Роза
Шрифт:
Он должен отказать Розе. Взять ее на ранчо значило бы накликать беду.
– Я не думаю, что вам повезет больше, чем этим женщинам, – начал Джордж.
– Но вы не можете отказать мне, даже не поговорив со мной, – заметила Роза.
– Конечно, может, – заверила ее вдова Хэнке.
– Вы хорошо представляете себе, что от вас требуется? – задал вопрос Джордж, давая себе время подумать. – Это даже нельзя назвать домом, вам бы он напомнил собачью конуру, и нас семь человек.
– Я все понимаю. Давайте заключим контракт, в котором я дам обязательство выполнять определенную
– Ишь ты! – воскликнула вдова Хэнке. – Собирается прикрыть контрактом свои омерзительные денежки.
– Откуда ей знать, как надо вести себя благородным женщинам в обществе благородных мужчин! – присовокупила Пичес.
– Да, – красноречиво добавила фрейлен Хюбер.
Роза посмотрела в их сторону, и на ее лице появилось выражение отчаяния.
– Мы могли бы поговорить наедине? – обратилась она к Джорджу. – У меня есть несколько личных вопросов, которые мне хотелось бы обсудить с вами.
– А у меня нет никаких вопросов, – гордо заявила Пичес.
– Я не собираюсь ждать вечность! – бросила вдова Хэнке.
– Да, – добавила сговорчивая Бертильда.
Джордж повторял себе, что ему не стоит оставаться с Розой наедине. Лучше положить конец всему этому сейчас же. Но как он ни старался, он не в силах был отказать ей перед враждебной толпой, не услышать мольбу ее прекрасных карих глаз. Кроме того, в этих глазах он увидел страх, хотя Роза и смело держалась с этими женщинами. Страх охватывал Розу, когда какое-нибудь их слово заставало ее врасплох, когда они пытались настроить Джорджа против нее. Она испугалась, когда он решил отказать ей.
Все, чему научился Джордж за четыре года войны, говорило ему о надвигающейся опасности. И он готов был броситься в бой. За Розу.
Но в то же время ему была противна собственная слабость. Ведь он никогда бы не стал хорошим офицером, если бы в своих решениях руководствовался чувствами, а не разумом.
– «Бон Тон» будет удобным местом для разговора?
Роза кивнула.
– Не связывайся с ней! – выкрикнул Ядовитый Том. – Она отродье янки.
– Янки! – На долю секунды Джордж онемел. Затем он резко повернулся к Тому. – Большинство из нас приехало в Техас со всей страны. Вот вы где родились?
Том сплюнул табак под ноги Джорджу, что и было его ответом.
Дорога к «Бон Тону» казалась Розе бесконечной. Она повторяла в уме слова, которые должна сказать этому такому холодно-официальному сейчас человеку, от которого зависело ее будущее.
Может быть, она ошиблась? Сейчас в нем не было ничего от того благородного и сильного мужчины, который проучил Люка Керни, и от того галантного кавалера, который пригласил ее за свой столик и заказал еду, чтобы она восстановила утраченное самообладание. Сейчас он напомнил Розе того непреклонного человека, который заставил Дотти ждать ее, а Джеба и Чарли – убирать разгромленную мебель.
И все-таки она заметила того, другого, тщательно скрываемого под внешней оболочкой Джорджа. Может, вдали от Остина он охотнее расстанется со своей маской?
– Я думаю, что вам хочется узнать, почему я настаивала на этом
Джордж улыбнулся.
– Думаю, ваше желание избежать обсуждения ваших проблем перед всем городом вполне естественно.
На минуту Роза расслабилась. Сейчас Джордж уже не казался ей таким категоричным, как совсем недавно.
– Я хотела бы задать вам несколько вопросов, касающихся работы.
– Да особо и нечего выяснять.
– Для вас, может быть, а для женщины это не так.
Джордж не ответил.
– Если не ошибаюсь, вам нужна женщина, которая бы убирала дом, готовила еду и стирала одежду.
– Но я не знаю, справитесь ли вы с этим. Подавать в ресторане и вести хозяйство – разные вещи.
Роза утомленно вздохнула.
– Я делала эти вещи всю мою жизнь. После смерти матери я жила в семье Робинсонов. Миссис Робинсон постоянно рожала детей, и потому вся домашняя работа лежала на мне. Я не обязана была это делать – отец платил за мое содержание, – но миссис Робинсон была очень добра ко мне. Она прекрасно готовила и этому научила и меня. В Остине не было лучшего повара, чем она.
Когда я только пришла в «Бон Тон», Дотти поставила меня поваром, но потом отправила в зал, надеясь привлечь так больше посетителей. – Роза не станет рассказывать Джорджу, как унизительно быть приманкой для таких, как Люк. Она также не станет упоминать о том, что Дотти была единственным человеком в городе, взявшим ее на работу.
– Звучит убедительно, – заметил Джордж.
– Но у меня есть свои требования, – продолжала Роза осторожно. – И я не думаю, что вы будете возражать против них, – добавила она, увидев, как насторожился Джордж. – У меня должна быть своя комната. Платить мне должны каждый месяц, и золотом. По крайней мере, три раза в год у меня должна быть возможность ездить в город. А когда закончится контракт, вы отвезете меня обратно в Остин.
– Вполне разумно, – сказал Джордж, собираясь встать.
– Я еще не закончила…
– Что вы хотите еще?
– Вы не хотите услышать объяснения по поводу того, что сказал Том?
– В этом нет необходимости.
– Значит, вы уже решили отказать мне? Джордж не знал, что сказать.
– Я знаю, что вы воевали, – начала Роза с дрожью в голосе, – но я не думаю, что вы откажете мне, не выслушав того, что я вам должна сказать.
– Я и мой брат Джефф были на войне, но ни один из нас никогда не откажет человеку, не выслушав его. – Джордж снова сел. – Рассказывайте.
Роза тоже села.
– Мой отец был армейским офицером, – сказала она с гордостью, – выпускником Вест Пойнта.
Тут она уловила суровость во взгляде Джорджа, и ее сердце дрогнуло. Ладно, пусть даже у нее не будет шанса получить эту работу, но она расскажет ему все. Пусть он знает всю правду, прежде чем откажет ей.
– Его отправили в Техас во время войны с Мексикой, и здесь ему нравилось больше, чем в Ныо Хэмшпире, где он жил до этого. Когда началась гражданская война, он сражался за Союз. Отец отличился в битве за Виксбург. Там он и погиб.