Рональд I
Шрифт:
— Что? — девица из трактира обняла его и повалила на диван.
— А ничего! Я там вообще ничего почти не сделал! Отвлекал на себя троих, пока Его Величество убивал Короля Ночи! — вдруг вскочил он с дивана, вывернувшись из её объятий. — Отвлекал ледышек, а парни за стеной замка были уже мертвы! Мертвы! Их вырезали! Тренированных лучше меня, сильных, храбрых, здоровых! А я отвлекал…
— Но ты же герой! Без тебя Его Величество бы погиб. — не согласилась девица.
Боуэн остановился и недоуменно посмотрел на неё.
— Я не заслужил. — ответил он на это. — Убирайся.
Девушка, поняв всё правильно, молча собрала свою разбросанную
Очередная курва, которая хочет переспать с героем Битвы при Красном Замке. И как старательно делала вид, что вообще ничего об этом не знает!
Жизнь Боуэна стала вроде как лучше — двухэтажный дом в Воинском квартале, пенсия, которую не успеваешь потратить к концу месяца, почёт, узнавание на улицах и прочие преимущества героического статуса. На самом Боуэну было плевать на дом, плевать на пенсию, плевать на почёт, плевать на узнавание. Он проклял тот день, когда пошел в вербовочный пункт, проклял комиссара, который записал его в "элитные войска" и проклял специальное задание.
Во время обучения говорили, что они прошли специальный отбор, что они те немногие, которые смогут достойно отреагировать на стресс от встречи с кошмарными НЕЛЮДЬМИ, Белыми Ходоками. Что, в отличие от большинства солдат Его Величества, Боуэн и команда достойных смогут противостоять психологическому воздействию, смогут действовать быстро и оперативно…
— Я ни хрена не прошел проверку… — Боуэн приложился к бутылке, а затем лег на диван и тихо заплакал.
Сущий кошмар, пережитый им ТАМ, преследовал его каждую ночь, каждый раз, когда он ложился спать. По утрам болела голова, он ходил к врачам, те говорят, что с ним всё в порядке.
В дверь постучали. Затем, поняв, что она не закрыта, отворили и зашуршали по дорогому ковру.
— Боуэн, как ты, брат? — раздался голос.
— Эурон… — Боуэн встал с дивана и приложился к бутылке.
— Оу, вижу, что ты уже набрался. А как же та баба? — Эурон Грейджой подъехал к нему на кресле-каталке.
— Пошла она. — махнул рукой Боуэн, залпом выдув остатки бренди. — Кха! Хренова фанатка!
— Так, у тебя опять началось это дерьмо с "достоин-недостоин"? — Эурон проехал так, чтобы можно было смотреть Боуэну прямо в глаза. — Знаешь что? Ты радоваться должен! Уехал целым и невредимым! Мне отхреначили ногу, твою мать! А я сейчас счастлив и доволен жизнью! Девки прыгают на меня как на какого-то героя рыцарского романа! У меня есть всё! Даже хреновы железнорожденные просят меня вернуться обратно! И хрен с ней, с ногой! Это того, мать его, стоило! Хватит нюни распускать! Тебе вообще не на что жаловаться!
Боуэн молча выслушал своего друга. Нет. Они больше, чем друзья. То, что они пережили в Королевской Гавани не может создать дружбу. Это братство.
— Чего приехал-то? — чуть успокоившись, спросил Боуэн.
— Не просто так, как ты уже догадался. — улыбнулся Эурон. — Король зовёт нас к себе, разговор у него есть. Давай, на улице стоит броневик, прокатимся с ветерком!
Боуэн тяжело вздохнул. Король — человек, которого нельзя игнорировать как многочисленные официальные мероприятия, чествующие героев.
В броневике уже сидел Квиберн, который, видимо, и начал их собирать.
— Добрый день. — кивнул он Боуэну.
— Добрый. — кивнул тот в ответ.
Несмотря на кажущуюся холодность между ними, Боуэн ему почему-то доверял, так как в той памятной битве он показал себя очень хорошо, а если учитывать то, что он не проходил
— Подвинься! — через откидную дверь в десантный отсек заехал Эурон. — Слыхал, Квиберн? Боуэну, оказывается, не нравится его жизнь народного героя! Нюни распускает, бухает и не трахает девиц!
— Это очень печально, молодой человек. — с печалью покачал головой Квиберн. — Вы так молоды, но не наслаждаетесь жизнью, хотя она дала вам шанс, которого лишены миллионы.
Боуэн ничего не ответил. Солдаты из дворцовой гвардии закрыли дверь и погрузись во второй броневик. С тихим шелестом пятитонные махины устремились в направлении королевского дворца.
— О чём хочет поговорить с нами Его Величество? — уточнил Боуэн у Квиберна.
— Понятия не имею. — пожал плечами тот. — Если бы я только знал, что творится в королевской голове, эти знания стоили бы дороже сокровищ всего мира…
Доехали за двадцать минут, десять из которых отняло стояние у светофоров. Это изобретение появилось недавно и не на всех улицах, но уже сейчас позволяло регулировать движение. Как знал Боуэн, для этого в специальной вышке сидел человек, переключающий цветные лампочки.
Причиной, как догадывался он, служило резко возросшее количество личных автомобилей у жителей города. Заводы работали сутками, но обеспечивали всех желающих машинами по относительно доступным ценам — Боуэн мог позволить себе любую модель хоть сейчас.
Нельзя сказать, что они дёшевы, но также нельзя сказать, что и слишком дороги. Они стоят как лошадь в старые-добрые времена.
— Старые-добрые времена… — пробормотал Боуэн, выбираясь из броневика во дворе королевского дворца.
— Что говоришь? — повернулся неизвестный гвардеец.
— Да нет, ничего. Мысли вслух. — махнул рукой Боуэн.
Старые времена были какими угодно, но уж точно не добрыми. Ведь если взглянуть на прошлое, то становится отчётливо видно, что часто случались бедствия, голод, многолетние зимы, войны… А сейчас Его Величество лишил своих подданных даже "удовольствия" пережить Долгую Зиму. Впрочем, время покажет, будет или не будет Зимы. В Вестеросе резко потеплело, как и на Острове. На севере Эссоса вновь начался урожайный сезон, что стало сюрпризом для местных.
"Интересно, откуда эти газетчики так много знают?" — подумал Боуэн, вспомнив про купленную в магазине у дома газету, где и узнал о проблемах земледельцев северной части Эссоса.
— Милостью Старых Богов, суверен Британского Королевства, император Вестероса и иных своих территорий и владений, Его Величество Рональд I! — герольд объявил появление в тронном зале короля.
— О, вы пришли. — улыбнулся король.
Высокий, крепкий, откровенно говоря, мускулистый, король расселся на троне. Одет он был в роскошные одеяния — черный мундир в золотой окантовке, белый меховой плащ из не встречающегося в этих краях полярного песца, подбитого золотом и пурпурным шелком. На голове его была корона Британского Королевства, роскошный головной убор из валирийской стали и платины, восемь больших зубцов короны несли в себе драгоценные камни — как говорят, эти восемь алмазов добыты на Острове и стоят целое состояние каждый, но за их истинную стоимость в короне можно купить целую страну. Боуэн знал, что это лишь слухи, распускаемые обычными жителями града Кейлин. Хотя, по мнению Боуэна, небольшое государство Эссосса купить за эту корону можно.