Роковой контракт

«Наконец-то это все закончилось!» сказала я сама себе шепотом, только зайдя за порог своего дома.

Бросив ключи на тумбу у входа, я крикнула:

— Пап, я дома!

Но в ответ была тишина. Наверное, его нет дома. И куда он мог уйти? На дворе давно за полночь. Ну и ладно, вернётся. Мои бесконечные рабочие смены закончились, ужасно хочется спать и есть. Вот, казалось бы, какая ирония судьбы, работаю официанткой в кафетерии, а поесть

времени нет. Я быстро переоделась в домашнюю одежду и направилась к холодильнику. Ммм, паэлья, обожаю морепродукты. Для настроения я включила свои любимые треки, и пританцовывая под музыку, накладывала и грела себе еду. Слава Богу на себя и свои радости еще есть силы. Пока я уплетала свой поздний ужин и переписывалась с подругой в Instagram, мне позвонил Рон. Жуя я ответила на звонок.

— Уже дошёл? Быстро ты сегодня.

— Разве? Ну я торопился, чтобы услышать твой голос перед сном, а то ты говорила, что ужасно устала.

— Ооо, ты такой милый. И я скучаю. Завтра увидимся.

Рон — мой парень. Мы вместе уже больше года, и он действительно не похож на тех парней из колледжа. Ему нравится мой характер и он терпит мои заскоки. А ещё, он всегда меня встречает с работы и провожает до дома. Всегда. Ну не прелесть ли?

Я спокойно ела и разговаривала по телефону, как услышала зов отца с улицы. Он бежал к дому и кричал моё имя: «Мэгги! Мэгги!»

Я быстро попрощалась с Роном, и поспешно открыла дверь. Отец забежал в дом.

— Пап, что случилось? За тобой кто-то гонится? Ты ранен?

Я ни на шутку испугалась. А он, отдышавшись, со слезами на глазах произнес:

— Прости меня, Мэг.

— Пап, ты меня пугаешь…

Он крепко прижал меня к себе, и ещё сильнее разрыдался.

— Так будет лучше…нам всем будет лучше.

— Да что случилось то?!

Он посмотрел на свои наручные часы.

— Фух, успел. Я бежал, чтобы успеть тебе кое-что сказать. У нас есть 30 минут. Пойдём сядем.

Мы сели за стол в гостиной, и он начал свой рассказ.

— Дочь, ты знаешь, как нам трудно тянуть этот дом, и жить на маленькую зарплату и мои пенсионные. Я вижу, как ты стараешься, берёшь дополнительные смены, приходишь домой только спать, и не живёшь своей полной красок жизнью. И я принял решение…

Мои глаза, наверное, напоминали в этот момент два чайных блюдца. К чему он ведёт? Финал будет счастливым, или ждать беды?

— В общем…я продал душу дьяволу.

В зале повисла тишина.

— К-как? За-зачем? Ты серьёзно?

Я не могла в это поверить, но он кивнул. Старик совсем выжил из ума.

— Стоп! Это шутка такая? — Он отрицательно покачал головой. — И что теперь будет?

Теперь уже мои глаза наливались слезами.

— Будут списаны все долги, обеспечена богатая старость и все будут уважать меня. Никто не будет упрекать в бедности и беспомощности. — Он вытер слезы и улыбнулся.

— Тааак, а что будет через пол часа? Мы станем богаты?

— Я стану.

— А как же я? Ты меня выгонишь?

Он взял мою руку и накрыл своей ладонью.

— Мэг…ты и есть моя душа.

Что?? Я не ослышалась?!

— Ты продал меня дьяволу??? — Я вскочила. — Как ты смеешь?

За все, что я для тебя сделала, для нашей семьи…?! Поверить не могу.

Я схватилась за голову и начала ходить по комнате, исподлобья глядя на отца. Я не понимала что именно я сейчас чувствую. Гнев? Злость? Обида? Грусть?

— Я покрывала тебя и твои долги, я забирала тебя пьяного из баров, я пахала на нескольких работах, и все ради чего? Ради чего, пап? Чтобы ты так со мной поступил?!

Мой голос срывался на крик. Слезы текли рекой.

— Я и о тебе думал. Он обещал хорошую жизнь для тебя, если будешь исполнять все его просьбы на протяжении года. Ты будешь жить ни в чем не нуждаясь, не так, как другие его новобранцы. У тебя будет комната твоей мечты, дорогая одежда, своя жизнь…новая жизнь.

— Работать на дьявола год?? Хахахахаха. Отлично, просто замечательно. — Я начала смеяться и плакать. Настоящая истерика. — Я теперь рабыня дьявола. Кто бы мог подумать. Спасибо, папочка.

Быстрым шагом я направилась в свою комнату и заперла дверь. Но отец не отставал, и продолжил говорить сквозь отделяющий нас друг от друга кусок дерева.

— Прости меня. Нам обоим так будет лучше. Я надеюсь, что ты поймёшь и простишь.

— Нет. Я тебя никогда не прощу.

Я не могла поверить, что отец продал меня, как какую-то вещь. Это же насколько надо быть самовлюбленным и эгоистичным человеком, чтобы так поступить. И что с нами станет дальше? Я слышала всхлипы отца за стенкой, но впускать к себе не стала. Не было желания. В один миг он стал чужим для меня человеком. Я даже представить себе не могу, как можно отказаться от своего ребёнка, а он смог. Мало того, он не просто представил, а сделал это.

Кто-то позвонил в дверь. Отец спустился, я услышала мужской голос. Вернувшись, отец постучал и добавил «Пора!».

— Я не выйду.

— Мэг, если ты не выйдешь, это ничего не изменит. Все подписано кровью, и уничтожению не подлежит. Ты в любом случае не сможешь сидеть в этой комнате вечно.

За что мне это? Я просидела ещё пару минут, обдумывая все возможные варианты своих действий. И ни один из них не был логичным. Сбежать не получится, сидеть без еды и воды я не смогу, остаётся только принять эту ситуацию. Кто знает, может я еще вернусь. Окинув взглядом напоследок свою комнату, я спустилась вниз. На пороге стоял высокий мужчина в чёрной одежде, на его шее виднелись татуировки, а глаза были как два черных агата или турмалина. Увидев меня он улыбнулся уголком губ, оглядел с ног до головы, и протянул руку.

— Пошли, владыка ждет тебя!

Я не торопилась подходить. Не то чтобы я боялась его, нет, я не хотела так быстро прощаться со своей обыкновенной жизнью. А как же Рон и мои подруги? Что им скажет отец о моем отсутствии? А работа?

— Я должна позвонить.

В первую очередь очень хотелось попрощаться с Роном. Мы виделись с ним каждый день, даже если это всего 30 минут пешком от моей работы до дома, и, думаю, мысль о нем растрогала меня ещё сильнее. Сложно представить свою жизнь без него. Я подошла к телефону и подняла трубку, как незнакомец одним движением руки положил телефон на место.