Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Роковые письма
Шрифт:

И тут девушка впервые насторожилась. Какая-то двусмысленность была в последней фразе Амалии Казимировны. Точно капелька медового яда выступила на сосновой коре из тончайшего, незаметного пореза. И ранка эта была на Машином сердце, еще покуда невидная, но все чаще и чаще дающая о себе знать тонкой и сладкой болью.

— Ты уж столько раз дописывала наши послания, — напомнила баронесса, упорно именуя свою переписку общей со своей юной подругой сердца, — что вполне можешь и сама письмо отписать. Разумеется, от моего сердца, но своего имени. А потом и я возвернусь.

Она вновь ласково улыбнулась Маше

и обняла ее. В объятиях баронессы было так тепло, уютно и покойно, что все сомнения и переживания мигом растворились и отлетели далеко-далеко.

На будущее утро Амалия покинула Андреевку, а Маша осталась. Одновременно и опасаясь письма с необходимостью отвечать на него уже самой, без диктовки баронессы, и в то же время втайне радуясь ее отсутствию. Она словно впервые осталась одна, без старших, в замке любви, покуда еще не зная, то ли он окажется обителью прекрасного Принца, то ли замком Синей Бороды, а то и жуткой пещерою ужасов Лехтвейса.

А потом пришло письмо. Тон его был куда как иным: от строк веяло жаром, в словах чудились нездешние ароматы и ощущения, тайной страстью был, казалось, напитан листок такой же мелованной бумаги, как и у баронессы. Перед отъездом Амалия оставила стопку бумаги, строго наказав отвечать именно на ней. Словно давая тем самым тайный знак своему милому дружку: здесь твоя Амалия, помнит и любит тебя по-прежнему, и ты не забывай ее, пиши скорее да чаще, бравый офицер!

Минула неделя, затем еще два дня, и Маша решилась. Спустилась ниже этажом, в папенькин кабинет, и вооружилась наилучшими чернилами, промокательной бязью и остро очиненным, изящным перышком. После чего воротилась к себе, уселась за стол и оглядела свое бюро в поисках заветных листочков.

И каков же был ее ужас, когда девушка обнаружила: почтовая бумага баронессы фон Берг исчезла!

Все эти воспоминания казались Маше сейчас такими далекими, словно единственный день, да что там день — всего лишь утро! — заслонило собою предыдущую жизнь. Впрочем, так ведь оно, увы, и было!

— Нет, того, что неизбежно, мне не пережить, — прошептала она, подбадривая себя и отыскивая в душе последние остатки твердой решимости. — Приходит мой смертный час. На станцию! И — со всех ног! Покуда постыдная слабость не охватила и я не передумала…

Тут следует сделать небольшое лирическое отступление и заметить, что Маша, подобно толстовской Анне, написанной лишь несколько лет тому назад, в 1875-м, ничуть не думала о том, как будет выглядеть после трагической смерти на рельсах. Локомотив представлялся ей поистине космическим зверем. Чудовищем, изрыгающим адский пламень.

Кинуться в марсианскую бездну, броситься с обрыва венерианских скал в пылающее жерло инопланетного вулкана — вот чем была для нее гибель под поездом. Расторгнуть союз души и тела, разъединиться на мельчайшие частицы, распылиться атомами и в конечном счете растаять дымящимся облачком, подобно андерсеновской русалочке, — так представляла себе бедная Маша роковой миг смертельного шага. И по-своему, по-женски была, пожалуй, не так и далека от истины.

— На станцию, на станцию, — твердила она как завороженная, шагая по тропинке, петлявшей меж высоких мачтовых сосен, тревожно качавших поредевшими кронами. Словно деревья заранее скорбели о жизни

юной и прекрасной, что должна оборваться так скоро.

Самое главное сейчас было решиться: пропустить варшавский поезд или уж сразу, не дожидаясь позора, броситься в объятия смерти. Так и не надумав, она быстро приближалась к станции.

Вот и железнодорожная насыпь. Там, наверху, должно быть, уже плотоядно посверкивают острые стальные ножи рельсов в ожидании кровавой пищи. Маша поежилась, чувствуя, что решимость начинает покидать ее. А тут и солнышко, как назло, раскинуло лучи, заискрив снегами, посверкивая льдинками в еловых лапах.

Скоро, скоро уже настанет весна света, когда смотреть на сугробы будет нестерпимо от ослепительного солнца, что отражается от заледенелого наста полей, как от гигантских зеркал! А потом и весна воды не за горами: хлынут реки, подтопляя льдины, зажурчат ручьи по берегам, захлюпает снежная каша у крыльца усадьбы. И все это — уже без нее, Машеньки Апраксиной, жертвы несчастной любви и роковых жизненных обстоятельств!

