Ридлтаун
Шрифт:
Новый магазин назывался» Базилик». Его открыла некая Сильвия Херридан. Магазин готовился к открытию целый месяц. Жители городка деловито посматривали, как рабочие устанавливают новую деревянную дверь, выкрашенную в фиолетовый цвет, как подвозят огромные коробки и старинную мебель. Сама Сильвия Херридан поселилась на соседней улице и уже успела подружиться с соседями. Это была невысокая худенькая женщина с длинными седыми волосами, которые она все время носила распущенными. Волосы отливали серебром и блестели, когда солнце дотрагивалось до Сильвии своими теплыми лучами. Кожа Сильвии была гладкая и только у глаз собирались еле заметные морщинки. Яркие зеленоватые
Жители городка терялись в догадках, пытаясь определить, сколько на самом деле лет Сильвии. Почему-то этот вопрос чаще всего люди задают незнакомцам. В этом кроется тайный смысл: зная точно возраст человека, можно соотнести его с той картинкой, которая возникает перед глазами. Человек может выглядеть или не выглядеть на свой возраст. Жизненный путь оставляет нестираемые следы на лице и теле: либо ты делишься светом, который рвется наружу; либо говоришь всему миру, что твоя жизнь слишком простая и обычная и тебя оставляют в покое.
Сегодня на магазин повесили деревянную вывеску с зеленой надписью» Базилик». На двери Сильвия повесила листок, на котором от руки было написано, что магазин откроется завтра в десять утра. Жители, которые подходили к фиолетовой двери, чтобы прочитать объявление, утверждали, что от магазина пахнет ванилью. Хотелось перечитывать объявление и вдыхать сладкий запах, от которого на сердце становилось легко и весело, как в детстве. Сильвия держала все в тайне и никому не говорила, какой товар будет продаваться в « Базилике». Местные жители уже успели привязаться к Сильвии и на всякий случай придумали план, как уговорить ее остаться в Ридлтауне навсегда.
Эбби и Джанет сидели за столиком в кофейне Макса и ели потрясающие блинчики со свежей малиной и шоколадным соусом. Мисс Гилмор разрешила им уйти с работы на час раньше, и грех было не воспользоваться возможностью провести этот час в уютном месте, наблюдая, как за окном люди спешат домой. Эбби закрыла глаза от удовольствия, наслаждаясь вкусом блинчиков. Сладости были ее слабостью. В конфетах, пирожных, в плитках молочного шоколада спряталось детство и любовь кондитера к своему делу. Детство в приюте было сложным, и взрослая Эбби считала сладости обратным билетом в украденное детство.
– О чем задумалась? – Джанет насмешливо улыбалась.
– Не поверишь – о блинчиках. Никогда не ела ничего вкуснее.
– Ты так каждый раз говоришь. Самое противное, что ты не толстеешь. Я вынуждена через день совершать утренние пробежки, чтобы хоть иногда позволить себе набить желудок десертами, а ты просто ешь и все.
– Да. Попрошу Макса принести мне еще блинчиков и домашнее клубничное мороженое с шоколадной крошкой. А ты много не ешь. Тебе завтра рано вставать на пробежку.
– Как вам блинчики? – подошел Макс. – Супер тонкие, заметили? Нейтон рецепт придумал. Обожаю этого парня.
– Блинчики просто супер, – улыбнулась Джанет. – Собиралась облизать тарелку, а тут ты подошел.
–Не стесняйся. Для владельца кофейни это большая честь. Только боюсь, что не отмою твою красную помаду от тарелки.
– Принеси мне, пожалуйста, еще порцию блинчиков и фирменное клубничное мороженое,– попросила Эбби.
– Хорошо. А тебе, Джанет?
– Пожалуй, выпью еще чашку зеленого чая с мелиссой. Кстати, Макс, завтра мы с Эбби идем на открытие нового магазина « Базилик».
– Что-то припоминаю. А что там продают?
–Загадка. Хозяйка магазина упорно хранит свою тайну, но намекнула, что там будет много старинных вещей.
– Не знаю. Я не любитель странных магазинов. Но, обещаю подумать. Извините, но мне пора на кухню.
– Он точно в тебя влюблен, Эбби. Я такое всегда подмечаю. Спорим, что завтра он явится к открытию « Базилика»?
– Оставь Макса в покое, – Эбби водила пальцем по краю чашки.– Я никогда не влюблюсь. Мне суждено умереть старой девой, и знаешь, я ни капли об этом не жалею.
– Это все из-за мамы?– Джанет накрыла своей рукой руку Эбби.
–Мне ее очень не хватает.
Посетителей в кофейне стало больше. Почти все столики были заняты парочками. Никто не желал проводить субботний вечер в компании с телевизором и огромным пакетом с чипсами. Эбби осмотрела зал и убедилась, что молодых девушек и парней в кофейне не было. Женщины « слегка за тридцать» влюбленными глазами смотрели на своих ухажеров и мысленно планировали семейный бюджет. Эбби сторонилась такого счастья. Она предпочитала надеть теплые носки в комплекте с пижамой из меха плюшевого зайца и, взяв огромную красную чашку с какао, удобно устроиться на диване. Просмотр наивной мелодрамы заставлял слезы катиться по щекам в особо трогательные моменты. Эбби стеснялась проявления своих чувств и быстро вытирала слезы рукавом пижамы. Ей постоянно казалось, что за ней в этот момент кто-то подсматривает, и она не хотела, чтобы ее застали врасплох.
Эбби испытывала страх перед «настоящими отношениями». Она всеми силами и кучей доводов отгоняла от себя мысли о семье, но они, преследовали ее с каждым годом все чаще. Тяжелые воспоминания о детстве всегда вмешиваются во взрослую жизнь. Их невозможно запереть в шкафу и выкинуть ключ в реку, их не сможет стереть ни один психолог, они повсюду следуют за тобой тенью.
Уходить из кофейни не хотелось. Макс сумел создать непринужденную атмосферу, где каждый посетитель чувствовал себя «в своей тарелке». Стены из красного кирпича, массивные деревянные балки на потолке и большой электрический камин – позволяли расслабиться и смотреть на проблемы, находясь под воздействием вкуснейшего кофе. Старый уличный кот по кличке Пончик неспешно разгуливал между столами, выбирая место поинтереснее, потом сел напротив камина. Выждав несколько минут, кот свернулся калачиком и тихо мурлыкая себе колыбельную, заснул. Год назад Пончик заглянул в кофейню и сделал это место своим вторым домом. Первое место занимала улица. Несмотря на седую морду и ободранный хвост, Пончик еженедельно участвовал в рыцарских турнирах с другими котами. В кофейне стояла банка для чаевых, в которую благодарные клиенты бросали деньги. На бумажных купюрах часто можно было увидеть надпись карандашом: « Для Пончика». Этим не могли похвастаться дорогие рестораны и кафе. Посетителей у Макса всегда хватало. Весь Ридлтаун знал и любил здесь бывать.
Сейчас Пончик сидел на коленях Джанет и напевал свои гипнотические мантры, погружая девушку в легкий транс. С каждым днем кот становился все нахальнее и толще, но это никого не смущало. Макс устал объяснять сердобольным кофеманам, что Пончик чаевых получает больше, чем все официанты в Ридлтауне и не нужно приносить ему отбивные из индейки, свежую говядину и специальный корм для стареющих котов.
–Он так меня успокаивает, – Джанет погладила кота по голове, и тот прибавил громкости. – Может мне тоже завести?