Руины
Шрифт:
Мара всплеснула руками.
– Эй, забудь, ладно?
– Ага, - подхватила Миракс, - подумайте над тем, что бы было, если бы мы проводили время в вашей Академии, вместо того чтобы мотаться по Галактике. Да и не так уже много руин мы оставили после себя.
Мастер-джедай хмыкнул.
– Думаю, ворсы более обстоятельно подходят к проблемам с руинами.
– Тут вы правы. После того злополучного инцидента с адмиралом Акбаром и принцессой Лейей ворсы огородили над Собором Ветров запрещенную для полетов зону радиусом в два километра, так что теперь никто не врежется в их драгоценный храм, -
– Входим в атмосферу через пятнадцать секунд. Вы бы пристегнулись…
– Пойду, скажу остальным, - Люк развернулся и прошел обратно по коридору в кают-компанию, где сидели Анакин и Чалко. Некоторое время назад они играли в голографические шахматы, и вот теперь они препирались, обвиняя друг друга в жульничестве. У Анакина, например, была очень интересная логика:
– Раз ты выигрывал, а я при этом не жульничал, то я и догадался, что мухлюешь именно ты.
Вошедший Люк прыснул со смеху.
– Пристегивайтесь. Мы входим в атмосферу. Анакин выполнил приказание, но вот Чалко лишь поглубже втянулся в свое кресло и вцепился руками в поручни. Люк также уселся на диван, пристегиваясь ремнем безопасности.
– Чалко, зачем постоянно делать все наперекор? Тот пожал плечами и с трудом удержался в кресле, едва не вылетев из него, когда «Скат-Пульсар» хорошенько тряхнуло.
– Конечно, вы, джедаи, всемогущи! Делаете все, что вздумается! Но и мы, маленькие люди, не лыком шиты. И в креслах держаться умеем, - говоря это, он пропустил очередной толчок, его вырвало из кресла, и он покатился вниз по коридору.
Люк решил воспользоваться Силой, чтобы подтащить его обратно, но обнаружил, что Анакин уже опередил его. Он вернул его в кресло так аккуратно, что вряд ли Чалко даже заметил, что ему помогли подняться на ноги.
– Пожалуйста, Чалко, просто пристегнись. Коротышка что-то буркнул под нос, но за ремнем потянулся.
– Да, чуток трясет. Я тут подумал, раз вы, джедаи, пристегнулись, то почему и я не могу?
Люк с Анакином переглянулись и обменялись понимающими улыбками, затем мастер-джедаи продолжил назидания:
– Когда спустимся, мы с Марой пойдем повй*-" дать кое-кого, за кем мы, собственно, и прилетели. Космопорт здесь не очень большой, так что я хотел бы, чтобы вы остались на «Скате».
Анакин мгновенно скис.
– Но я-то думал…
Люк поднял руку, останавливая его.
– Откройся Силе, Анакин. Ты чувствуешь Дае-шару'кор?
Юноша помедлил немного, затем мотнул головой.
– Нет.
– Точно, ее здесь нет. Чалко нахмурился.
– Вы и не предполагали ее здесь найти, не так ли?
– Не предполагал. Разве что, при каких-либо неординарных обстоятельствах, - он подался вперед настолько, насколько позволял удерживающий его в кресле ремень.
– Мы лишь узнаем здесь то, что уже знает она, а затем отправимся дальше. Вот тогда-то ты и понадобишься нам, Чалко.
– А как же я?
– - спросил Анакин.
– Твоя помощь тоже очень необходима, Анакин. Его племянник наконец просветлел.
– И что же от меня требуется?
– Я до конца не уверен. Сила время от времени дает мне подсказки, и как: раз в данный момент Она советует мне оставить тебя здесь, на «Скате».
– Ты
Люк раздраженно уставился на племянника.
– Анакин!
Их резко прервал прозвучавший из интеркома голос Миракс.
– Мы почти сели. Приземлимся через минуту. Внизу нас уже ждет машина.
Люк улыбнулся.
– Ну вот, если все пойдет хорошо, то мы улетим отсюда в течение часа.
Планета с умеренным климатом и примерно равным соотношением воды и суши, Вортекс состоял преимущественно из обширных цветущих равнин, покрытых синезелеными травами, которые плавно раскачивались под дуновением ветров. Сами ворсы были стройными гуманоидами с полыми костями и кожистыми крыльями, которые позволяли им парить над равнинами в восходящих воздушных потоках. Ворсы были миролюбивой расой и жили с чувством необычайной гармонии как со своим народом, так и со всей планетой. Это чувство во многом и сподвигло их на постройку такого величественного сооружения, как Собор Ветров.
Пока ландспидер приближал гостей планеты к их пункту назначения, следуя через деревни ворсов, состоящие из небольших домиков с соломенными крышами, Люк медленно осознавал, что храм одновременно и очень подходил этому миру, и казался чуждым для него. С одной стороны, ворсам с их предрасположенностью к творчеству и способностью возводить высокие строения (не без помощи крыльев за спиной) сама Сила велела заниматься постройками вроде этого Собора, но с другой - все свои способности они приберегли исключительно для этого величественного строения. Собор, безусловно, поражал воображение, но он казался неуместным рядом с низенькими и скромными домишками ворсов.
Ветра в этом месте особенно свирепствовали, продувая храм сквозь небольшие щели и отверстия, проходя через длинные извилистые трубы и заставляя тонкие транспаристиловые стенки вибрировать и разносить по окрестностям неописуемый словами звон. Прозрачные заслонки на отверстиях, приводимые в движение сложными механизмами, поднимались и опускались, изменяя звук:, делая его резче или мягче, громче и тише. Само здание, казалось, жило, разносило свой голос на километры и диктовало свою волю окрестным жителям. А во время Концерта Ветров обычно происходило нечто и вовсе невообразимое: ворсы использовали собственные тела, чтобы манипулировать отверстиями в стенах Собора, и превращали свист ветра в потрясающую симфонию.
Миракс замедлила скорость ландспидера, затем совсем остановилась, позволив Люку и Маре высадиться в полутора сотнях метров от Собора. Между двумя джедаями и Собором находилось одно-единственное существо: высокая голубокожая женщина гуманоидной расы. Она была облачена в тонкое темно-синее платье, которое выгодно подчеркивало голубизну ее кожи и жемчужный блеск ее волос. Люк как-то слышал, что ее описывали как женщину «инородной красоты», и стоя здесь, рядом с Собором Ветров, он находил этот эпитет наиболее подходящим. Гибкая, стройная, даже хрупкая, она казалась существом, вышедшим из мечты неисправимого романтика.