «мерс» пасут на трех машинах, или две принадлежат сыскарям? О какой стрельбе можно говорить? Дай Бог, самому живым остаться.
— Выбери подходящий перекресток, сверни. Я выскочу. Пересяду на автобус. А ты повиляй, поводи за нос дерьмовых пастухов и возвращайся к особняку.
— Понял. Скоро — поворот к центральной усадьбе бывшего совхоза… Приготовься… И «машинку» спрячь, выглядывает из-под рубашки, — не глядя на Александра, насмешливо посоветовал Феликс.
Снова чертиком из коробки выпрыгнули недавние подозрения. Собков упрямо мотнул головой. Все равно разгадает водилу! Вкрайнем случае заманит в укромное и заставит открыться. С кровью, слезами, просьбами о помиловании, но заставит! А сейчас не время заниматься психологическими изысками. Надо спасать, если не жизнь, то свободу.
Расчет прост, как сваренное яйцо: резкий поворот, «ауди» проскочит мимо, непонятный «жигуль» и «волга» — то же. Пока развернутся, впишутся в обратный поток машин, дождутся возможности свернуть, можно спокойно добежать до остановочного павильона и затеряться в толпе ожидающей рейсовый автобус.
Казалось бы, хороший план, но он остался невостребованным. Синее «ауди» успело повторить маневр «мерседеса». А вот две подозритеьных легковушки проскочили перекресток. Наверно, он ошибся — обычные частники.
Повернув вслед за «Мерсом» на узкую дорогу, Учитель увидел разворачивающуюся в обратном направлении черную машину и невысокого, крепкого человека, бегущего от нее к автобусной остановке. Растерялся. Ахмет приказал пасти машину, но ее уже не догнать. Вырулила на трассу и помчалась за автофургоном. Остается человек.
— Бочка, Птенец — за мной! Берем фрайера, вяжем и — в багажник!
Подвыпившие парни мигом врубились. Выскочили из машины и помчались за Учителем. Им удалось срезать угол, поэтому они встретили беглеца в полусотне метров от остановочного павильона.
Учитель с ходу достал
— Возьмем живым. Мертвяк нам ни к чему.
Втроем склонились над распростертым телом. Бочка и Птенец очистили его карманы. Учитель с удивлением оглядел вытащенную из-за пояса «мухобойку». Пистолетик, прямо скажем, так себе, девчонок пугать, но одно его наличие показывает — перед ними не обычный фрайер, не сыскарь — деловой мужик.
Обменяться мнениями они не успели.
— Руки на затылок! Лежать!
В пяти шагах с пистолетом, нацеленным на налетчиков — капитан Столков. «Волга» блокировала иномарку. Вихрастый парнишка послушно распялился на капоте. Дымов и оперативник перекрыли тройку с другой стороны.
На запястьях задержанных защелкнулись наручники.
Капитан внимательно осмотрел отобранную у ошеломленного Учителя «мухобойку».
— Занятная вещица. Колешь ею орехи? Может быть, стреляешь по воробьям?
— с издевкой спросил он.
— Не моя… Этого фрайера, — Учитель кивнул на лежащего Собкова. — Наехал на нас, пришлось защищаться…
— Интересно получается, дружище. Говоришь, фрайер на вас наехал? Один на троих? Ничего не скажешь, отважный мужик. Не зря валяется с разбитой башкой.
Оперативники привычно охлопали карманы задержанных. Не дожидаясь более капитального обыска, Бочка и Птенец поспешно отдали все, взятое из карманов «беглеца»: паспорт, разрешение на право ношения оружия, водительские права, бумажник.
— А это чья машинка? — показал Столков увесистый «вальтер», найденный в «ауди». — Скажешь на земле валялся, нашли, да?… С вами, бандюги, все ясно.
Оперативники повели Учителя и его подручных пехотинцев к машинам. Капитан наклонился над раненным.
— Кажется, дышит. Придется вызывать скорую.
Александр давно пришел в себя. Не открывая глаз, внимательно вслушивался в разговор, оценивал обстановку. Ему в очередной раз повезло — кастет скользнул по касательной, содрал с головы прядь волос вместе с кожей, но это — мелочь, зарастет.
— Не надо скорую, — неожиданно поднялся он. — Я — в порядке.
Профессиональный убийца до дрожи в коленях боится боли. Обычный укол вызывает неожиданную реакцию отторжения, синяк на теле — паническое обращение к врачам. Но вызванная скорая помощь означает посещение больницы, анализ крови, разные рентгены. Заодно проверка документов, заполнение анкет… Ни за что!
— Молись Боженьке, мужик, — посоветовал Столков, невнимательно рассматривая паспорт пострадавшего и сравнивая его лицо с фотокарточкой. — Вроде, при разрешенном оружии, а сплоховал — подшиб бы налетчиков — нам меньше возни… Может все же вызвать медицину?
— Не надо…
Капитан кивнул и продолжил изучение паспорта. Обычно раненные торопятся к врачам, без приглашения укладываются на носилки. А этот — не надо! Подозрительно. Отсюда и вторичное изучение уже проверенных документов.
По спине киллера ползут струйки пота. Неужели не сработает изготовленная по заданию Монаха ксива? Тогда — браслеты на руках и вонючий изолятор…