Чтение онлайн

Павел прочитал ключевую фразу четыре раза, без какого-либо эффекта. Но на пятой попытке филактерия задрожала в его хватке как взбешенное животное, изо всех сил пытающееся убежать, затем превратилась в песок и мягкие крошечные фрагменты. Потеряв цель, вспышки адского огня беспорядочно заскакали по комнате, до тех пор, пока миниатюрные порталы, из которых они вырывались, не взорвались в прерывистой череде взрывов, оставив только рваные дыры в стенах.

Вот так, — подумал Павел. — Так и

должно быть.Он хотел порадоваться, но чувствовал себя слишком больным и утомленным.

Кроме того, еще не все закончено. Уничтожение миталя не остановило големов. Они стремились убить нарушителей так же неистово, как и прежде.

Павел поднял булаву и двинулся на помощь своим товарищам. Но как только он сделал шаг, силы покинули его, и он упал, выплевывая кровь.

Дорн посмотрел вверх, ожидая удара, который убьет его. Но Саммастер не двигался. Он дрожал, стоя на месте, в то время как Рэрун рубил его ногу.

Луч красно-золотого света пробил дыру в боку Саммастера изнутри. Потом появился другой, а затем еще множество, вырываясь во всех направлениях из каждой части тела, пока отвратительный вид гниющей плоти и костей почти не исчез в пламени ярком, будто восходящее солнце. Лич поднял голову и закричал, а затем начал падать.

Прямо на Дорна. Даже превратившись в решето, труп все еще мог раздавить человека. Зная, что это бесполезно, он пытался ползти, и пара клыков подхватила его. Прыгнув, Kaрa быстро выдернула его из-под падавшей туши.

Глаза Дорна увлажнились, словно он собирался заплакать.

— Саммастер не убил тебя, — сказал он. — Ты жива.

Она мягко положила его на землю.

— Даже лучше, — сказала она. — Я в здравом уме.

Уилл рубил каменного дракона, но кривой клинок отскакивал, не оставляя следов. Неудивительно. Со временем от ударов по железу и серому граниту даже зачарованный меч затупляется.

Он увернулся от удара когтей. Попытался нанести ответный удар, но чувствовал себя слишком медлительным. Он устал, задыхался, оружие потяжелело в его руках, и все остальные были в таком же жалком состоянии. Конец был близок.

И вдруг Рваный Плащ сказал таким бесстрастным голосом, что потребовалось мгновение, чтобы понять слова:

— Мы победили. Отступайте, соберитесь, и я перенесу нас отсюда.

В силу обстоятельств Уилл был сосредоточен на враге. Однако это казалось удивительным, нереальным, что, после года борьбы, Павел преуспел в подавлении бешенства, а он даже не заметил этого. Когда он и его выжившие товарищи отступали, преследуемые големами, он рискнул взглянуть, чтобы удостовериться, что его друг спешит присоединиться к ним.

Но нет. Вместо этого он лежал на животе в центре золотой магической фигуры, а вокруг его головы была кровь.

— Вставай, слабак! — закричал Уилл.

— Не могу, — прохрипел Павел. На его подбородке тоже была кровь. — Со мной покончено. Это цена вашего освобождения. Уходите.

— Только вместе с тобой! — Уилл кинулся к нему.

— Тэган! — сказал Павел. — Останови его!

Авариэль схватил Уилла и потянул его назад. Пытаясь освободиться, он мельком увидел огромные расплывавшиеся

фигуры, мелькавшее пламя и серый пар. Големы двигались вперед в заключительной неотразимой атаке. И исчезли во вспышке и дымке.

Насколько Нексус мог судить, Тамаранд оказался столь же замечательным командиром как Ларет. Под его руководством металлические совершали чудеса. Но иногда даже чудес бывает недостаточно. Когда их товарищи резко падали с неба или постепенно снижались, слишком сильно раненые, чтобы продолжать бороться, он боялся, что это один из таких случаев.

Что-то замерцало далеко внизу, на земле. В сражении, где применялось колдовство и драконье пламя, многое сверкало и вспыхивало, и он не знал, что побудило его обратить внимание на это мерцание. Все же он посмотрел вниз как раз в нужный момент, чтобы стать свидетелем кончины Саммастера.

Нексус начал реветь самое мощное из известных ему заклинаний изгнания. До этого он уже дважды безуспешно пытался использовать его, но, возможно, со смертью Саммастера сила заклинаний лича уменьшилась, поэтому стоило попытаться снова.

Дракон хаоса плюнул в него кислотой. Воющий дракон ударил звуковой волной своего крика. Не позволяя им помешать, он произнес последние слова заклинания.

Внезапно во всем небе иномировые драконы разом исчезли, низвергнутые обратно в адские царства, откуда были призваны своим господином.

8-27 число месяца Найтал, Год Неуправляемых Драконов

Грайгел Рейджнев вылил смолянистый янтарный яд из стеклянной колбы в котел, кипевший на медленном огне. Задача требовала уверенных рук и полной концентрации. Для приготовления микстуры необходима была точность, магический процесс был хаотичным, требуемые пропорции, или время, когда нужно добавлять следующую каплю, были неизвестны. Анализируя изменявшийся цвет эликсира и непостоянные запахи паров, алхимик должен был принимать решения по ходу дела.

Что-то обрушилось за его спиной. Он застыл в оцепенении, руки дрогнули, и яд вылился в варево. Взметнулись клубы желтого сернистого пара, и вся микстура, как и десятидневная работа, пошла прахом.

Грайгел круто развернувшись на стульчике, чтобы выругать того дурака, который произвел шум, но то, что он увидел, обратило его гнев в беспокойство. Это был Ссаланган, выбивший грубо сделанную дверь лачуги и глядевший, согнувшись, в проем.

— Где Саммастер? — зарычал белый.

— Я не знаю, — ответил Грайгел чуть дрогнувшим голосом. — Он ушел, не предупредив, куда. Уверен, он вернется, как только сможет.

— Не слишком полагайся на это, — произнес Ссаланган. — Мы, драконы, считаем, что он сбежал, оставив вас, рабов, страдать от нашего гнева. Что с тобой и произойдет. Но мы обязательно найдем его и тоже накажем. У нас достаточно претензий, чтобы достать его из под земли.

— О чем ты?

— О бешенстве, конечно. Оно покинуло наш разум два дня назад, но мы подождали, чтобы точно убедиться. Так и есть. Несмотря на то, что вы, рабы, клялись, будто оно никогда не закончится само собой. Ты лгал, чтобы напугать нас и заставить принять трансформацию.