Чтение онлайн

– Что ты сделал со мной?
– прорычал Отшельник. У него был скрипучий и резкий голос, - словно скрежет клинков, сопровождаемый отдаленными раскатами грома. Существо говорило по-эльфийски, с акцентом, никогда не слышанным Тэганом ранее. – Я чувствую, как что-то вертится в моей голове.

– Ах!
– Тэган дышал с трудом. Его тело сжимали огромные пальцы чудовища, и эльф едва мог говорить.
– Это бешенство. Фоуркин Одноглазый научил меня заклинанию, способному мгновенно разрушить защиту любого змея. Должен отметить, ты прекрасно держишься. Большинство драконов

сходят с ума. Они не способны вести разговоры в таком состоянии.

– Я не дракон. Мой и их виды разошлись целую вечность назад.

– Очевидно, недостаточно далеко, - сказал Тэган.

– Сними проклятие!

– Мудрая просьба. Ведь оно уничтожит смысл твоего существования. Правда, я ещё не овладел заклинанием для снятия этого проклятия, но, к счастью, леди Карасендриэт — певчего дракона — может применить его. Если ты согласен на беседу в более дружелюбных обстоятельствах, то, я думаю, что она с удовольствием поможет тебе.

Отшельник прорычал:

– Я не поддаюсь на угрозы. Я уничтожу всех вас, а потом воскрешу. Вы будете моими бездушными слугами, а бард вылечит меня.

– Плохая идея. Кто тебе даст гарантии, что мёртвая Кара вспомнит и сможет прочитать заклинание, как сейчас? И даже если всё пойдёт, как ты надеешься, это не спасёт тебя надолго. Бешенство становиться всё сильнее. Со временем безумие завладеет тобой, даже не сомневайся. Мы с друзьями исследуем каждый дикий уголок этих земель, чтобы остановить катастрофу и чтобы избавить драконов и подобных им от этой заразы. Получается, что в твоих интересах успокоиться и принять нас как гостей. Можешь начать с того, что перестанешь дробить мои рёбра.

Отшельник освободил Тэгана, правда, не самым приятным образом — тварь бросила его на землю, как мусор. Однако пара крыльев сделали своё дело, и бросок превратился в ровный полёт. Эльф подлетел прямо к морде ллинорна, огромной, чёрной, покрытой слизью и с мерзкими усиками.

– Может, присоединимся к другим?
– спросил певец меча.

Кара не знала, почему Тэган, Дорн и остальные заставили её и Дживекса улететь. Возможно, они просто надеялись, что если разделиться, то хоть у кого-то будет возможность спастись. Они, наверное, думали, что драконы с их крыльями и магическими способностями имеют больше шансов. Если так, то это имело смысл, но она не могла покинуть Дорна и остальных. Карасендриэт была не такой. Но, возможно, ей удалось бы заставить Отшельника поверить в то, что она покинула поле битвы, а потом нанести удар сзади. Её раны пульсировали, грудь болела от количества выдохнутых струй смертоносного дыхания. Она развернулась. Дживекс, чья чешуя была испачкана собственной кровью, последовал её примеру. Когда они вернулись, то увидели, что ситуация изменилась.

Всё ещё находясь на высоте нескольких дюжин футов над землёй, Отшельник держал Тэгана когтями, но не пытался причинить ему вред, не произносил заклинаний и не пускал в ход пагубное дыхание. Казалось, он попросту болтал с пленником.

Это дало Дорну, Уиллу, Павлу и Рэруну возможность разобраться с Бримстоуном, который, окутав себя серным дымом, продолжал атаковать. Несмотря на раны и усталость, охотники продолжали сдерживать вампира как только могли.

– Бримстоун сейчас б ольшая угроза, - сказала Кара, - нужно разобраться с ним.

– Не переживай, - ответил Дживекс, - он мне не ровня.

Они нырнули вниз. Дживекс наколдовал ослепляющие

вспышки перед алыми глазами вампира и оглушающий шум в его ушах. Ошеломлённый, дымный дракон попробовал отмахнуться, но не заметил несущуюся на него Кару. Затянув боевую песнь, в последнюю секунду, когда у змея не было шансов уклониться, Кара ударила, вонзив когти в бока, а клыки в шею, обмотала хвостом тело вампира и накрыла крыльями, прижимая к земле. Охотники, подняв оружие, бросились к ним. Но прежде, чем кто-то добежал, тело Бримстоуна исчезло, превратившись в дым и угольки. Кара упала в облако, разошедшееся в разные стороны, словно под порывами ветра. Дым снова слился в прежнюю форму в нескольких ярдах от прежнего места. Кара видела, что у Бримстоуна помимо повреждённых лапы и крыла, было множество ран по всему телу. Намереваясь прикончить его, друзья бросились в сторону вампира.

– Стойте!
– прорычал Бримстоун.
– Я напал на вас не по своей воле. Сейчас я свободен от чар ллинорна.

Единственным ответом Дорна была атака железными шипами. Бримстоун отскочил назад, и удар пришёлся мимо.

– Отшельник использовал клерикальную магию, - сказал дымный дракон. — При помощи подобных заклинаний можно управлять нежитью. Ты же знаешь, Павел Шемов, что я прав. Скажи им!

Павел посмотрел так, словно просто собирался проигнорировать слова Бримстоуна и продолжить атаку. Однако, жрец сказал:

– Остановитесь! Он говорит правду. Это Отшельник натравил его на нас. Сама его природа сделала Бристоуна уязвимым.

– Но мы знали, что он вампир, перед тем, как согласились сотрудничать, - тяжело проговорил Уилл.
– Так что нам не на что жаловаться.

Нахмурившись, Дорн опустил меч.

– Я тебе не доверяю, - сказал он Бримстоуну, - но я верю в силу твоей ненависти к Саммастеру.

Дракон оскалился:

– Мы в этом очень похожи.

– Рад видеть, что всё в порядке, - встрял в разговор Тэган.
– Гости должны вести себя, как и подобает гостям.

Кара посмотрела вверх. Сложив крылья, авариэль опускался на землю, а за ним следом без труда парил огромный бескрылый ллинорн.

Исчерпав весь свой магический потенциал, Павел применил всё своё целительское мастерство, а друзья осушили все имевшиеся целительные эликсиры. В противном случае они вряд ли способны были бы вести разговор с Отшельником — все были слишком изранены и утомлены. Они собрались у потрескивающего костра, разведенного Дорном, утомленные и побитые, покрытые кровоподтеками, волдырями и перевязанные окровавленными бинтами. Только Бримстоун, чья вампирская природа позволяла залечивать раны очень быстро, выглядел лучше остальных.

Как будто прочитав мысли Павла, Уилл прошептал:

– Если Отшельник осмелиться нарушить клятву, через секунду-другую мы все окажемся в его животе.

– Если даже это произойдёт, - ответил жрец, - его наверняка стошнит от тебя. Надеюсь, у нас с ним схожие представления о тебе.

Из-за ожогов и ран, которые он ещё не успел перевязать, Павел чувствовал себя нехорошо. Он прилег, опираясь на локти. Так было немного удобнее.

– Я дал вам время подлечить раны и выпить эликсиры, - сказал Отшельник. Громадное, покрытое лишаем существо нависло над всеми, в том числе и Бримстоуном. Весь его вид показывал не просто неприязнь, а абсолютное презрение, - так император смотрит на крестьянина, вымазанного в навозе. — Теперь настал черёд говорить.