Чтение онлайн

Красные глаза погасли, брешь затянулась, видимо, в знак примирения. Я оглянулся, уверенный, что где-то рядом мелькают темные куртки и растянутые штаны групп недоброжелательных москвичей, которые так и не объяснили, что хотели от меня, но точно ничего хорошего на мой счет не планировали. Дверь в здание вполне дружелюбно скрипнула. Зло умеет завлекать, но из двух зол стоит выбирать то, с которым у тебя есть хоть что-то общее.

Оказавшись в доме, я вызвал лифт. У меня было ощущение, что я отсюда и не съезжал, что не прошло того года, в течение которого я боялся даже оказаться в этом районе. Дверь в квартиру была

незаперта. За ней прятался все тот же хай-тек интерьер, дорогие ковры и ни грамма пыли. Все выглядело так, будто я покинул помещение лишь сегодня утром, чтобы немного пройтись.

– Хороший ход, – обратился к квартире я, в ответ на что получил шуршание занавесок. – Но я тут ненадолго. Вызову такси и поеду в офис, чтобы избежать встречи со всеми возможными живыми существами по дороге. Все сегодня сами не свои.

Гостиная сверкнула бутылками в баре, но я проигнорировал призыв повысить уровень креативного мышления при помощи алкоголя. Алкоголь допустим только в определенные дни поста и при причастии. Причащаться тут не к чему. Разве что к этой потрясающей кровати с ортопедическим матрасом, который всегда так хорошо подстраивался под линии моего тела…

– Не надо меня усыплять, – потребовал я от бывшего дома, но к кровати все-таки подошел. Металлический отблеск на тумбочке привлек мое внимание. В небольшой коробке возле изголовья покоился шприц, кованая ложка с головами львов и несколько пакетов с порошком. Коробку венчала записка.

«Дорогой Антон! Умри, пожалуйста.

С любовью, Ясмин».

Усталость окончательно завладела мной, я сел на кровать прямо в одежде и рассмеялся. Ай, да вампирша. Ай, да молодец. Я так долго ломал голову над тем, как устроить себе Ад, а она просто нашла самый простой и очевидный способ. Героин, да еще и синтетический: быстрее способа привыкнуть, а потом пережить Ад от ломки попросту не бывает.

Наркотики – это ужасно. Считается, что наркозависимые люди горят адским пламенем еще при жизни, не могут найти покоя и мучаются, как в настоящей Преисподней. Прием наркотиков – это настоящее падение в физическом и моральном смысле. Наркоман обрекает себя на страдания, которые, возможно, и Сатана никому бы не пожелал.

– Я. Шикарная квартира. Героин. Прямо вернулся в жизнь до своей смерти. А потом во время смерти, – вздохнул я, чувствуя жалость к себе и облегчение. Решение найдено, оставалось надеяться, что оно не станет для меня слишком дорогостоящим.

Мне потребовалось ровно четыре минуты на то, чтобы снять пальто, стянуть галстук и найти в Интернете доступные способы приготовления героина. Этому миру срочно надо было вернуть способность к умиранию, люди не всегда заслуживают того, чтобы жить подольше. Да они и не стремятся к этому, судя по количеству практических советов о наркотиках, наполнявших Всемирную Сеть.

– Дорогой Бог, – обратился я к потолку, снова вызвав в здании недовольный скрежет. – То, что я делаю, плохо. Ситуация, в которой я нахожусь, не лучше. Обещаю пожертвовать выручку от продажи костюма и этой квартиры в фонд борьбы с наркотиками. Квартира не факт, что моя по бумагам, но я же юрист, я что-нибудь придумаю. Законное, конечно, – добавил я.

Прием наркотиков не является

чем-то приятным и не приносит положительных эмоций. Сначала это больно, так как часто предполагает нарушение целостности кожи или слизистых оболочек. Потом, на пороге зависимости, когда на физическую боль уже плевать, наркоман пытается достигнуть не радости, а облегчения.

Память быстро стерла неприятные воспоминания подготовки наркотика и момент его приема. У меня не было времени даже наслаждаться ощущением легкости и спокойствия, которое дарила вколотая в вену синтетика, и это одновременно с ощущением, что тебя переполняют силы и энергия. Я употребил новую дозу, чтобы сделать процесс привыкания почти мгновенным. Что-то подсказывало мне, что квартира мне в этом поможет, даже если я этого не пойму.

Меня хватило на пару часов. Наркотик закончился, я уснул с ощущением абсолютного счастья и оптимизма, а проснулся на пороге Ада. Тело одновременно били жар и холод. Меня тошнило прямо на дорогой ковер, в глазах мутнело. Рубашка, которую я не снимал, покрылась липким потом. Руки тряслись. Было очень больно.

Нечеловеческая боль продолжалась бесконечно. Я катался по полу, раскачивался, пытался заглушить кошмарный зуд внутри алкоголем. Квартира знала, что он пригодится, но горячительные напитки не помогали, становилось только хуже. В моменты прояснений моего затуманенного разума я понимал, что должно стать еще тяжелее. Иначе это не сработает.

К вечеру перед глазами поплыли знакомые картины из прошлого. Пространство вокруг меня стало горячим, а воздух наполнился пылью и пеплом. Мои уши заполнились миллионами криков.

Наконец, я был в Аду. Здесь ничего не изменилось.

Я снова оказался на сковородке. Ад наполнен ими. Они разные и ни одна не повторяется. Как снежинки, только сковородки. В Аду. Моя душа покинула испытывающее невозможные страдания тело и отправилась туда, где поспокойнее. Проблема состояла в том, что все души в Преисподней попадают в Квартал Страданий, чтобы над ними профессионально издевались шайтаны и другая нечисть. Но я больше не был стандартным грешником, задерживаться среди них я не мог.

Спалив костюм и руки, я выкарабкался с раскаленной поверхности, не очень вежливо используя другие души как ступеньки. Грешники, потерявшие за годы адских мучений всякий интерес к происходящему вокруг, с удивлением наблюдали за моей наглостью. В их выпученных глазах читался немой вопрос «а что, так можно было?».

Упав на пыльную, горячую землю, я уставился на такой же земляной «купол», служивший Аду небом. Сегодня его не покрывали густые ядовитые облака. «В Преисподней погода оказалась хорошей», – подумал я и непроизвольно рассмеялся.

– Э! Ты што?! – послышался рык откуда-то со стороны. – Назад! Иди назад!

Ко мне подбежал шайтан с вилами, покрытый черной шерстью и копотью. Мое поведение его, кажется, шокировало, он не знал, куда деваться. Размахивая кривым прибором для пыток, он попытался схватить меня и пихнуть назад к сковородке.

– Мучиться! Не останавливаться! – кричал шайтан.

– Простите, не сегодня, – категорически отказался я, буквально перешагивая через невысокого беса так, что тот заверещал от возмущения. – На сковородке мне делать нечего.