Чтение онлайн

– А вас кто-нибудь будет сопровождать?

– Нет.

– Тогда разрешите мне?

– Нет нужды…

– Мне кажется, есть, – твердо заявил Питер.

Они стояли вдвоем на огромной бетонированной площадке, предназначенной для разгрузки самолетов. В нескольких ярдах от них застыли по стойке «смирно» два армейских офицера. Дул сильный ветер, поднимая в воздух и кружа обрывки бумаги и листья с деревьев, которые росли довольно далеко от летного поля. Тяжелый транспортный самолет подрулил к стоянке. В нижней части фюзеляжа открылся огромный люк, к которому подогнали

автопогрузчик. Еще несколько секунд – и гроб очутился на автопогрузчике.

Лицо Элисон вдруг побелело, она напряглась. Сначала у нее затряслись губы, потом руки. Взгляд карих глаз застыл, по щекам потекли слезы. Питер поспешил обнять ее за плечи.

Она сдерживалась, пока хватало сил. Как оказалось, гораздо дольше, чем следовало. Ченселор вдруг почувствовал, как руки Эдисон сводит судорога, и крепче прижал ее к себе. Наконец силы оставили ее, она повернулась и уронила голову ему на грудь. Рыдания постепенно стихли.

– Простите меня… Простите, – прошептала она. – Я дала себе слово не делать этого.

В ответ он еще крепче обнял ее и мягко произнес:

– Ну ладно, ладно. Это ведь не запрещено.

Питер принял решение бросить работу над романом. Он стал пешкой в чьей-то нечистой игре, и смерть Макэндрю лишь подтвердила это. О своих намерениях Ченселор и намекнул Элисон вчера вечером, однако она сразу же внесла коррективы.

– Пусть вы правы, – сказала она ему. – По-моему, это не так, но допустим, вы правы. Разве это не основание продолжать работу над романом?

Действительно, основания были.

В салоне военного самолета их разделял проход. Элисон хотелось побыть одной, и Ченселор понимал ее. Под ними, в грузовом отсеке самолета, находилось тело ее отца. Элисон нужно было о многом подумать, и в данном случае его помощь была ей не нужна.

Впрочем, предсказать ее действия было нелегко. Он убедился в этом, когда днем заехал за ней на такси и сообщил, что позвонил в Вашингтон и забронировал номера в отеле «Хей-Адамс».

– Это глупо, – заявила она. – Нам хватит места в нашем доме в Роквилле. Мы остановимся там. По-моему, нужно сделать именно так.

Нужно? Зачем? Он не стал задавать вопросов.

Ченселор открыл портфель и вынул блокнот в кожаной обложке, который всегда брал с собой во все поездки. Блокнот подарил ему Джошуа Харрис два года назад. Во внутреннем кармашке хранилось несколько заточенных карандашей. Он взял один из них и написал «План-проспект главы 8». Прежде чем продолжить, он задумался над тем, что сказала ему вчера вечером Элисон: «Пусть вы правы… Разве это не основание продолжать работу над романом?»

Он взглянул на только что написанные им слова: «План-проспект главы 8». Явное совпадение того, о чем он собирался писать в романе, с реальными событиями очень его беспокоило. Ведь это была глава, в которой Мередит оказывался на грани сумасшествия из-за того страшного секрета, который стал ему известен.

Мередит покидает свой кабинет в ФБР раньше обычного. Он знает, что за ним ведется слежка, и поэтому старается затеряться в толпе, идет по коротким улицам и аллеям, входит в здания и выходит из них через другие двери. Он устремляется к автобусу и выходит из него за квартал

до того дома, в котором живет помощник министра юстиции. С ним у Мередита назначена встреча.

Швейцар вручает Алексу записку от помощника министра. Тот не хочет говорить с ним, вообще не хочет иметь с ним дела. Если Мередит попытается настаивать на встрече, он будет вынужден рассказать всем о его странном поведении. По мнению помощника министра, Алекс психически неустойчив, страдает манией преследования.

Мередит удивлен, более того, взбешен. Доказательства налицо: на помощника министра оказали давление точно таким же способом, как и на многих других. Люди Гувера взяли под контроль каждый шаг Мередита. Грубая власть ФБР всесильна.

Неподалеку от дома Мередит замечает машину ФБР. В машине сидят водитель и еще один человек. Оба молча, пристально смотрят на Алекса. Это часть стратегии страха, который появляется у человека, знающего, что за ним следят.

Все это соответствует методам гуверовцев.

Мередит в такси направляется к гаражу, где стоит его машина. Потом он едет по Мемориал-парквэй, лавируя между машинами, и видит, что машина ФБР неотступно следует за ним.

Произвольно меняя направление, он выезжает за город. Гонка с преследованием по проселочным дорогам на огромной скорости. Стремительная смена пейзажей за окном, визг шин на крутых поворотах – все это усиливает панический страх Мередита. Он ведет борьбу во имя жизни. Мы понимаем, что потеря ориентации, вызванная событиями минувших недель, в результате этой безумной гонки катастрофически прогрессирует. Нервы Мередита начинают сдавать.

В наступающих сумерках он допускает ошибку на неожиданном повороте. Он резко нажимает на тормоз. Машину заносит и выбрасывает с дороги через изгородь на какое-то поле.

С кровоточащей ссадиной на лбу от удара о ветровое стекло Мередит выбирается из машины. Он видит приближающуюся машину ФБР и с криками бросается к ней. Подсознательно он жаждет драки со своими преследователями. Но все происходит не так, как он хочет. Два агента выскакивают из машины и мгновенно скручивают его. Они делают вид, что ищут у него оружие.

Водитель холодно произносит:

– Не ставь нас в трудное положение, Мередит. Нам не очень нужны такие, как ты. Такие, которые носят нашу форму, а работают на противника.

Мередит окончательно падает духом: им известна тайна из его прошлого. Во время войны в Корее, будучи двадцатилетним лейтенантом, он попал в плен и не устоял под давлением тех, кто его пленил. Впрочем, он был не одинок, таких, как он, насчитывались сотни. Сотни доведенных до отчаяния людей. Командование армии отнеслось к ним с пониманием. Позднее их заверили, что из личных дел эта страшная страница будет вычеркнута. Ведь они с честью выполнили свой служебный долг, к тому же им пришлось столкнуться с тем, к чему их никогда не готовили.