Чтение онлайн

– Скажи Шеффилду, пусть подотрется своим дополнительным вознаграждением. Меня это не интересует.

На какое-то время Харрис опять замолчал.

– Придется мне сказать тебе кое-что еще. Шеффилд собрал высказывания о тебе со всего Лос-Анджелеса, отовсюду, откуда только можно. Получается неприглядная картина: все характеризуют тебя как законченного алкоголика, говорят, что ты представляешь угрозу для общества.

– Браво, Шеффилд, молодец! Мы должны быть ему благодарны. Ведь скандалы увеличивают доходы. Так что теперь мы продадим вдвое больше экземпляров

нашей книги!

– Это не все, – продолжал Харрис. – Он утверждает, что располагает письменными показаниями, данными под присягой одной девушкой, которая обвиняет тебя в изнасиловании и избиении. Он располагает фотографиями, сделанными в полиции, на которых видны следы нанесенных тобой побоев. Она из Беверли Хиллс и еще совсем ребенок, ей всего четырнадцать лет. Кроме того, имеются показания его друзей, которые утверждают, что в гостях ты напиваешься до потери сознания и однажды у тебя отняли наркотики. По словам Шеффилда, ты пытался напасть на его жену. Он не хотел бы предавать этот случай огласке, но, возможно, ему придется это сделать. А еще он говорит, что после твоего визита пришлось целую неделю приводить в порядок квартиру.

– Это же все ложь! Джош, это какое-то безумие! Во всем этом нет ни доли правды!

– Все дело в том, Питер, что какая-то доля правды наверняка есть. Я, конечно, не имею в виду изнасилование, увечья или наркотики. Такие обвинения нетрудно и сфабриковать. Но то, что ты много пил в последнее время, – правда. То, что у тебя были связи с женщинами, – тоже правда. Я знаю жену Шеффилда, вся эта история с ней произошла, очевидно, не по твоей инициативе. И тем не менее это факты.

Ченселор, шатаясь, встал с кровати. У него кружилась голова, в висках кровь стучала от боли.

– Я просто не знаю, что сказать! Я не верю тому, что слышу!

– А я знаю, что сказать, и знаю, чему верить, – произнес Джошуа Харрис. – Имей в виду, им наплевать на все правила игры и на приличия.

Варак сел на софу, обитую бархатом, и, наклонившись к кофейному столику, открыл портфель. Вынув две папки с бумагами, он положил их прямо перед собой и отодвинул портфель в сторону. Утреннее солнце светило в окна, выходящие в парк, наполняя комфортабельный номер отеля мягким желтовато-белым сиянием.

Мунро Сент-Клер взял с серебряного подноса кофейник, налил себе чашечку кофе и сел напротив разведчика.

– Вы действительно не хотите кофе? – спросил он.

– Нет, благодарю. Я за это утро уже выпил несколько чашек. Кстати, я очень признателен, что вы прибыли сюда самолетом. Время нам дорого.

– Да, дорог каждый день, – подтвердил Сент-Клер. – Нельзя допустить, чтобы эти досье оставались в чьих-то руках слишком долго. В любую минуту может случиться непоправимое. Чем мы располагаем?

– У нас почти все, что нам нужно. Моими основными источниками информации были издатель Ченселора Энтони Морган и его литературный агент Джошуа Харрис.

– Они охотно согласились сотрудничать с вами?

– Добиться согласия было нетрудно. Я убедил их в том, что идет обычная

проверка в связи с допуском Ченселора к секретным материалам.

– Проверка благонадежности? Чего ради?

Варак раскрыл одну из папок:

– Незадолго до аварии Ченселор получил из правительственной типографии стенограмму заседаний Нюрнбергского трибунала. В то время он собирался начать работу над романом о судебных процессах над немецкими военными преступниками. Он считает, что судебные органы западных союзников плохо выполняли свои прямые обязанности и поэтому тысячи нацистских преступников непонятно каким образом смогли свободно эмигрировать во все страны света, переведя предварительно за границу огромные суммы денег.

– Он не прав. Такое действительно случалось, но не как правило, а только как исключение, – заметил Браво.

– Так это или нет, тем не менее некоторые из этих документов все еще остаются засекреченными. Правда, таких материалов Ченселор не получал, но он этого не знает. Я уверил издателя в том, что документы, которыми он располагает, секретные и что поэтому необходимо проверить его благонадежность. Ничего серьезного, обычная проверка. Кроме того, я убедил их в том, что являюсь поклонником таланта Ченселора и что мне просто приятно беседовать с людьми, которые знают его лично.

– Ну и что, он написал книгу о Нюрнберге?

– Он даже не начал ее писать.

– Интересно, почему?

– Прошлой осенью Ченселор попал в автомобильную катастрофу. Женщина, которая ехала вместе с ним, погибла. Согласно заключению врачей, если бы в течение еще десяти минут Ченселору не оказали помощь, он умер бы от внутреннего кровотечения и заражения крови. Потом целых пять месяцев он находился в больнице, где его собирали буквально по частям. Врачи полагают, что он сможет восстановить свое здоровье только на восемьдесят пять – девяносто процентов. Я имею в виду его физическое состояние.

– Кто была эта женщина? – тихо спросил Браво.

Варак обратился к папке, лежавшей справа:

– Ее имя Кэтрин Лоуэлл. Они были вместе около года и собирались пожениться. В тот день они направлялись к его родителям, живущим в северо-западной части Пенсильвании. Смерть Кэтрин Лоуэлл была страшным ударом для Ченселора. На долгое время им овладела депрессия. В какой-то степени он все еще находится в этом состоянии, по крайней мере, так говорят его издатель и агент.

– Морган и Харрис, – повторил Браво, будто внося для себя какую-то ясность.

– Да, они оба с нетерпением ждали его выздоровления, сначала от физических травм, потом от депрессии. Оба признаются, что в последние месяцы бывали такие моменты, когда они опасались, сможет ли Ченселор вообще взяться за перо.

– Ну, это обоснованные опасения. За все это время он ведь так ничего и не написал?

– Кажется, он возобновил работу. Сейчас Ченселор находится в Калифорнии, где выступает в качестве соавтора сценария по собственному же роману «Контрудар!». Правда, ничего выдающегося от него не ждут: у него нет опыта работы в кино.