Чтение онлайн

— Иерусалима? Я предполагал, что так и будет, — Боуд сделал паузу и добавил, — занимайтесь слежением Алисия. Думаю, вы прекрасно понимаете, что я делаю всё возможное.

— Конечно, шеф! — тихо ответила Метсон.

— Ну вот и хорошо, — подвёл итог разговору Боуд, — будьте добры. Пригласите ко мне уважаемых профессоров. Мне необходимо кое- что обсудить с ними.

— Сейчас сделаю! — ответила Метсон и покинула кабинет.

Спустя несколько минут туда вошли Александрова и Коэл. С одного взгляда брошенного на

Боуда, они осознали, что ему не удалось найти ответ.

— Вообще ничего? — тихо спросила у него Коэл.

— Вообще, — с расстроенным видом ответил Боуд, — нам нужно ещё раз обо всём поговорить. Возможно, мы что- то упустили из виду.

— Как скажешь Джеймс!

Обе женщины заняли привычные места на диване. Боуд же продолжал ходить по кабинету. Ходил и бормотал себе под нос странные слова. Женщины молча наблюдали за ним. Изредка они обменивались взглядами, в которых сквозила обеспокоенность. Ещё никогда они не видели Боуда таким растерянным. А он именно так и выглядел. Неожиданно Боуд остановился и устремился на женщин непонятный взгляд.

— А может ли быть, что все «Пять Вселенских Соборов» имели одно общее название?

— Нет! — уверенно ответила Александрова.

— Я так и думал, — Боуд кивнул головой и продолжил вышагивать по кабинету. — Что же тогда? «В смерти обрети жизнь». Что они могут значит на ваш взгляд? Энн!

— Понятия не имею, — откликнулась профессор Коэл, — и уж если на то пошло, ищи ответ в Розарии. Ты сам говорил, что именно он указывает на путь.

— Да я уже всё перебрал, — с ярко выраженной досадой ответил Боуд, — но стою там же, где и находился. Ничего. Ни одной даже маленькой зацепки.

— А может дело в названии?

Боуд остановился и бросил удивлённый взгляд на профессора Коэл.

— И чем тебе не нравится название?

— Дело здесь не во вкусах, — ответила профессор Коэл, протирая платком свои очки, — если уж ты весь Розарий разбил на кусочки, так почему же названию значения не придал.

— Энн выражайся яснее. О чём идёт речь? Розарий и есть Розарий.

— У этого слова есть значение!

— Могу представить. Наверняка это слово произошло от названия цветка, а именно розы. Я прав?

— Почти. «Розарий» — латинское слово. Дословный перевод означает «Венок из Роз».

— Ну что из того? — удивился Боуд, — что это меняет?

— Не знаю. Тебе лучше знать Джеймс!

— Да уж точно, — Боуд начал нервно мерить кабинет, двигаясь от входной двери к столу и обратно. Он очень долго ходил и всё это время раздражённо повторял одни и те же слова. «Венок из роз…подумаешь название». И что значит это название? Цветы? Розы? Впрочем это одно и тоже. Хотя я забывая про венок. Как же без него? Это ведь едва ли не самая важная часть наших поисков

— Джеймс, перестань повторять эти слова! — попросила профессор Коэл, — они действуют на нас очень неприятно.

— На

мой взгляд прекрасные слова, — Боуд изобразил подобие улыбки, чем вызвал неприязненные взгляды обеих женщин. — Цветы — это же прекрасно! А розы? Это же королева всех цветов, — Боуд внезапно осёкся. В одно мгновение его лицо поменяло несколько оттенков, а под конец появилось изумление. Женщины замерли наблюдая эти изменения, — чёрт, — прошептал совершенно потрясённый Боуд, — а ведь ты права Энн! Тысячу раз права.

— В чём я права? — спросила заинтригованная Коэл.

— Ответ именно в название! «Венок из роз»…конечно же…как я мог быть таким слепцом, — вскричал Боуд. Он бросился к женщинам и закричал. — Берите всё, что имеет хоть какое- то отношение к Розарию…а лучше запишите на бумаге…запишите каждое слово. Нам может понадобится всё. А я пока позабочусь обо всём необходимом для поездки. Выезжаем через час. Будьте готовы.

Закончив говорить, Боуд буквально вылетел из кабинета. Обе женщины переглянулись.

— Что он придумал? — спросила у Коэл Александрова. Та вздохнула и только потом ответила на вопрос:

— Скоро мы это выясним!

Каково же было удивление женщин, когда Боуд сообщил им, что они направляются в Италию. Он сообщил эту новость уже в самолёте. Женщины забросали его вопросами. Боуд пытался отмахнуться от них, но не тут — то было. Так как они никак не хотели оставлять его в покое, Боуд пришлось всё объяснять.

— На самом деле, всё до смешного просто. Я просто не придал значения некоторым деталям. В виду этого недочёта, и пришлось столько помучиться в поисках ответа. А ведь вход в подземелье находился перед самым нашим носом, едва ли не с первого дня поисков. Когда Энн упомянула о значение слова «Розарий», я вспомнил архитектурный ансамблю в саду монастыря Боббио.

— Точно! — воскликнула Александрова. — Там была изображена женщина в окружение животных. У неё на голове был венок из роз.

— Не совсем так, — поправил её Боуд, — рядом с женщиной были изображены три животных и один человек. Даже могу сказать какие именно животные, были изображены, хотя и не рассмотрел их как следует.

— Орёл, телец и лев! — догадалась Александрова.

— Именно! — подтвердил Боуд. — Иными словами говоря, тот самый «Тетраморф» о котором упоминал Феодорит указывая на ключ. Странно, что мне сразу не пришло на ум это сравнение.

— Всё это хорошо, — подала голос внимательно слушавшая Коэл, — но я в толк не возьму каким образом слова на ключе связаны с этим…памятником. Если вы ещё не забыли, там были такие слова «В смерти обрети жизнь».

Её слова ничуть не подействовали на уверенность Боуда в собственной правоте. Это было заметно по его взгляду.