Ромашка
Шрифт:
— Тулиара, пока об этом в городе никто не знает, — затараторила девушка, — но правда все равно рано или поздно всплывет. Ты, только, пожалуйста, раньше времени меня не выдавай. Когда уже начнут говорить, тогда… Но не сейчас, хорошо?
— Хорошо… — Магесса заторможено кивнула, все еще пребывая в шоке.
— Так сложилось, что я, спасая жизнь, обзавелась рабом. И это сильф. Он пока еще в лечебнице. — Нила выдохнула и замолчала.
— Я смотрю, тебя это не очень радует? — Тулиара вопросительно изогнула левую бровь. Нила согласно покачала головой.
— Я
— Если будет совсем тяжело, говори, я помогу перепродать. Рабы средств требуют и немалых на содержание, а тебе сейчас куда лишний рот? Сама с хлеба на воду еще не так давно перебивалась.
— Я подумаю, спасибо тебе за поддержку. — Магесса кивнула в ответ на благодарность. — И еще, у меня практика через неделю начинается, на три месяца уезжаю, поэтому товар приносить не смогу. Если что-то срочно надо, ты напиши список, постараюсь сварить за эту неделю.
— О, практика. Четвертый виток, да? Куда тебя направили: к нам или к кому-то из союзных?
— К нам. В Фантэй. — Нила ожидала чего угодно, но только не громкого хохота, который раздался вслед за этими словами. Магесса держалась обеими руками за полку, чтобы не упасть и смеялась до слез. Все еще всхлипывая, спустилась вниз и протянула, опешившей от такого проявления эмоций, Ниле три больших флакона.
— В Фантэй говоришь? Не зря тебе в рабы сильф достался. Ты меня извини за смех, но это и правда забавные совпадения, как играется кто-то из Покровителей… — Тулиара перекинула несколько костяшек на счетах. — С тебя серебрушка и десять медяков.
— Ого! Да, уж, ты права, рабы дорого обходятся. — Магесса только хмыкнула.
Забрав косметику, предназначавшуюся для сильфа, список косметических средств, которые надо было приготовить к концу недели и повздыхав над незапланированными тратами, Нила вышла из магазина.
«Серебрушка! Целая серебрушка! А его еще кормить надо. Надеюсь, он хоть что-то делать умеет, убирать, стирать, готовить.» — Ворчала мысленно девушка, даже не представляя, чем еще можно занять раба, чтобы или пользу приносил, или окупал свое содержание.
Размышляя над своим незавидным, с какой стороны ни посмотришь, положением, Нила совершенно не смотрела по сторонам. И в результате врезалась в кого-то на повороте с площади к Западным воротам. Этот кто-то одуряюще терпко пах и обладал сильными и горячими руками, удобно примостившимися на талии девушки.
Нила в первую секунду подумала, что работа работой, учеба учебой, а с личной жизнью надо что-то делать, чтобы не «плыть» от запахов и таких незначительных прикосновений.
Но, встретившись взглядом со знакомыми шоколадными глазами, сразу и думать забыла о каких-то желаниях, кроме бегства.
— Светлых Вам, нарин Вар’ри. — Тихо, кляня себя за невнимательность, проговорила девушка.
— Светлых, наира Ниаллина. — К чему-то принюхиваясь пророкотал оборотень.
— Запомнили? — Нила спросила раньше, чем к языку подключились мозги.
— Я на память не жалуюсь. Тем более, не каждый день меня переигрывает женщина. —
— Вы были слишком жестоки. Вас переиграла не женщина, а целитель. Вы, видимо, запамятовали, что к целителям с жестокостью нельзя. — Твердо проговорила Нила, а про себя подумала «Покровители, верните мне мозг и чувство самосохранения».
— В следующий раз постараюсь учесть. — Губы Вар’ри шептали и улыбались, а в глазах читалась холодная угроза. С такими глазами убивают, не задумываясь.
Нила поняла, что, не смотря на горячие руки на спине, она мерзнет в объятиях этого жуткого оборотня. Аккуратно высвободившись, проговорила:
— Всего доброго, нарин Вар’ри, Светлого Вам дня. Прощайте. — Но то, что она услышала в ответ, всколыхнуло дурные предчувствия.
— Светлого, наира Ниаллина, до встречи. — Насмешливо произнес советник и развернулся к площади.
Передернув плечами от все еще не отпустившего холода, Нила поспешила в лечебницу к своему рабу.
«Почему он еще в городе? Неужели на что-то надеется? Поскорее бы уехать!».
Теперь мысли о предстоящей практике в Фантэе не были мрачными. Куда больше возможных набегов со стороны эльфов и сильфов ее волновали пугающе-холодные глаза Третьего советника.
Глава 7
— Да что ты будешь делать! — Нила, едва не споткнувшись на ровном месте, все-таки умудрилась не опрокинуть содержимое громадного кувшина и с грохотом опустила свою ношу с горячей водой на пол. Вот уже битый час, с учетом хождений за горячей водой, она пыталась вымыть волосы сильфа. Но грязь никак не хотела уходить, не смотря на старания девушки и качественный шампунь Тулиары. Волосы, напротив, еще больше слипались, превращаясь в страшное месиво из крови, земли, кожного жира и, собственно, волос.
Нила вытерла вспотевший лоб и осмотрела место боевых действий. Иначе и не скажешь: сильф, словно умирающий, с чуть свешивающейся с одного края кровати головой, под его головой, около кровати, таз, в тазу — куча. Вокруг разбрызгана грязная вода, рестекшаяся у самого таза неряшливыми лужицами.
Сзади раздался смешок.
Повелители, кажется она не закрыла двери, когда заносила очередной кувшин с горячей водой!
Резко обернувшись, Нила увидела, что, прислонившись плечом к стене, в дверях стоит Стеф. Его большие глаза цвета грозового неба так и искрились весельем.
— Светлых, ты так и не пришла. — Стеф говорил нисколько не обиженным тоном, просто констатируя факт. — А тут, смотрю, тащишь что-то. И в подвал. Давай помогу. — Стеф подошел поближе.
— И как ты мне поможешь? Голову сам ему помоешь? — Нила была растрепана, раскрасневшаяся, уставшая и очень злая.
— У меня второй дар — воздух. Слабый очень. Но его как раз хватит на то, чтобы совладать с небольшим потоком воды. — Стеф смущенно улыбнулся.
— Хорошо, давай попробуем, потому что я уже начинаю сдаваться. Пусть бы и дальше спал грязным! — В сердцах выдала Нила.