Чтение онлайн

Он фыркнул, уже не хмурясь.

– Не сейчас, спасибо.

Эми усмехнулась, так мне показалось, и сказала:

– Стыдно. Но я буду ждать, когда ты начнешь есть все.

Вздохнув, Аимару сказал:

– Скоро начну. Братишки так меня тренируют и заставляют работать, что я готов обедать еще до рассвета.

– Что ты делаешь? – спросила я.

– О, работаю с копьем, делаю себя сильнее. Это скучно.

Я рассмеялась.

– Правда?

Он пожал

плечами, у него едва получилось в этой одежде.

– Мы часами медитируем, как было в монастыре. Они брали меня на осмотры.

– Осмотры? – спросила я.

– Да, Братишки управляют хозяйством, так что проверяют, в порядке ли фермеры, собирают… - Аимару вдруг стал задумчивым, сдвинул брови.

– Какие люди в деревне? – я и думать не могла о мире снаружи, кроме карты с камешками и булавками, и было странно думать, что ниже в долине есть фермеры и писцы, и они живут, как жила моя семья в тени замка Имагавы. – Что они думают о леди Чийомэ?

– Хорошо. С уважением, - он смотрел на перья и кишки в наших корзинах.

– Все еще хочешь суп? – спросила Эми. Она протянула ему корзину, чтобы он понюхал.

– Нет, - сказал Аимару без ухмылки. – Нет, я думаю. Вы разделывали куриц?

– Да, - сказала я. – Мы же говорили. И свиней. И корову. Это было ужасно.

– Да, - сказал он, но я не знала, с чем именно он согласился. – Но фермеры обычно отдают нам разделанных животных. И я не понимал, почему они перестали это делать.

– Ну, - я пожала плечами, - может, были бури?

– Это делают в помещении, - прошептала Эми, - и не на холоде. Думаю, просто они хотят, чтобы мясо отделяли от костей и остального незадолго до приготовления.

– Может, - сказала я, но знала, что они правы. – Может, дело в Ки Сане?

– Может, - ответила Эми, сморщив носик.

После мига тишины, в который мы смотрели на тошнотворное содержимое корзин, я спросила:

– Почему им важно, чтобы мы умели разделывать?

Снова миг тишины.

– Может, хотят сделать нас поварами, - сказала Эми и закусила губу.

Аимару покачал головой.

– Мурасаки, Чийомэ-сама говорила, что хочет, чтоб ты была… как там? Ку…?

– Куноичи.

– Да. Такие здесь старшие девушки?

– Да, - ровно сказала Эми.

– Ох, - он потер руками тело, чтобы согреться.

Молчание затянулось. Я пыталась представить, как Миэко-сан режет куриц, но не могла.

– Было приятно увидеть тебя на уроке танца вчера утром, - сказала Эми.

Аимару кивнул.

– Потому я и хотел поговорить. Я подумал, что мы просто очистим конюшню. Я не знал, что мы будем с вами…

Эми усмехнулась,

и было почти радостно видеть, что выражения ее лица стали привычными.

– Ты не знаешь, зачем был этот урок?

– Нет! – ответил он с большими глазами. – Вас этому учат?

Мы покачали головами. Эми пробормотала:

– О, нет. Нас учат играть плохую музыку и наливать холодный чай.

– Звучит… интересно, - сказал он растерянно.

Я рассмеялась.

– Едва. Все не так плохо, как говорит Эми. Это лучше разделки куриц и коров.

Аимару наградил нас улыбкой.

– Понимаю. Хотя на кухне вам тепло!

Мы с Эми тоже улыбнулись, но она дрожала, я тоже ощущала холод.

И я вздохнула:

– Нам нужно идти. Мизутаки на ужин сам не приготовится, знаешь ли! – сказала я, пытаясь изобразить Ки Сана.

Это помогло. Они расхохотались.

Мы с Эми пошли к вратам к мусорной яме, а Аимару пошел на замерзших ногах к конюшне. Мы прошли лишь пару шагов, а Эми издала странный смешок:

– Смотри! – она смотрела на снег, где мы стояли. – Это иероглиф козла! – рассмеялась она.

На белом слежавшемся снеге кровь из одной корзинки образовала рисунок, похожий на иероглиф. Но я могла видеть лишь кровь.

* * *

Опустошив корзинки, мы с Эми пошли обратно, когда услышали шум.

– Что это? – насторожилась Эми.

Я прислушалась, но был лишь звук ветра в лесу.

– Конь? Вроде… - я подумала об услышанных голосах, когда я лазала по дубам. Масугу? И… Миэко?

– Эми-чан! Рисуко-чан! Вам нельзя было говорить с тем мальчиком! – Фуюдори появилась из ниоткуда у ворот. Ее белые волосы сливались с падающим снегом, щеки пылали.

– Да, Фуюдори-семпай! Простите, Фуюдори-семпай! – пролепетали мы с Эми, спеша пройти через врата.

* * *

Позже ночью, когда Тоуми, Маи и Шино уже храпели нестройным хором, мы с Эми тихо шептались об уроках Миэко и про вопросы Аимару насчет работы на кухне.

– Думаешь, они успели поговорить? – прошептала Эми, задумчиво глядя на тонкую дверь комнаты Фуюдори.

– Не представляю, - ответила я. Подавив зевок, я прошептала. – Спроси у Аимару.

Ее глаза стали круглыми, она снова посмотрела на дверь.

– Нам нельзя говорить с мальчиками, - громко ответила она. А потом отвернулась. – Спокойной ночи, Мурасаки, - и она уснула до того, как я договорила.

Я попыталась последовать ее примеру, но вспомнила звук, что мы услышали снаружи. Был ли это конь? Был ли это Иназума, конь Масугу-сана? Я уснула с картинкой черных волос и белого снега в голове.