Ртуть
Шрифт:
Лисенок завыл, когда я завернула за угол и помчалась вниз по лестнице, едва касаясь ногами блестящего мраморного пола.
— Заткнись, — прошипела я. — Ты что, хотел, чтобы я оставила тебя в кузнице? Ты же слышал его. Он хотел сделать из тебя шапку.
Вой оборвался, сменившись недовольным — хотя и гораздо более тихим — ворчанием. Этажом ниже я промчалась через читальные залы и оранжереи с экзотическими растениями и цветами. Я пронеслась через что-то вроде игровой площадки, где группа из восьми длинноногих фей грациозно перебрасывали друг другу мяч через сетку. Тренировочные залы, художественные студии, всевозможные
Если мне попадалась лестница, я спускалась по ней. После нескольких переворотов лисенок сумел высунуть голову из сумки и принялся озабоченно вылизывать мне шею сзади.
— Все в порядке. Я не позволю ему причинить тебе вред. Ш-ш-ш, все хорошо.
Надо было попросить Русариуса и Лейн отвести меня к ртутному порталу, чтобы я знала, где он находится. Но они захотели бы подождать до завтра, а я не могла позволить себе еще один день. Я и так ждала слишком долго.
Шесть этажей.
Семь этажей.
Восемь.
Двенадцать.
Пятнадцать.
Дальше я перестала считать. Мои бедра ныли, когда я наконец добралась до уровня, где больше не было окон. Комнаты стали меньше, потолки ниже. Насколько я могла судить, это были признаки того, что я добралась до подземных этажей. В конце концов, единственными феями, с которыми я здесь столкнулась, оказались солдаты Беликона.
Черт. Конечно, здесь должны были быть солдаты. Ртуть могла находиться в спящем состоянии тысячу лет, но она была одним из самых ценных активов Ивелии. И мне удалось разбудить ее. Теперь Беликон знал, что это может произойти снова, и вряд ли оставил портал без охраны, если есть шанс, что он снова откроется и из него может появиться какая-то угроза.
Проклятье. Я теряла драгоценные минуты. Я чувствовала, как ртуть тянет меня к себе. После столь долгого сна она хотела проснуться. Она хотела, чтобы я нашла ее. Теперь я знала, в каком направлении нужно двигаться. Прямо передо мной в каменной стене зиял грубо вырубленный проход, похожий на один из туннелей Русариуса. Я знала, что если пойду по этому туннелю, то точно найду портал. Единственной проблемой были три стража, стоявшие у входа в туннель и смотревшие вперед, их руки в перчатках лежали на рукоятках мечей. У меня был только маленький кинжал, который дал мне Кингфишер, и злобный лисенок, чтобы защититься. На самом деле, это не было проблемой. Я могла убить их, но ввязываться в драку прямо сейчас было бы пустой тратой времени, а его у меня и так не было.
— Что же нам делать? — пробормотала я себе под нос. — Как мне выпутаться из этой ситуации?
Другой путь. Другой путь. Приди. Приди!
Слышать шепот ртути внутри моего разума было, мягко говоря, обескураживающе. Казалось, она хотела сообщить, что есть другой путь, и была готова показать мне его. Но у меня был выбор — я еще могла передумать. Я могла развернуться, пойти в свою комнату и притвориться, будто моего безумного бегства по дворцу никогда не было. Я могла бы проводить дни в библиотеке с Лейн и Русариусом, читая пыльные книги об обычаях фей и алхимиках, живших тысячи лет назад. Кингфишеру разрешили остаться здесь, в стенах дворца, только на неделю. Через пару дней он должен будет уехать. Кто-то другой займет его место в кузнице, будет экспериментировать со мной. Может, все будет не так плохо, если мне не придется сталкиваться с ним каждый день…
Меня поразило, что мысль об отъезде Фишера
Я не собиралась оставаться.
Я было двинулась с места, но тут из-за угла вышла большая группа стражей, и я была вынуждена нырнуть в нишу и прижаться к стене, изо всех сил стараясь раствориться в тени, когда они проходили мимо. Лисенок уставился на меня, его уши с черными кончиками поворачивались, когда он прислушивался к звукам вокруг нас.
Его тело, гораздо более тощее, чем можно было бы предположить по его пушистому меху, дрожало, как лист.
Как только воины Беликона покинули коридор, я выскочила из своего укрытия и крадучись двинулась вдоль стены, молясь, чтобы солдаты, все еще стоявшие у входа в туннель, не заметили меня. К счастью, один из них повернулся, чтобы поговорить с остальными, и их внимание было отвлечено. Я нырнула за угол так быстро, как только могла, стараясь ступать бесшумно.
Вперед, вперед…
Мне не нужны были подсказки, чтобы знать, куда идти. Я знала это инстинктивно. Но это не мешало ртути продолжать шептать мне.
Вперед. Да, вперед. Приди!
Лисенок заскулил и стал ворочаться в сумке, но из-за затянутого веревкой верха он не мог выбраться.
— Прекрати! Это для твоего же блага! Клянусь, я найду способ вытащить тебя отсюда и унести в безопасное место, но, пожалуйста, перестань вертеться.
Он не перестал. Он был животным и понятия не имел, что именно я от него хочу, но, по крайней мере, он не укусил меня снова.
Сюда. Сюда.
На развилке коридора я знала, что нужно повернуть налево.
Вперед. Да. Приди. Приди…
Дверь в конце коридора выглядела достаточно безопасно. Я не стала тратить время на размышления о том, что может быть по ту сторону. Я повернула ручку, распахнула дверь и вошла внутрь. Меня встретил холодный голый камень. Туннель, гораздо меньший, чем тот, который охраняли солдаты, с таким низким потолком, что мне приходилось пригибаться, когда я шла вперед.
Факела у меня не было, но я привыкла передвигаться по подземным туннелям в темноте. У меня был богатый опыт в Зилварене, когда я регулярно пробиралась в подземные хранилища Мадры, чтобы набрать воды. Русариус сказал, что все туннели ведут прямо к ртути, так что я знала, что рано или поздно найду ее.
Да, приди. Приди. Сюда…
Несколько минут. Это все, что потребовалось.
Последний поворот, и я оказалась в огромной пещере с высокими потолками. Здесь на стенах горели факелы, отбрасывая свет во все стороны, что было благословением. Статуи древних фей и других странных существ высотой в двадцать футов стояли вокруг огромного портала в самом центре пещеры. Воздух казался тяжелым, слишком густым, чтобы втянуть его в легкие, и я замедлила шаг, чтобы перевести дыхание. Кроме того, здесь был какой-то звук — постоянный звон, настолько высокий, что я его практически не слышала. Я будто чувствовала, как он бьется о мои барабанные перепонки. Маленький лисенок в моих руках заскулил, пытаясь спрятать голову обратно в сумку — видимо, он тоже слышал этот звон, и ему это совсем не нравилось.