Рубин Карашэхра
Шрифт:
Эмил запнулся, увидев, что голубые глаза его прекрасной собеседницы наполнились слезами и задрожали розовые губки. «Черт! — остановил он себя. — Кажется, я немного переусердствовал».
— Ну не надо, не надо, не плачьте. Не плачьте.
Элина всхлипнула и, уткнувшись лбом в его грудь, горько разрыдалась. Посланник прижал к себе ее кудрявую головку и стал ласково поглаживать вздрагивающие плечи.
— Что вы, в самом деле. Не надо плакать.
— Зачем вы говорите такие ужасные вещи? —
— Ну, простите меня. Забудьте все, что я говорил.
Эмил прижимал к себе хрупкое тело, вдыхая исходящий от него тонкий нежный аромат цветов, осторожно гладил прозрачные крылышки. Она была такой маленькой, кудрявая головка едва доставала до плеча полудемона. Маленькая беззащитная девочка.
Она подняла глаза небесного цвета и улыбнулась.
— Почему же вы полюбили меня? — спросил полудемон.
— Не знаю…
Эмил тяжело вздохнул и снова усадил ее в кресло, а сам опустился на пол.
— Ну хорошо. — Посланник устало опустил голову. — Вы хоть представляете, что я могу с вами сделать? Вы, ничего не зная обо мне, не зная даже моего имени, летели сюда, доверились мне. Вы понимаете, что сейчас находитесь в моей полной власти и вам никто не поможет?
— Что вы можете мне сделать? — с милой уверенностью спросила она.
— Ох, наивная невинность. Посмотрите туда, что вы там видите?
Апсара повернулась, следуя взглядом за вытянутым указательным пальцем полудемона:
— Очень большую кровать.
— Вы думаете, я пользуюсь ею только для сна?
Она снова улыбнулась:
— Я не понимаю вас.
Она действительно не понимала.
— У вас никогда не было отношений с… — Эмил задумался, впервые сообразил, что ничего не знает о личной жизни ангелов, да и апсар тоже, — … с мужчиной?
Она немного покраснела и опустила глаза.
— Апсары любят только один раз.
Полудемон вздохнул со стоном, выражающим всю его беспомощность перед судьбой и бесконечное раздражение.
— Вы хотите от меня физической любви? — догадалась она.
Эмил снова вспылил:
— Да пропадите вы пропадом вместе с вашей физической любовью! Ничего мне от вас не нужно!
Элина промолчала, теребя тонкими пальчиками край шитого золотом хитона. А Эмил представил, как веселился бы сейчас Буллфер, наблюдая забавнейшую любовную сцену с этим ангельским созданием. Однажды, еще в юности, полудемон спросил, почему женщины так льнут к нему. На что Хозяин ответил с замечательной усмешкой: «В тебе соединены демонический магнетизм и человеческая… привлекательность. Люди очень любят это. Я не знаю почему, но зачастую и женщины и мужчины предпочитают эти два признака даже ангельской гармонии».
Эмил снова потянулся за кочергой и услышал голос
— Что это?
— Где? — он обернулся.
Элина держала в руках сухой цветок, выпавший из книги.
— Мой цветок? Вы сохранили его?
— Да, сохранил, — нехотя ответил полудемон.
— Почему? — воскликнула апсара, с надеждой заглядывая в его лицо.
— Не знаю, — честно ответил Эмил.
— Вы думали обо мне? Правда?
Она соскользнула с кресла и встала рядом с колдуном на колени.
— Думал, — честно признался он.
Нежное лицо расцвело сияющей лучистой улыбкой. Маленькая теплая ручка легла поверх его руки.
— Правда?
Эмил не смог не улыбнуться, глядя в ее счастливое милое личико:
— Правда.
Апсара засмеялась, потянувшись к нему, и полудемон не мог не обнять ее. Золотоволосая головка опустилась на его плечо, а розовые губы оказались в опасной близости от губ полудемона. Он вдруг почувствовал, что ему мучительно хочется поцеловать волшебное создание, и с трудом сдержал учащающееся дыхание. Ласковая гладкая ладошка легла на грудь колдуна, а голубые глаза взглянули в его глаза.
— Я люблю вас, — шепнула апсара.
— Вы сумасшедшая, — ответил полудемон.
— Вы разве не поцелуете меня? — спросила она.
«Стоп! Опасность!» — подсказала Эмилу его интуиция.
— Нет, спасибо! Что-то не хочется. — Он снял со своей шеи тонкие руки и отодвинул апсару на безопасное расстояние.
— Вы грубиян и обманщик, — ласково сказала Элина. — Вы хотели меня поцеловать, я чувствовала.
Полудемон недоверчиво хмыкнул.
— Да, я чувствовала, что очень хотели.
— Слушайте, Элина, знаете, чем вы сейчас занимаетесь?
— Чем? — распахнув ясные глазки, спросила она.
— Пытаетесь меня соблазнить.
Она покраснела, розовые щеки вспыхнули алым огнем.
— Простите, — едва слышно прошептала она.
Полудемон не выдержал и рассмеялся:
— Не стоит извиняться, мне это очень нравится, вы делаете это так искренне, мило и совершенно по-детски.
Элина прижала ладони к пылающим щекам, на длинных ресницах задрожали слезы. Эмилу стало невыносимо жаль ее, но он продолжил:
— Никогда не думал, что маленькие ангельские девочки так похожи на наших ведьмочек. Вы хотите, чтобы я вас поцеловал? Что же вы молчите? — Полудемон схватил ее за руку и притянул к себе. — Так куда вас поцеловать?
Она подняла на него ясные, полные муки глаза и прошептала:
— Вы можете продолжать унижать меня, но я все равно люблю вас.
— Черт! Дьявол!
— Не надо, — она прижала мягкие пальчики к его губам. — Не говорите так.
Эмил мотнул головой, сбрасывая ее руку: