Чтение онлайн

— Ты что-то имеешь против парадных дверей? Или это только относится к моей двери?

Я смотрю на него через плечо.

— Просто возвращаюсь тем же путем, каким пришла.

— Ах, да. Щель в заборе. Так и не удосужился ее исправить.

«Почему?» — хочется спросить. Но, конечно, я не спрашиваю.

Он все равно ничего мне не скажет.

Выхожу за дверь, хватаюсь за ручку, чтобы закрыть ее за собой. Но он стоит у меня за спиной, в дверном проеме.

Отпустив

ручку, отступаю в сторону.

— Ты куда-то собрался? — спрашиваю я.

Его бровь поднимается вверх, открывая темный глаз.

— Я провожу тебя домой.

— Я живу рядом. — Я показываю на свой дом.

— И что?

— И, полагаю, смогу отлично справиться сама.

— Считаешь, с людьми не случается ничего плохого, даже на самых коротких расстояниях?

— Нет, я так не считаю. — «Точно знаю, что случается. Семь долгих лет я не находилась в безопасности в собственном доме». Но я не нуждаюсь в том, чтобы за мной присматривал мужчина. Я сама могу о себе позаботиться. — Но я без проблем добралась сюда. И также могу вернуться.

— О, правда? С верными садовыми граблями в качестве защиты?

Тут понимаю, что граблей у меня нет. Они все еще лежат на полу, где я их уронила, когда ушибла палец. Но не хочу возвращаться за ними в его дом. Пусть остаются там.

— Иногда ты ведешь себя как настоящий придурок.

— Знаю. И все же я провожу тебя домой.

Я вздыхаю.

— Как хочешь.

Я топаю через его сад. Нелегко ходить в обуви размеров на пять больше.

— Какой у тебя размер? — спрашиваю я.

— Тринадцатый, — доносится из темноты за моей спиной. (Тринадцатый размер мужской обуви в США соответствует сорок шестому в России — прим.).

Поправка: на семь размеров больше.

— У меня шестой. (Шестой размер женской обуви в США соответствует тридцать шестому в России — прим.).

— Спасибо за эту захватывающую информацию. Теперь я буду лучше спать сегодня ночью. — Его тон шутливый.

Хочу отметить, что причина, по которой я оказалась в его доме, в первую очередь заключалась в том, что он плохо спал.

Протискиваюсь сквозь щель в заборе. Это занимает у меня больше времени, чем обычно, потому что его большие дурацкие кроссовки мешают.

От моих усилий забор трясется.

Когда оказываюсь в своем саду, смотрю вверх и вижу, как Ривер перелезает через забор.

— Что ты делаешь? — интересуюсь я.

Он останавливается на полпути и смотрит на меня, будто на тупицу.

— Взбираюсь. На. Забор, — слова он произносит медленно, словно разъясняет идиоту.

— Это я поняла. Я имею в виду, зачем?

Спрыгнув с забора, он легко приземляется на ноги. Слишком грациозно для человека его роста. Он стоит передо мной, темные глаза сверкают

в темноте.

— Затем, что в щель я никак не пролезу.

— Ох.

— И поскольку кому-то не нравятся парадные двери или калитки, это мой единственный вариант.

Умора.

Закатываю глаза и шагаю по траве, направляясь к ступенькам, ведущим на заднюю террасу.

У подножья останавливаюсь.

Выбираюсь из его кроссовок, поднимаю их и протягиваю ему. Он их забирает.

— До самой двери, — говорит он мне и жестом показывает, чтобы я поднималась по ступенькам.

Я вздыхаю, но спорить не собираюсь.

Подхожу к задней двери и открываю ее. Свет врывается на террасу вместе с Бадди, который выскакивает из двери, обнюхивая мои ноги, издавая ворчание, будто говорит, что беспокоился.

— Я в порядке, Бад. — Наклоняюсь к нему и глажу.

Он пристально смотрит на меня. Затем, по всей видимости, замечает присутствие Ривера, и его глазки устремляются на него. Несколько секунд он глядит на Ривера, будто приходит к какому-то решению касательно него. Затем, приняв его, виляет хвостом и обнюхивает ему ноги.

Ривер его игнорирует.

Это меня раздражает.

— Значит, шавка все еще у тебя.

Это раздражает меня еще больше.

— Конечно, Бадди все еще у меня, — делаю акцент на его имени, хотя знаю, что это бессмысленно. Он будет звать его, как хочет.

Поняв, что от Ривера он ничего не получит, Бадди рысцой возвращается в дом.

— Ну... спокойной ночи, — говорю я.

— Зачем ты ко мне пришла?

Я снова вздыхаю. Кажется, рядом с этим парнем я часто так делаю.

— Я уже говорила.

— Я знаю, что ты говорила. Я имею в виду, почему ты просто не позвонила кому-нибудь?

— Кому, например?

Он проводит рукой по своим густым волосам.

— Копам. — Слова звучат тише. — Если кто-то думает, что в доме посторонний, и происходит что-то плохое... Обычно звонят в полицию. А не идут туда на свой страх и риск. С гребаными граблями в качестве единственного оружия.

Я не могу рассказать ему всех причин, по которым не вызвала полицию.

Пожимаю плечами, избегая лжи.

— Видимо… я не подумала.

Его густые брови сходятся у переносицы.

— И никаких других причин?

— А какие еще могут быть причины?

Он отступает из освещенного дверного проема в темноту ночи.

— Никаких.

Засунув руки в карманы джинсов, Ривер направляется к ступенькам.

— Кэрри, — останавливает он меня, когда я закрываю дверь.

Впервые он назвал меня по имени.

И это кажется важным по причине, которую не могу понять.

Я не отвечаю, потому что, такое чувство, что голос меня покинул, но я знаю, он понимает, что я слушаю.