Ru.Teens
Шрифт:
Так и началась моя реабилитация: обколотые вены, сытная больничная еда (давали бананы даже), уйма внимания со стороны врача и медсестёр, долгожданный покой без алкоголя. Совсем непривычный тихоходный ритм. Мне кажется, это было необходимо. Перезагрузиться. Я лежал и кемарил. В обеденный перерыв ко мне зашла мама, женщина в белоснежном костюме с филигранным колье "Соколов" на шее. Донельзя утончённая снаружи. В меру нанесённый подчёркивающий её аристократические черты лица макияж выражал достоинство и профессиональную красоту. Давно я её такой не видел.
–
–Да уже получше. Откачали, – равнодушно говорю ей.
– Интересно получается: сын известного в городе врача чуть не умер от лёгочного заболевания. Иронично, правда?
–Извини, что не поверила тебе тогда.
В ней было столько же искренности, сколько её имеется в речи политика.
–Да подумаешь, всего-то моя жизнь была на чаше весов.
–Не начинай! Ты же знаешь, что я хочу для тебя только лучшего. Хочу, чтобы ты учился. Был успешным. Поступил в институт!
Этот разговор она заводит каждый раз. И с чего бы мы не начинали говорить – всегда всё сводилось к учёбе.
–Да, да, да, – негодую я.
–Завтра принесу тебе учебники и книжки по ЕГЭ. У тебя столько свободного времени щас будет. Подготовишься.
–Обязательно, – ещё больше негодую я.
–Буду тебя переодически навещать, проверять читаешь ты или нет, – она подошла ближе.
–Выздоравливай, Сашенька.
Мама должна была обнять меня, как это полагается, но для неё было достаточно пары слов и сострадательческого взгляда. Ненавижу!
Как можно учиться на моём по праву присвоенном отдыхе? Тем более я так слаб… Более того, кровать к наукам не располагает. Я взял в руки телефон. Пара десятков касаний по дисплею заразили меня: я динамично листал ленту «Инсты», лайкал девочек, комментил наиболее понравившихся, отвечал на сообщения, полностью погружался в интернет общение. Естественно, я не просто тупо сидел и писал кому попало. В голове трепетала поставленная задача: искать людей с которыми я смогу выйти на живое общение, найти в них не только удовольствие от общения, но и пользу.
Я не разделяю мнения большинства по поводу экранного общения. Для меня важно соединение онлайна и офлайна. Это позволяет моему эмоциональному интеллекту развиваться, лучше читать и понимать окружающих. Конечно, чтобы отыскать хороших приятелей/приятельниц нужно помурыжиться… Я до обжига пальцев об горячую панель айфона сидел и строчил.
Положив телефон на подоконник остывать, я прикинул на воображаемом листе, заполнявшие голову мысли.
У меня куча времени. Пять сотен часов. Мне нужно найти девчёнку на первое время, поскольку потребность даёт о себе знать. Сыскать клиентов (тупых мажоров), продать им по завышенной цене товар. Закорешиться. Побывать на их тусе, понять, что они пьют. По возможности установить тесные связи. Понять, куда я хочу поступать. Накидать вариантов, выбрать для себя перспективные, предоставить их для обсуждения с мамой. Заняться поиском/покупкой ответов на ЕГЭ. Перезвонить звонившему несколько раз Алику. Дел и вправду много – не до каких-то книжек!
1 неделя-ля:
В лежачем
Мама навестила меня всего лишь 2 раза за семь дней. Говорила, по существу, о моём лечении, ругала за непрочтенные книги.
Лечили меня и вправду первоклассно. Всегда вколот и при витаминке. В то время как моему соседу по палате давали скупую одну таблетку и кормили нервотрёпкой очередей на лечебные процедуры на которые он никогда не попадал. Мужика не долечивали, оттого он и капризничал. Бедняга покашливал, но держался молодцом.
Меня стала не устраивать появившаяся радиопередача в которой единственный ведущий монологом объяснялся матерными оборотами, адресованными врачам и всей больнице в целом. Пользуясь имеющейся у меня «властью», я попросил Наталью Борисовну посмотреть мужчину, оказать ему помощь. Все же имеют право на соответсвующее лечение?
Когда тот пил чай, я тонко намекнул кого надо жаловать. Моментально был приглашён Георгием на чашечку чёрного чая. Разговорились. Весёлый оказался мужик. Я даже дал ему кличку "Ловансьен", так как он очень любил французский сыр, но за неимением денег мог лишь мечтать его попробовать. С Лованьсеном мы, коротая вечера, смотрели сериал "Физрук", разводили с его аккаунта в «Мамбе» на голые фотки выцветших с годами подруг, внешне напоминавших «Тайоту Старлет». Я показывал ему новую школу пикапа. Он демонстрировал задрипанный консервативный подход. Чем-то всё это напоминало фильм «Где находится нофелет?» Если бы его снимали в наше время, то ведущей фразой была бы: «Девушка, сколько вам надо в месяц денег?»
Перед сном нас отпускали на небольшую прогулку. Лованьсен травил анекдоты. Я ему рассказывал о своей школьной «Одиссее» длинной в жизнь. Он нескромно удивлялся: «Ебать я древний! Надо же, прямо в спортивном зале!» Матерился он через слово, но при этом так уморительно и к месту, что я и не смел сделать ему замечания… Сблизился.
Однажды, на променаде я предложил ему покурить «Ричмонд». Георгий сломал врученную мной сигарету. Взамен, вместо объяснений, поведал историю.
"Курить я начал лет с 6. С пацанами, значит, у нас такая традиция была: после каждого взломанного гаража мы раскуривали по-солдатски одну на всех. Вдыхали взрослость и всё дальше прощались с детством… Будучи школьником, я дымил, как паровоз. Сигарета была моим неотъемлемым штрихом, атрибутом самостоятельности, неким предметом уважения со стороны моей компании. «Если ты не куришь – лох. Курящий? Пошли с нами». Так повелось. Если в школьные годы у меня ещё был шанс бросить, то на службе уже нет. Там курил каждый, и всё измерялось в сигаретах. Если нужна какая помощь: ”Будь добр, парочку мне дай”. Например: ”Подменить нужно? 3 цибары на бочку“. Привычка сформировалась у меня сильная. Когда я уже в море отправился, то в день выкуривал по две пачке в течении 25 лет…