— На станцию… — упорно твердила девушка. Нужно было еще круто взять влево, чтоб не сразу нашли ее бренные останки. Ведь не на станции же бросаться под поезд, на радость зевакам из числа поджидающих пассажиров да вечно клюющим носами извозчикам-ванькам!

— На станцию!

Показалась деревянная башенка вокзала с жестяным куполом. Поодаль дремали четыре пролетки в ожидании пассажиров. По счастью, Степки среди них не было. Значит, варшавский не проходил.

В последнее время мимо их станции Рузавино часто шли поезда, и все больше — вагоны военного ведомства: синие и серые теплушки, товарные с провиантом и фуражом, яслями для лошадей, а то и платформы с зачехленными орудиями. И хоть миновала турецкая война, и болгары, обустроив свое северное Княжество, пребывали лишь в номинальной зависимости от турок, под надежной защитой русского штыка, — поезда все шли и шли не переставая. А обратно везли домой, на расквартирование, роты ветеранов, покорителей Софии и Адрианополя, важно крутивших усы и махавших из окон селянкам, что частенько выходили к насыпи поглазеть на пролетающих мимо статных офицеров и рослых, важных вахмистров.

Девушка остановилась в нерешительности. Нужно было выбирать, в какую сторону теперь держать путь. Свой последний путь в ее печальном земном существовании!

— Сударыня! — неожиданно окликнули ее. — Позвольте полюбопытствовать?

Голос был негромкий, но уверенный, и баритон вполне приятный.

Маша обернулась и похолодела.

Перед нею стоял офицер в шинели и фуражке с зимними суконными наушниками от мороза и ветра. Прежде Маша никогда не видывала такого фасона.

Но самое главное — он стоял возле возка, на облучке которого склонился, выгнув спину дугою точно кот, баронессин возница Багрий. Офицер внимательно смотрел на нее строгими карими глазами человека, привыкшего и умеющего отдавать приказания.

Маша вскрикнула, оступилась. И вдруг почувствовала, как силы и вся недавняя решимость покидают ее. И она медленно оседает прямо в глубокий снег — вязкий, холодный и неизбежный. Ровно сама смерть, принимающая в объятия свою долгожданную невесту.

Поделиться:
Популярные книги

Кто изобрел современную физику? От маятника Галилея до квантовой гравитации

Горелик Геннадий
Научно-образовательная:
история
физика
6.25
рейтинг книги
Кто изобрел современную физику? От маятника Галилея до квантовой гравитации

КОМПАС-3D V10 на 100 %

Кидрук Максим Иванович
Компьютеры и Интернет:
программное обеспечение
5.00
рейтинг книги
КОМПАС-3D V10 на 100 %

Жизнь-поиск

Данилов Борис Федорович
Документальная литература:
биографии и мемуары
5.00
рейтинг книги
Жизнь-поиск

Литературные сказки народов СССР

Толстой Лев Николаевич
Проза:
классическая проза
7.38
рейтинг книги
Литературные сказки народов СССР

Инопланетяне и инопланетные общества. Руководство для писателя по созданию внеземных форм жизни

Шмидт Стенли
Научно-образовательная:
биология
ботаника
биохимия
астрономия и космос
5.00
рейтинг книги
Инопланетяне и инопланетные общества. Руководство для писателя по созданию внеземных форм жизни

Точка Бифуркации VII

Смит Дейлор
7. ТБ
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.25
рейтинг книги
Точка Бифуркации VII

Дважды одаренный. Том III

Тарс Элиан
3. Дважды одаренный
Фантастика:
альтернативная история
аниме
фэнтези
фантастика: прочее
юмористическое фэнтези
5.50
рейтинг книги
Дважды одаренный. Том III

Основы общей психологии

Рубинштейн Сергей Леонидович
Мастера психологии
Научно-образовательная:
психология
5.00
рейтинг книги
Основы общей психологии

Адепт

Листратов Валерий
4. Ушедший Род
Фантастика:
попаданцы
аниме
фэнтези
5.25
рейтинг книги
Адепт

Вяземская катастрофа

Лопуховский Лев Николаевич
Малоизвестные страницы истории
Документальная литература:
биографии и мемуары
военная документалистика
5.50
рейтинг книги
Вяземская катастрофа

Имя нам Легион. Том 4

Дорничев Дмитрий
4. Меж двух миров
Фантастика:
боевая фантастика
рпг
аниме
5.00
рейтинг книги
Имя нам Легион. Том 4

Гримуар темного лорда IX

Грехов Тимофей
9. Гримуар темного лорда
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
аниме
фэнтези
5.25
рейтинг книги
Гримуар темного лорда IX

Мастер порталов

Лисина Александра
8. Гибрид
Фантастика:
боевая фантастика
попаданцы
технофэнтези
аниме
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Мастер порталов

Барон ненавидит правила

Ренгач Евгений
8. Закон сильного
Фантастика:
попаданцы
аниме
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Барон ненавидит правила