Чтение онлайн

Последовали рукопожатия, затем он повернулся к Рите и склонился над ее рукой.

– Весьма сожалею, что сегодня в Нью-Йорке нет ни одного приличного концерта. Однако хочу заручиться вашим согласием на следующий раз.

– Я согласна, - милостиво ответила Рита, - только не на классический вокал.

– Слушаю и повинуюсь, - ответил Наринский и, отпустив наконец ее руку, удалился преувеличенно твердой походкой.

Посмотрев

ему вслед, Рита вздохнула и сказала:

– Вот настоящий джентльмен! Не то что некоторые. Некоторые посмотрели друг на друга и пожали плечами.

– Вовремя он отвалил, - сказал я.
– Через двадцать минут явится Боярин.

– А что - мы готовы, - развел руки Костя.
– А ты готова?

И он посмотрел на Риту.

– Я готова всегда и ко всему, - отчеканила она и презрительно посмотрела на нас.
– Даже к тому, что Боярин увидит меня в такой компании.

Я оглядел нашу компанию и не нашел в ней ничего предосудительного.

Двое вполне приличных молодых мужчин, один из которых в темных очках по причине стеклянного глаза, и сногсшибательная темная шатенка в белом деловом костюме и простых очках в толстой темной оправе.

Нормальная компания.

– Это Боярин пусть считает честью встретиться с нами, - сказал я, наливая себе пива.

Мы сидели в том самом кафе «Рокси», за тем самым столиком, что и в прошлый раз. Место, которое только что освободил академик Наринский, с минуты на минуту должен был занять Владимир Петрович Бояринов, уважаемый человек, глава преступной группировки, контролирующей русский сектор рынка драгоценных камней и драгметаллов в Америке.

Он был нужен мне для того, чтобы можно было приступить к основной части моего, вернее, теперь уже нашего с Костей и Ритой плана. Именно его знание темы могло оказаться неоценимым в той комбинации, которая сидела в моей голове, как осиновый кол в груди вампира. Он, конечно, будет всего лишь фигурой в нашей игре, фигурой, но не пешкой. Но, как и любая фигура, он может пойти в размен, о чем ему знать, конечно же, не обязательно.

– Ага, идет, - подал голос Костя.

Я обернулся и увидел очень приличного джентльмена в полосатом костюме и дорогих штиблетах, который, удивленно глядя на Риту, приближался к нашему столику.

Подойдя, он оглядел всех нас, потом с подозрением посмотрел на Риту и сказал:

– Я случайно не ошибся столиком?

– Ни в коем случае, - сказал я, вставая и подавая ему руку.
– Я - Константин, он же - Знахарь. Это - мои помощники. Мой тезка Константин и известная вам Маргарита.

Боярин

машинально пожал протянутые руки и, снова уставившись на Риту, хотел что-то сказать.

– Позвольте объясниться, - прервал я его, - Маргарита всегда была со мной, а у покойного Марафета находилась лишь в качестве моего агента. Этого не объяснить в двух словах, и я обещаю вам, что чуть позже для вас не будет ничего неясного в этой комбинации. А самое главное, насколько мне известно, вы ничуть не пострадали от того, что вас, вы уж простите, не ввели в курс дела. Сейчас все встанет на свои места. Прошу вас!

И я радушно указал ему на свободное кресло.

Боярин, нахмурившись, покачал головой, но в кресло уселся и, мало того, расстегнув пиджак, обернулся и щелкнул пальцами.

На щелчок примчался расторопный черный парнишка, и Боярин, подчеркивая, что пока что он сам по себе, сказал:

– Двойной эспрессо.

Мальчишка умчался, а Боярин, обернувшись к нам, сказал:

– Ну что же, уважаемый Знахарь, раз вы любезно назначили мне встречу, то вам и слово.

Я кивнул и ответил:

– Совершенно верно. Вы, в свою очередь, любезно согласились на это встречу прийти, и я считаю себя обязанным изложить вам некоторые свои соображения и предложения.

Боярин кивнул и, слегка смягчившись от моей любезности, посмотрел на меня несколько приветливее, чем минуту назад.

– Для начала я буду краток, - сказал я, - а уж потом, когда мы придем к принципиальному согласию, а я не сомневаюсь, что так и случится, можно будет развивать тему и углубляться в частности.

Боярин опять кивнул, и в этот момент мальчишка принес кофе.

Взяв с блюдца миниатюрную толстенькую чашечку, Боярин поднес ее к губам и покосился на Риту. Заметив это, она повернула голову к нему и улыбнулась. Черт ее знает, где она только научилась этим многозначительным улыбкам и взглядам! Скорее всего, это заложено в каждой женщине, просто не каждая знает об этом, а из тех, кто знает, далеко не каждая умеет это использовать…

Да- а-а…

– Так вот. Для начала я буду краток, и пусть вас, Владимир Петрович, не смущает моя откровенность в некоторых вопросах. Вы знаете, кто я?

– Ну, по слухам - знаю, - ответил Боярин, пригубив ароматный кофе, - а лично, как вы понимаете - нет.

– Да, конечно, - кивнул я, - а вам известно, какие события начали происходить в… э-э-э… в специфической части русской диаспоры с того момента, как я в очередной раз ступил на американский берег?