Чтение онлайн

– В Индиане.

– Ну, где-то там.

– После развода-то Джимми уехал.

– Нда, – подтвердил Элдридж. – Давно уж уехал.

– Аж в самый Ногглнотч, – уточнил Уилфред.

– Мили четыре или пять отсюда будет, – важно сообщил Элдридж. – Может, пять с четвертью.

Люк невольно улыбнулся.

– А как он попал в газету? – спросил он, стараясь не выдавать своей заинтересованности. Вполне естественный вопрос.

– Завел себе этакую компьютерную программистскую фирму, – объяснил Уилфред.

– Высокие технологии, – прибавил Элдридж.

–

Нда, он у нас деловой, Джимми-то. Говорят, вкалывает круглые сутки.

– Тут пишут, у него больше всего рабочих мест в городе.

– У него еще…

Разговор продолжался, но Люк не слышал остального. Начали приходить другие посетители, и скоро он был по-настоящему занят. Дела шли не так гладко, как при Анне. Люк позабыл вскипятить воды для любителей чая и к тому же разбил два стакана. Но стоило ему объяснить, что он подменяет Анну, потому что ей нужно отдохнуть, как все тут же проявляли большую чуткость. Даже миссис Картелли, которой он пролил апельсиновый сок на платье, не стала его за это корить. Казалось, они закрывали глаза на мелкие недостатки не только ради Анны, но и ради него, Люка.

Он почувствовал себя своим среди этих людей. И, может быть, приблизился к разгадке того, почему Анна так горько плакала ночью.

Анну разбудил солнечный луч, светивший ей прямо в лицо. Почему она не задернула перед сном занавески? – сонно подумала она. И вдруг сообразила, что раньше такого не случалось. В чем дело?

Анна резко села. Дело в том, что с тех пор, как открылось ее кафе, она всегда просыпалась еще до рассвета, кроме самых больших праздников. А сегодня не праздник. Она проспала! Анна глянула на часы и застонала. Посетители! Они или ждут у двери на ветру, или, что еще хуже, давным-давно разошлись.

Анна проверила звонок будильника и увидела, что он отключен. Должно быть, она отключила его и опять заснула. Анна выскочила из постели, мысленно отметив, что нужно будет переставить будильник на комод, чтобы его нельзя было отключить, не вылезая из постели.

Она торопливо оделась, ругая себя, на чем свет стоит. Вот что получается, если реветь по ночам! Сама виновата.

И Люк тоже виноват, рассердилась она вдруг. Какое он имел право являться сюда и переворачивать ее жизнь? Есть вещи, которые лучше не ворошить. А теперь он вбил себе в голову, что любит ее! Эти мужчины! – кипятилась она, с раздражением расчесывая волосы. Неужели ни один из них не в состоянии отличить любовь от самой заурядной похоти?

За рекордное время закончив свой туалет, Анна сбежала вниз по лестнице. Она-то не рискует вообразить, будто влюбилась в Люка, говорила она себе, стоит только не забывать, что ему на самом деле нужно. А с этим для нее все кончено. Люк такой же, как и Джимми, а Джимми…

Анна застыла в дверях кафе, пораженная открывшейся ей картиной. Кафе работало! Все здесь было как в любое другое утро… за одним исключением. Уходя, посетители сами приносили грязную посуду к стойке. И сами оставляли деньги. Где же они берут кофе? – недоумевала Анна.

И тут она увидела за стойкой Люка, который как раз заваривал очередную порцию. Он не заметил

Анну. Она смотрела, не веря своим глазам, как он убрал грязную посуду, вытер стойку, которая и так была безупречно чистой. Потом принял заказ у только что пришедших посетителей, сидевших за стойкой. Анна прислонилась к притолоке, лишившись дара речи. Принц крови, правитель небольшой, но процветающей страны, обслуживает посетителей в ее крошечной забегаловке! Почему?

Ответ был очевиден. Он делает это для нее. Теперь Анна поняла, кто отключил ее будильник. Этот великодушный жест и героические усилия, которые она видела перед собой, растрогали ее до слез. Люк понес заказ в одну из кабинок и, возвращаясь, наконец увидел Анну. Он широко улыбнулся, и ей стало трудно дышать.

– Тебе лучше? – спросил он.

Нет, ей хуже, в тысячу раз хуже! Невозможно больше притворяться, что он такой же, как Джимми, который всегда был слишком занят собой, чтобы обращать внимание на ее проблемы.

– Как… как тебе удалось?.. – еле выговорила она.

– Ты же с этим справляешься, – напомнил он, снова заняв свое место за стойкой. Он явно гордился собой, и не без оснований.

Анна машинально двинулась тоже за стойку и вдруг заметила, что табурет Люка свободен. Она села на его место.

– Я-то давно этим занимаюсь.

Люк поставил перед ней чашку чая, заваренного именно так, как она любила.

– А я давно за тобой наблюдаю, – сказал он так тихо, что только она могла его расслышать.

Анна сделала глоток, вспоминая тот первый день, когда он даже не смог заварить себе чаю.

– Еще совсем недавно ты ничего этого не умел, – сказала она.

– Ты меня многому научила, Анна. А до остального я сам додумался. – Взгляд, сопровождавший эти слова, говорил о том, что он имеет в виду не только заваривание чая.

Анна сделала вид, что не поняла подтекста.

– Да, Люк, кафе работает отлично. Спасибо. Ты меня просто спас.

– Посетители мне здорово помогают. Они сами приносят посуду и расплачиваются. Я не успел разобраться, как отпирается касса. К тому же они безропотно едят вчерашние плюшки.

– Плюшек хоть хватило?

– Ну… в какой-то момент я понял, что запасы быстро убывают, так что пришлось их «располовинить».

– Это ты от близнецов научился, да?

– Нда, – ухмыльнулся он и ушел обслуживать другие столики.

Анна смотрела на него, и теплое чувство переполняло ее. Можно было говорить себе, что это из-за горячего чая, или из-за того, что рабочий день не пошел прахом, или что благодаря ей у какой-то другой женщины будет замечательный муж.

Но поверить в это было трудно.

Люк мчался по периметру катка, разминаясь перед вечерним хоккейным матчем. Была среда, прошло уже четыре дня с тех пор, как он подменял Анну в кафе, – на четыре дня приблизился Пожарный бал и назначенный Люком самому себе последний срок. Он должен бы чувствовать огромное напряжение, но вместо этого к нему пришло ощущение удивительной ясности.