Роголом
Шрифт:
- Месть? За что?
- Им нужен я. Они устроили этот ужас в качестве мести за то, что я сделал.
Аякс ухмыльнулся, как будто услышал что-то смешное.
- И что же?
Слова Дину давались со скрипом, будто он признавался в убийстве.
- Я отломал от бычьих голов больше рогов, чем кто-либо за всю историю.
Дин проверил второй проход, затем третий. Оба заканчивались тупиками.
– Должно быть, это здесь, - сказал он о четвертом.
Он шагнул в него, словно это был пищевод гигантского мертвого зверя, и стал продвигаться
***
Когда Арианна очнулась, она подумала, что тонет в грязи. Она не сколько дышала, сколько хватала ртом воздух. Голая, она была подвешена за запястья в какой-то низкой пещере со склизкими каменными стенами. Старая шахта,– догадалась она. Я на дне шахты. Несмотря на отсутствие видимых источников света, она видела окружающие ее недра, словно через какой-то фильтр. Как будто зло источало свой собственный свет. По крайней мере, это Арианна знала хорошо. Именно зло принесло ее в это мерзкое место.
Перед ней громоздились бычьи туши. Некоторые трупы мумифицировались, превратившись в перекрученные кожаные мешки. Другие раздулись от тлена и гнилостного газа. Но большая часть раскисла до состояния безымянной, кишащей личинками жижи. Но то, что простиралось дальше, было еще отвратительнее. Настоящее озеро мерзости, будто все нечистоты ада сбрасывались сюда. На самом деле, это было место, где Дьявол опустошал свой кишечник.
И именно из этого озера появилась женщина. Арианна уже видела ее раньше, ночью, когда ее едва не убил сержант Лэсс. Женщина, чьим телом была не плоть, а тьма. Женщина, сотканная из всех дурных мыслей и гадких желаний, порожденных человечеством. Она была похотью всех насильников, педофилов и кровосмесителей. Она была эрекцией в паху каждого сербского палача. Она была импульсом, заставлявшим летчиков сбрасывать напалм на женщин и детей. Была кровью, поступавшей в сердце каждого охранника "эсэсовского" концлагеря. Это была Пасифая.
Она брела по колено в жидких нечистотах, улыбаясь своей черной улыбкой. Арианна просто висела и наблюдала.
- Да, вовсе не Содомская Блудница.
– Голос призрачной королевы отозвался эхом, словно в горах.
– Ты могла бы иметь власть над мужчинами, и посмотри, что ты с ней сделала. Отдала ее, и теперь они тобой управляют.
- Есть "мет"? Или какая-нибудь "дурь"?
– спросила Арианна.
– Меня всю ломает.
- Ты вовсе не настоящая женщина, а глупый кусочек мяса, в котором мужчины осушают свои чресла.
- А я так не думаю, - уныло пробормотала Арианна.
– Так что пошла ты на хрен.
- Поэтому единственное, на что ты годишься, это быть наживкой для твоего возлюбленного.
- Моего "возлюбленного"? Что за херню ты несешь, сучка? Эй, я съем твою "киску" за двадцать баксов.
- И он скоро будет здесь, - пообещала темная женщина.
– Я чую в воздухе его запах.
- Ладно, десять
Рука чистой тьмы коснулась почти плоской груди Арианны, затем скользнула ниже по бледному и тощему телу.
- А потом мы с моим сыном устроим пир. Ты, конечно же, пойдешь на закуску. Как тебе такое?
– Она убрала от нее свои черные руки, а затем запустила их в расщелину в стене.
- Эта пара свежих пухлых пельмешек...
– она извлекла из расщелины двух полнощеких голых младенцев.
Рунштедтские Близнецы! Арианна сразу их узнала.
- Да, из них получится прекрасное главное блюдо, - заметила женщина, поднося младенцев к своей эбеновой груди. Те мило агукали.
Даже Арианна почувствовала отвращение.
- Ты чокнутая, больная на всю башку сука, знаешь это? Какая же ты демоническая богиня? Это же всего лишь дети. Оставь их в покое.
- О, мы оставим их в покое... после того, как мой сын и я высосем у них из ротиков их нежные кишочки, слопаем их жир и вылакаем кровь.
- Какая же ты засранка, - посетовала Арианна.
– Только засранки мучают младенцев и маленьких детей. Если это все, на что ты способна, признай поражение.
Пасифая замерла, словно обидевшись.
- Но лучшее мы оставим напоследок, - надменно пообещала она.
– Десертом будет твой возлюбленный, этой этот тезейский злодей, разрушитель, слишком долго остававшийся безнаказанным.
Снова она про какого-то "возлюбленного".
- Ты говоришь про моего бывшего бойфренда Дина? Чемпиона мира по ломанию рогов?
- Да!
– Гневно прогрохотал голос женщины.
– Мы с сыном будем отщипывать от него по кусочку, пока ничего не останется!
Арианна рассмеялась.
- В твоих мечтах, дамочка. Дин надерет тебе задницу. Пнет тебе по манде так, что матку выкашляешь. Он самый крутой парень в городе, и какой-то ничтожной детоубийце не одолеть его.
Мой сын сделает с твоим любовником такое, по сравнению с чем Прокрустовы пытки покажутся детскими шалостями.
- Какие еще "прокрусты"? И где этот твой сынок, о котором ты болтаешь?
Шепот Пасифаи лизнул Арианну в щеку, словно язык змеи.
- Сейчас ты с ним познакомишься.
Через мгновенье смрад усилился, и из озера грязи появилось нечто огромное. Но Арианну, чья ломка была уже в полном разгаре, это не особо беспокоило. Это был монстр, которого она видела прошлой ночью. И теперь он стоял перед ней. Семь футов ростом, покрытое подтеками слизи тело бугрилось мускулами, ноздри на звериной морде горели огнем. Черные глаза смерили ее безумным взглядом. Два гигантских, растущих из черепа рога заканчивались безупречными остриями.
- О, эка невидаль, - усмехнулась Арианна.
– Мужик с бычьей башкой. Мне больше напоминает педика с Файер Айленда. Зуб даю, что он пьет розовое шампанское и ест французские пирожки. Ну точно, гомик.