Ричи
Шрифт:
– Эм… – Джастин не нашелся с ответом.
Ричи с веселой ухмылкой взглянул на обескураженного товарища и решил сжалиться над ним.
– Джастин, открою маленький секрет…
Финч-Флетчли, как и любой мальчишка его возраста, обожал секреты. Он приготовился внимательно слушать. Тем временем Ричард после мхатовской паузы продолжил:
– Я хожу так медленно не только для поддержания имиджа. Хогвартс наполнен ловушками, словно сокровищница, в которую забрался Индиана Джонс: исчезающие ступени, своенравные лестницы, полтергейст Пивз со своими сюрпризами. При
– Оу! – любопытство Джастина сменилось легкой досадой, словно ему пообещали в подарок коробку конфет, а вручили одну карамельку. – Ричи, а трость? Ты чего с ней всюду таскаешься?
Глаза Ричарда хитро заблестели, а на губах зазмеилась хулиганская улыбка.
– Секрет!
– Да ладно, какой секрет? – отмахнулся Финч-Флетчли. – Ты с ней что-то сделал?
– Возможно, – зрачки Ричарда вновь хитро блеснули, отразив отблеск света от факелов. – А может быть, это обычная трость…
Джастин и Ричи зашли в Большой зал. Потолок демонстрировал безоблачное звездное небо. Под ним наколдованные летучие мыши выписывали различные геометрические фигуры. Дети громко переговаривались, создавая гомонящий шумовой фон, будто на людном вокзале.
Мальчики прошли к столу Пуффендуя мимо стола преподавателей.
Ричард обратил внимание на профессорский стол, точнее, на странное поведение декана Слизерина. Снейп внезапно дернулся, как от пощечины. Он подскочил с места, словно ужаленный в мягкое место, и поспешил к директору.
Джастин тоже заметил странное поведение преподавателя зельеварения. Он остановился следом за Ричардом. До ушей мальчиков донесся взволнованный голос Снейпа, в котором можно было четко выделить нотки злорадства и предвкушения.
– Директор, только что сработали сигнальные чары, которые я наложил на статую одноглазой ведьмы. Мы можем поймать нарушителей на месте преступления!
– Северус, ужин скоро начнется, – ответил Дамблдор. – Я пожилой человек… – в его очках-половинках отразился блик от свечей. – Если тебе так не терпится, сходите с Минервой и проверьте.
– Мы так и поступим, – шипящим голосом протянул Снейп и радостно оскалился, словно хищник, почуявший раненую добычу.
Минерва Макгонагалл, которой досталось место возле неумолкающего Гилдероя Локхарта, до этого сидела с кислым лицом. Поняв, что появилась уважительная причина избавиться от общества Локхарта, она поспешно вскочила со своего места и произнесла:
– Да-да, Северус, скорее пойдемте. Наша обязанность заботиться о студентах и наказывать нарушителей.
Снейп и Макгонагалл поспешно направились на выход из Большого зала.
Джастин сразу же потерял интерес к преподавательскому столу и поспешил к пуффендуйцам.
Ричи с недоумением осмотрел стол Гриффиндора. Джордж, Фред и Рон Уизли оказались на месте, Гарри Поттер сидел там же рядом с другом. Мальчика одолевал вопрос:
"Кто же воспользовался тайным ходом в Хогсмид, если все, кто о нем знают, сейчас находятся в Большом зале?"
А еще Ричи про себя отметил, что этим тайным ходом больше пользоваться нельзя, поскольку
Директор Дамблдор поднялся со своего похожего на трон стула и произнес речь минут на пять, вся суть которой сводилась к короткому: "Сегодня Хэллоуин. Поздравляю вас. Ешьте и не обожритесь до заворота кишок, а то у мадам Помфри и так много забот".
После того, как студенты утолили первый голод, за факультетскими столами потекли беседы, которые переросли в многоголосый гвалт, в котором можно было расслышать лишь ближайших соседей.
Ричи с трудом сдерживался, но в итоге не вытерпел и прогулялся до стола Гриффиндора. Там он вежливо раскланялся со всеми знакомыми и кивками отозвал в сторону Гарри, Рона, Фреда и Джорджа. За ними увязалась Гермиона, хотя ее никто не звал.
Довольно большая компания покинула Большой зал. Все шли бодро и с энтузиазмом, за исключением Рона, который выглядел недовольным и косился на праздничный стол.
Покидать Большой зал во время приема пищи или подходить к столам других факультетов не возбранялось. Мало ли, кто-то пожелает пообщаться с родственниками с другого факультета, как сестры Патил, или с друзьями. Или кому-то резко приспичит сходить по нужде. Да и вообще, может, кто-то наелся и хочет побыть в одиночестве. Не силой же заставлять учеников безвылазно сидеть за столом до конца ужина.
Компания остановилась неподалеку от лестницы Северной башни – в том месте, где поблизости не было ни одной живой картины.
Гросвенор покосился на Грейнджер, но решил, что ничего страшного не будет, если посвятить девочку в часть секретов. Нужно потихоньку приучать Гермиону к сохранению тайн (наиболее безобидных из них), заодно и проверить, насколько она умеет держать язык за зубами, если секреты не ее.
Фред задал вопрос, который крутился на языке у всех:
– Ричард, зачем ты нас позвал?
– Джентльмены, – начал Гросвенор, обведя всех внимательным взором, – мне удалось узнать, что профессор Снейп наложил на статую одноглазой ведьмы сигнальные чары. За мгновение до начала ужина они сработали… – взгляд мальчика задержался на близнецах.
– Так вот куда сорвались Снейп и Макгонагалл! – прокомментировал Гарри.
Фред и Джордж нахмурились. Джордж тихо поделился своими мыслями:
– Всё… Накрылся этот проход! Я так и знал, что им больше нельзя пользоваться!
– Что за тайный ход? – проявила нешуточное любопытство Гермиона.
– В Хогсмид, – ответил Ричард. Он не спускал глаз с близнецов. – Джентльмены, меня волнует другой вопрос – кому еще вы рассказывали об этом проходе?
Оба близнеца нахмурились пуще прежнего. Они усиленно размышляли. Фред неуверенно произнес:
– Ли Джордан знает, но он никому не рассказывал и все время провел с нами. Так что это не он.
– Точно? – спросил Ричард.
– Я уверен в Джордане, – тверже ответил Фред. – Он умеет хранить секреты.
Складки на лбу Джорджа разгладились, его озарило.