Чтение онлайн

– Ну, теперь я их не боюсь! – воскликнул Стифен, размахивая мечом. – Если придется нам с ними встретиться, я дорого продам свою жизнь!

Не успел Стифен выговорить последнее слово, как в комнату ворвалась его жена, Хильда.

– Скорей! – кричала она. – Они нашли в квадратной башне убитого Дениса! Сейчас поднимут тревогу!

Действительно, через минуту ударили в большой колокол, во дворе замелькали огни фонарей, донесся заглушенный гул голосов.

Хильда мельком взглянула на своего мужа.

– Значит

им все-таки удалось тебя освободить, – сказала она.

– Удалось, – проворчал Стифен.

– Ну, смотри, как бы опять не очутиться тебе в темнице, – сердито буркнула жена, украдкой пожимая ему руку.

– Ладно, ладно. Теперь я им в руки не дамся.

Стифен обнажил меч, а ножны отбросил в сторону.

– Путь к квадратной башне отрезан, – сказал Зарок. – Что теперь делать?

– Умереть, сражаясь! – мрачно отозвался Стифен.

– Нет, мы пробьем дорогу к главным воротам, – перебил Робин. – За воротами нас ждет отряд в сорок человек. С их помощью мы справимся с де Молаком и его головорезами. Вперед, друзья! Окружите сэра Реджинальда. А вы, Хильда, идите рядом с ним; так будет безопаснее!

– Я пойду впереди! – крикнула эта энергичная особа, поднимая валявшийся на полу меч. – Драться я умею не хуже любого мужчины.

– Она правду говорит, – усмехнулся Стифен, одобрительно посматривая на свою супругу.

– Вперед! К воротам! – скомандовал Робин Гуд, выбегая во двор.

Между тем гулкие удары колокола всполошили стражу. Воины вышли из казарм и выстроились у входа в узкий туннель между двумя башнями, возвышающимися над воротами. Многие держали в руках факелы, и красноватые блики загорались на шлемах и панцирях.

Стрелки, возглавляемые Робином и Виллем Рыжим, гурьбой помчались к воротам. Столкновение произошло в начале узкого прохода. В первый момент воины, застигнутые врасплох, растерялись; наконец, при свете факелов, они разглядели зеленые куртки стрелков и поняли, с кем имеют дело.

– Де Молак! Де Молак! На помощь! – закричали они.

Разгорелся бой. Так как туннель был узкий, то драться могли только те, что стояли в первых рядах. Стифен, горевший желанием отомстить врагу, пробился вперед и, словно одержимый, наносил удары мечом. Его узнал начальник стражи.

– Пленники вырвались на свободу! Измена! Измена! – крикнул он.

Больше он не успел выговорить ни слова. Стифен ударил его мечом по голове, шлем раскололся, и воин с рассеченной головой упал на землю. Стража отступила. Робин громко затрубил в рог, давая сигнал Маленькому Джону и франклину Тореду, ждавшим за воротами. Немедленно раздался ответный сигнал.

– Если нам удастся открыть ворота и опустить подъемный мост, друзья придут нам на выручку! – воскликнул Робин.

– А ну-ка, нажмем на них еще разок! – проворчал Стифен. – Они не устоят. Пусть кто-нибудь из вас откроет ворота, а я опущу мост.

Робин, Вилль, Стифен и еще несколько человек смело бросились на врага. Воины отступили к воротам. Потеряв несколько человек, они ворвались в караульню и захлопнули за собой дверь.

– Не выпускайте их оттуда! – крикнул Стифен. – Эй, Мэтью, ко мне! Нам с тобой частенько приходилось опускать мост. А ты, Хильда, открой ворота.

Стифен и Мэтью взбежали по лестнице в комнату, где находилась машина, посредством которой опускался и поднимался мост и решетка. Между тем Хильда

с помощью Альрика отпирала ворота. Еще минута – и они вырвались бы на свободу, но вдруг раздались крики: «Де Молак, де Молак!», и в глубине двора замелькали факелы.

– Гарнизон! – воскликнул Зарок. – Не пускайте их в туннель!

– Вперед, молодцы!

И стрелки бросились вслед за Робином навстречу новым врагам. Впереди бежал сам де Молак и еще несколько рыцарей в полном вооружении. У входа в туннель они встретились со стрелками. Бой продолжался в течение пяти минут. Под натиском противника стрелки отступали шаг за шагом; звенела сталь, глухо стонали раненые. Вдруг подъемный мост с грохотом опустился, раздался топот бегущих людей и оглушительные крики: «За Робина и Шервуд!» Торед и Маленький Джон, а за ними сорок рослых молодцов ворвались в ворота и пробились вперед, заслоняя ослабевших товарищей. Маленький Джон, размахивая огромным бердышом, раскалывал шлемы, словно яичную скорлупу. Он был на голову выше всех остальных, и рядом с ним воины де Молака казались карликами. Раздались испуганные возгласы, и неприятель стал отступать. Тщетно кричал и ругался де Молак – воины отказывались ему повиноваться.

К Робину подбежал Стифен.

– Путь свободен, – сказал он. – Созови своих молодцов! Мы успеем уйти.

– Да, нужно спешить. Мы и так понесли тяжелые потери. Было бы безумием продолжать бой.

– Выпустим лошадей из конюшни, – посоветовал Стифен. – Тогда де Молак не сможет нас преследовать.

– Бежим! – воскликнул Робин.

Вместе со Стифеном и несколькими стрелками он бросился к конюшням и выпустил лошадей. Альрик погнал их к воротам, а Стифен, подняв тлеющий факел, раздул его и поджег конюшни.

Пользуясь тем, что воины де Молака, не выдержав неожиданного натиска стрелков, скрылись во внутреннем дворе, Робин затрубил в рог, призывая своих ребят. Последним вернулся Маленький Джон. Многие были ранены, но франклин Торен хотел продолжать бой.

– Нет, нет! – запротестовал Робин. – Мы должны отступить, пока не поздно.

Раненых, которые не могли идти, стрелки понесли на руках, убитых товарищей пришлось оставить. Альрик перевел через мост лошадей, и на них усадили раненых, Хильду и сэра Реджинальда. Торед с Маленьким Джоном и его отрядом остался в воротах, чтобы в случае атаки прикрыть отступление товарищей, но де Молак не помышлял о погоне. Конюшни пылали, и слуги тушили пожар, опасаясь, как бы пламя не охватило замка.

Когда Робин снова затрубил в рог, Маленький Джон вывел свой отряд из крепости. Все вскочили на коней и помчались по направлению к лесу.

Ночь была темная, и ехать приходилось медленно. Стифен вызвался служить проводником. Раненые теряли сознание от потери крови; товарищи должны были все время их поддерживать и следить, чтобы кто-нибудь не отбился от отряда. Те, что остались целыми и невредимыми или отделались царапинами, также едва держались в седле; усталость давала о себе знать. Наконец Робин решил сделать привал на берегу ручья. Раненых напоили водой и в темноте кое-как перевязали им раны. Робин приказал стреножить лошадей и расставить караульных, так как не исключена была возможность, что де Молак не отказался от мысли о преследовании.