Рукопись Ченселора
Шрифт:
Реальный мужчина, вооруженный реальным пистолетом, упал без сознания. Его голова и лицо были в крови. Питер поднялся и, все еще пребывая в шоковом состоянии, попытался отделить вымысел от реальности.
Нужно было немедленно бежать. Ничего другого не оставалось. Он резко распахнул дверь и ринулся вперед по мраморному полу. У выхода по-прежнему стоял охранник. Одна рука его лежала на кобуре, а другой он держал около уха рацию.
Когда Питер подошел к нему, он спросил:
– Что-то случилось, да?
– Пара пьянчуг, кажется…
– Вас
Питер остановился, придерживая рукой входную дверь:
– Что?!
– Ваши помощники… Двое… Они пришли сразу после вас и предъявили мне удостоверения. Они тоже из ФБР.
Ченселор уже не слушал его. Это ли не наваждение в буквальном смысле слова? ФБР! Он пробежал несколько ступенек, почти ничего не видя и едва дыша.
– Судя по счетчику, у вас еще есть время, мистер…
Такси стояло в двух-трех ярдах от Питера, у тротуара. Он подбежал к нему и, усаживаясь, бросил водителю:
– Поезжайте к Эллипс-роуд. И, прошу вас, побыстрее. Потом к парку Смитсоновского института, пожалуйста. Я скажу, где меня высадить.
Такси набрало скорость.
– Это не имеет значения, раз деньги уплачены.
Питер резко обернулся и посмотрел через заднее стекло на Коркоран Гэлери. По ступенькам сбегал мужчина.
Одной рукой он закрывал лицо, в другой держал переносную рацию. Это был человек, которому полная Брунхильда проткнула губу карандашом. Он наверняка видел, как Питер садился в такси. Его коллеги, вероятно, тоже были где-то поблизости.
Такси выехало на Эллипс-роуд. Памятник Вашингтону – стела, освещенная прожектором, – остался южнее.
– Потише, пожалуйста, и поближе к газону, – попросил Питер, – но не останавливайтесь. Я выпрыгну, однако не хочу… – Он перешел на шепот и пытался поточнее выразить свою просьбу.
Водитель пришел ему на помощь:
– Вы не хотите, чтобы тот, кто следит за вами, видел, как вы выпрыгнули, не так ли?
– Так.
– Вы попали в беду?
– Да.
– Нелады с полицией?
– Ей-богу, нет. Это личные счеты.
– Я вам верю. Вы поступили честно по отношению ко мне, так же поступлю и я. – Машина начала замедлять ход. – Ярдов через пятьдесят, в конце поворота, прежде чем я выйду на прямую, прыгайте, а я промчусь на скорости еще пару кварталов. И никто вас не заметит. Поняли?
– Да, понял. Спасибо.
– Действуйте!
Машина замедлила ход. Ченселор открыл дверцу и прыгнул. Центробежная сила выбросила его через бровку на траву.
Водитель дал продолжительный сигнал. Другие машины стали резко отворачивать вправо, давая ему дорогу, потому что сигнал звучал так тревожно, будто кто-то попал в беду.
Питер наблюдал за происходящим из своего укрытия в траве.
Лишь одна машина не замедлила хода и не отвернула вправо, как это сделали другие шедшие впереди и сзади такси. Не обращая ни на кого внимания, она мчалась прямо за такси. Это был черный
Какое-то время Питер лежал неподвижно. Где-то вдали завизжали шины. От Эллипс-роуд в направлении Континентал Холла в поворот входила еще одна машина. Так его ищут? Он поднялся и побежал по траве и грязи.
Наконец Питер почувствовал под ногами бетон – он оказался на улице. Впереди уже видны были здания, а мимо него медленно катились автомашины. Он побежал, зная, что вот за этими темными зданиями и деревьями находится Смитсоновский институт, споткнулся, упал и покатился по тротуару. И вдруг позади себя явственно услышал топот бегущего человека. Они нашли его!
Питер поднялся и бросился вперед. Он напоминал сейчас спринтера, рванувшегося вперед раньше, чем прозвучал выстрел стартера. Он бежал туда, куда подсказывал ему инстинкт, и неожиданно увидел то, к чему так стремился, – силуэт здания Смитсоновского института. Он бежал изо всех сил по нескончаемому газону, перепрыгивая через провисшие цепи, ограждавшие дорожки, и наконец, запыхавшись, остановился перед огромным зданием.
Он достиг цели. Но где же Лонгворт? В какой-то момент ему показалось, что он слышит шум позади себя. Он обернулся – никого.
Вдруг откуда-то из темноты, из-за ступенек, блеснули два узких луча света.
Лучи шли низко, от статуи, стоявшей на верхней ступеньке слева. Они блеснули еще раз, будто целились в него. Питер быстро зашагал на свет. Он подходил все ближе и ближе, ему оставалось преодолеть тридцать, двадцать ярдов до темного угла массивного здания музея, перед которым рос кустарник.
– Ченселор, ложитесь!
Питер бросился на землю. Блеснули две вспышки. Стреляли, видимо, из пистолета с глушителем, потому что он слышал только, как позади него упал человек. Питер едва различил в руке сраженного пулей пистолет.
– Тащите его сюда, – прошептал кто-то из темноты.
Утратив способность мыслить, Ченселор повиновался приказу. Он оттащил тело по траве в тень, а затем пополз к Алану Лонгворту.
Лонгворт умирал. Он сидел, прислонившись к зданию Смитсоновского института. В правой руке он держал пистолет, с помощью которого только что спас Питеру жизнь. Левая рука его лежала на животе, и все пальцы были в крови.
– У меня нет времени, чтобы поблагодарить вас, – тихо, едва различая собственный голос, сказал Ченселор. – А может, благодарить вас и не стоит, ведь он был одним из ваших людей.
– У меня нет никаких людей, – возразил Лонгворт.
– Мы поговорим об этом позже. А сейчас вы пойдете со мной. Прямо сейчас! – Питер произнес это сердито и с трудом поднялся.
– Я никуда не пойду, Ченселор. Если я буду сидеть спокойно, не двигаясь, то у меня в запасе есть несколько минут, а если пошевелюсь, то и этого времени не будет. – В голосе Лонгворта снова появились странные гортанные звуки.