Чтение онлайн

Сегодняшнее утро отличается ото всех предыдущих в этом доме. Я проснулась от визга Милены. Если эта курица там помирает, я буду праздновать этот день всю свою жизнь. Выскочив из комнаты, я устремилась вниз и увидела, как курьеры заносят в дом огромные вазоны с красными розами. Милена прыгает от счастья, очевидно полагая, что это все для неё. Ирина спокойно наблюдает за происходящим, сидя на диване. Отец чинно ходит вперед-назад. Ну, я на этом празднике лишняя и хотела было вернуться в свою комнату, но один из курьеров остановился в прихожей:

— Заказчик попросил передать это Валерии лично в руки. — совершенно обыденно сказал

он и достал письмо с моим пропуском.

Кирилл! Я уставилась на него в изумлении. Откуда у Кирилла мой адрес?! Почему он не выкинул пропуск?! Получается, мой пропуск всё-таки я выронила у него в машине. Я широко улыбнулась. Впервые за месяц мне захотелось запрыгать от радости, как пару минут назад Милена. Кирилл нашёл меня. Как?! Как ему это удалось?! Я подошла и взяла письмо у курьера:

— Вы можете передать заказчику, что я безумна рада этому подарку? — искренне и безотказно улыбнулась я, и парнишка сам расплылся в улыбке.

— Разумеется. — кивнул курьер и поспешил удалиться. — До свидания.

— Всего доброго. — попрощалась с ним я и наконец обернулась.

Лучше бы не оборачивалась. Милена прожигала во мне дыру взглядом. Ирина хотела придушить меня на месте. Папа неодобрительно смотрел на меня. Твоей дочери подарили целую гостиную роз, а ты расцениваешь это так, будто я только что согрешила! Эти люди даже порадоваться за меня не в состоянии. Не привыкла я к такому вниманию к моей персоне. Нужно сбежать к себе в комнату, пока Милена только пыхтит от гнева. Ее лицо побагровело и стало одного оттенка с розами. Разница в том, что им шло, а ей — нет. Эх, мне влетит так или иначе. Наша огромная гостиная в розах, подаренных мне. Слова девочки-подростка, но сегодня лучший день в моей жизни. Ощущение бабочек, переполнявшее меня в момент поцелуя Кирилла, вернулось, буквально окрыляя. Пофиг, что скажет моя семейка. Я счастлива!

— Лера, от кого эти цветы?! — опять потребовал отец.

— От самого потрясающего человека на Земле. — ответила я и уличила момент, чтобы вернуться к себе.

Милена погналась за мной, но я вовремя успела закрыть двери изнутри. Кирилл. Только об одном воспоминании о нем, вновь хотелось улыбаться. Я подошла к окну и аккуратно вскрыла простой белый конверт с надписью: «Моей Золушке». Я развернула листок бумаги, сложенный в четыре раза, и начала читать:

«Я не умею писать писем, поэтому скажу, как есть. Ты постоянно в моей голове после той ночи. Я скучаю, Лера. Обещаю, мы очень скоро увидимся. Твой Подорожник. P. S. И петь я тоже не умею.»

Милена затарабанила в дверь и что-то закричала. А я? Я засмеялась и заплакала. Я знаю, что тебе медведь на ухо наступил. Я тоже скучаю, Кирилл. На сердце стало так радостно и легко. Жду не дождусь нашей встречи. Я уже даже и не надеялась, что такое может случится. Это точно не сон? Боже, пусть это будет не сон! Не верю! Тем временем моя надоедливая сводная сестра продолжала гробить свои ручки, стуча в дверь. Нужно срочно позвонить Тинке. Подруга берет трубку почти сразу:

«Лер, что у тебя стряслось в такую рань?» — бормочет она сонным голосом.

«Через полчаса в кафетерии. Случилось невероятное! Не об этом дома!» — воплю в трубку я и начинаю одеваться.

«Поняла, встаю и выезжаю.» — бормочет Тинка.

Десять минут, и я при полном параде вылетаю из своей комнаты, прорываюсь через Милену и бегу к машине, бросив быстрый взгляд на тысячу

роз. В девять утра никого, учитывая, что нам ко второй паре, то все просто замечательно. Тина опоздала на пятнадцать минут. Я уже предусмотрительно купила для неё ее любимые ореховый латте и сливочный круассан. Зевая, она падает на соседний стул и с порога говорит:

— Вау, кто-то в отличном настроении. Что стряслось? Давай не томи!

Я многозначительно протягиваю ей письмо, чуть прикусив нижнюю губу. Я всегда так делаю, когда взволнована. Тинка быстро пробегается по тексту и непонимающе изгибает одну бровь:

— «Подорожник»? При чем тут подорожник? Зачем он называет себя сорняком?

— Потому что мне пора приложить к своей жизни подорожник. — выдаю я и краснею, повторяя. — Мой подорожник.

— Так, давай по порядку. От одного письма ты обрадоваться не могла. — хитро улыбается Тина. — Плюс, на письме нет ни одной марки. Значит, тебе доставили его лично.

— Его доставили вместе с розами. Вся моя гостиная в розах! — восклицаю я и открываю «Инстаграм», показывая фото Милены в моих розах. — Вот, видишь, эта зараза уже в моих цветочках.

— Как она только посмела! — ворчит Тина и смотрит на комментарий к фото. — Это ей тайный поклонник прислал. Ага, как же. Эта зараза даже вшивой гвоздички не стоит.

Дальше последовал хохот на весь кафетерий. Я ждала Кирилла. Я даже ездила на красную площадь, но его нигде не было. Он передумал? Если бы у меня был его телефон, я бы позвонила ему. Честно? Мы с Тиной пробовали искать его в соцсетях. В Москве оказалось так много Кириллов, что мы с досадой бросили это дело. Толку никакого. Тем не менее, каждое утро Кирилл отправлял мне цветы, желая доброго утра в записках, которые приходили вместе с букетами. Милена багровела от злости и однажды позвонила Марку с требованием присылать ей цветы. Мачеха пыталась выудить у курьера имя отправителя, однако ей ответили, что заказчики доставки пожелал остаться неизвестным. В записках, которые Ирина, конечно же, читала, всегда было написано: «Доброе утро. Твой Подорожник». Да, мой дорогой Подорожник. Получается, только я знаю имя адресанта цветов, что добавляло интригу и напряжение в мои отношения с семьей.

Я давно не переживаю. Благодаря этим букетам каждое утро я чувствую себя особенной. Если потребуется, я буду ждать Кирилла. Папа же считает, что самым лучшим человеком я назвала Диму, поэтому он успокоился. Пусть думает, как хочет, хотя Ирина ездит ему по ушам, что отправитель не Дима. Я решила играть на нервах у Милены и Ирины и самым невиновным голоском щебечу, что это Дима. Я понимаю, таким образом приближаю дату своей свадьбы, которой не будет. Не переживайте, я не самоубийца, просто пока мне удобно, чтобы папа думал именно так.

Сегодня день возвращения отца из командировки — проклятый ужин, на который всегда зовут Марка и Диму. Такие вечера начали проводится буквально каждую неделю, даже если папы никуда не уезжал. Как же бесит. День начался с букета белых лилий. Почему мне так не по себе? Я отказалась от завтраков с семьей. Теперь я перекусываю в кафетерии, хотя мне давно кусок в горло не лезет. Первое время я была слишком расстроена и подавлена происходящим, поэтому фактически не ела. Не хотелось, и дело не в депрессии или анорексии. Ни того, ни другого у меня нет. Голодающий образ жизни вошёл в привычку. В принципе никто кроме нашей домработницы не обращает на это внимание.