Чтение онлайн

Второй комитетчик смотрел на него вытаращив глаза и приоткрыв рот.

Антон, улыбаясь, повернулся к нему.

– Нравлюсь?

Барановский сглотнул и отскочил в сторону.

Антон прошел мимо ворот к будке охранника, сверился с картой и присел у столба.

– Когда он на меня смотрит, мурашки по коже, – тихо сказал Барановский. – Размером со слона.

Викентьев кашлянул, продолжая наблюдать за Антоном.

Тот пошарил в густой траве, уцепился за что-то и рывком дернул.

Метровый

пласт земли отделился, открыв ржавый люк.

Антон ударом кулака сбил замок и откинул крышку.

– Проклятье! – прошипел Викентьев. – Почему не доложили о подземных коммуникациях?!

– На планах ничего такого не было, – сказал Барановский. – Наверное, это что-то очень старое.

– А чуть глубже копнуть мозгов не хватило?! Выгнать бы вас всех, да работать будет некому.

Антон обернулся, помахал им рукой и спрыгнул вниз.

– Чертов робот, – пробормотал Барановский.

***

Когда облаченная в дорогой костюм двухметровая фигура исчезла под землей, Викентьев достал сигареты и закурил. Пальцы дрожали.

– Интересно, – сказал Барановский. – Что у него с глазами? Такое впечатление, будто…

– Ничего интересного, – перебил Викентьев. – Вырезали старые, вставили новые. Модифицированные протезы. Как и половина организма.

– Жуткое зрелище.

Минут десять было тихо.

Молчало ранчо.

Молчали на позициях бойцы спецподразделений.

Копы на пригорке достали бумажный пакет и чавкали пончиками.

– Уже придумал, как будешь перед начальством оправдываться? – не выдержал Барановский. – Ты сейчас, получается, Мастерса «Сигме» отдал. С потрохами. А что в «Сигму» попало, то пропало.

Ответить Викентьев не успел.

Почву под ногами вдруг повело, будто внизу заворочалось что-то большое. Асфальт на дороге треснул, с шипением выпустив облако пара. Донесся чей-то приглушенный вопль, и в то же мгновение на месте бункера вспух огненный шар.

Приземистую конструкцию разнесло вдребезги, будто стеклянную. Мелкие осколки бетона забарабанили по крышам. Откуда-то донеслась пулеметная очередь, но быстро захлебнулась.

Снова все стихло.

Наконец, медленно отворилась дверь виллы.

На пороге возникла двухметровая фигура в дорогом костюме и приглашающе взмахнула рукой.

– Кажется, он даже не запачкался, – сказал Барановский.

***

Викентьев быстро шел по коридорам виллы, перешагивая через трупы охранников. Барановский едва поспевал следом.

Вилла была оформлена в классическом английском стиле, с вычурной мебелью, картинами и гобеленами. Было заметно, что хозяин фанатеет от викторианской

эпохи.

Марк Мастерс, бывший сенатор от штата Калифорния, создатель экологических организаций и фондов по защите демократии, сидел в библиотеке у потушенного камина. Рядом на столике стояла бутылка виски, судя по простоте и запыленности, не менее чем столетнего возраста. Вокруг на пятиметровую высоту вздымались шкафы, плотно забитые золочеными книжными корешками.

– Эдуард, – Мастерс отсалютовал Викентьеву бокалом. – Мог бы позвонить, договориться о встрече. Не пришлось бы устраивать фейерверки.

– Без фейерверков, ты бы уже давно свалил в Аргентину.

Мастерс вздохнул.

– Увы, Аргентина теперь ваш союзник. Я бы свалил в Афганистан. Там у меня до сих пор друзья.

– Нисколько не сомневаюсь.

Викентьев подтащил к камину кресло с выгнутыми ножками и цветастыми подушками. Сел, плеснул виски в один из бокалов.

Мастерс рассмеялся.

– Что меня всегда веселило, так это ваша русская бесцеремонность.

– Сам не возьмешь, никто не предложит.

– Тоже верно.

Мастерс глянул на застывшую у дверей делегацию. Задержал взгляд на Антоне.

– Так чем обязан столь настойчивому визиту? Я уже сделал все, что вы требовали. Переписал активы, закрыл фонды, отдал бумаги. У меня осталось только это ранчо. Хочешь и его забрать? Тут только быки и коровы. Умеешь обращаться с коровами?

– Я умею обращаться с козлами. Вы научили.

– О, это достижение. С козлами труднее, чем с коровами. Так ты пришел поискать здесь козлов?

– Уже нашел. У нас появились новые сведения о твоей деятельности. Оказывается, ты был недостаточно откровенен.

Викентьев бросил на столик тонкую папку с бумагами.

Мастерс взял ее, небрежно полистал, криво усмехаясь.

– Только не говори, что вы всерьез поверили старине Дональду и его бредням о глубинном государстве. Это сказки для реднеков. Я думал, вы умнее.

– Сказки или не сказки, мы сами решим. Мне нужен твой контакт с этими людьми и список всех, кто тебе известен. А также их возможности, планы и почему во всех перехваченных донесениях упоминается 4 июля. Что должно произойти 4 июля?

– Ну как же, Эдуард! – Мастерс развел руками. – 4 июля вся Америка празднует день своей независимости. Праздновала. Может, и в этот раз будет праздновать. Сидя в подвалах. Не знаю, чем тебе еще помочь. Я вообще не понимаю, чего ты от меня хочешь. А этими бумажками можно разве что подтереться.

Он бросил папку обратно на столик.

Викентьев вздохнул.

– Ясно. Не хочешь по-хорошему, – он склонил голову к рации и нажал кнопку. – Заводите.

Из коридора донесся какой-то шум, возня.