Чтение онлайн

Работа в Москве увлекла французского полицейского. Она была для него новой и необычной. Методы расследования, сбора информации, аналитика – все здесь немного отличалось от тех действий, которые он привык делать во Франции. Российские коллеги ко всем просьбам Антуана относились серьезно и доброжелательно. Правда, инспектор уже догадался о закрытости исследований профессора Смелянского и больше не делал попыток узнать его точное место работы. Жак Готье, наоборот, при любой встрече старался задать «скользкие» вопросы и получить на них хотя бы какой-нибудь ответ.

– Может быть, опыт работы в посольстве приучает к такой бесцеремонности? – думал Андре. В любом случае, много нового о тематике последних работ Смелянского они все равно не узнали.

Но Жак откуда-то подпитывался информацией, недоступной Антуану. В последнее время он буквально твердил одно и то же. – Нам нужна формула резонанса. Формула частот, при которых возможна револьвация. Мы должны ее добыть любой ценой.

Инспектора Андре больше интересовало, кто убил профессора? Для своего города, полиции, да и для себя лично он должен был найти преступника, достать его, где бы тот ни находился. Профессиональный интерес полицейского превышал научный, хотя за время работы с Готье Антуан понял, что открытие профессора Смелянского – это, по сути, переворот в науке. Владеющая им страна получит безграничные преимущества в конкурентной борьбе.

Все чаще Андре задавал себе вопрос: «А знают ли русские о том, что открыл их математик? Или у них гениев так много, что за всеми не уследишь?» Пока, вроде бы, никакого несанкционированного вмешательства в свою деятельность Антуан не ощущал.

Важнейший разговор состоялся с супругой профессора, мадам Смелянской. По просьбе французской стороны на встречу, в зал переговоров она пришла вместе со своей дочерью Светланой. Эти милые женщины хорошо держались, хотя было видно, что ответы на вопросы о жизни покойного мужа и отца давались им с большим трудом.

Инспектора Андре интересовали возможные враги Смелянского, его зарубежные коллеги по исследованиям. Вдова назвала несколько новых фамилий, ранее не фигурировавших в деле. С кем-то их них ей приходилось встречаться за границей.

Однако по поводу врагов, мадам Смелянская ответила, что даже никогда не предполагала, что они могут быть. Муж был очень скромным, неконфликтным человеком. Он не занимался бизнесом, не гнался за богатством. В его душе были совершенно другие жизненные принципы. Наука для него всегда стояла на первом месте.

– Если это так – думал Андре – то, скорее всего, убийцу нужно искать среди людей, связанных с открытием ученого. И здесь очень кстати пришлись вопросы, которые начал задавать Жак. Мягко перейдя к теме научной деятельности покойного, он стал расспрашивать мадам Смелянскую о докторской диссертации мужа, его публикациях, сообщениях в зарубежных научных кругах.

Из ответов вдовы можно было сделать вывод, что она только в общих чертах знала тематику исследований супруга. Слышала, что тот занимается математическим моделированием, что у него имеется ряд интересных работ, видела, что профессор Смелянский пользуется большим уважением в иностранных университетах. Анатолия часто приглашали на различные симпозиумы, конференции, очень ждали личного выступления или доклада. Иногда в поездки за рубеж муж брал ее с собой. В свободное время им удавалось вместе погулять, посетить рестораны, попробовать местную кухню. Что-то более глубокого о научных направлениях супруга мадам Смелянская рассказать не могла.

И здесь Жак Готье решил пойти ва-банк. Он задал самый главный вопрос. – Госпожа Смелянская, а вы что-нибудь слышали о разработанной вашим мужем формуле резонанса?

На этой фразе один из присутствующих представителей министерства даже слегка поперхнулся чаем. Сразу несколько пар глаз впились в лицо постаревшей женщины. Наступила неловкая пауза. Супруга профессора, немного подумав, ответила, что краем уха она слышала это слово. Анатолий говорил, что занимается изучением волн жизни, чтобы человек имел шанс выбирать или изменять свою жизнь. Она тогда еще посмеялась над ним, не поверив в такую возможность, даже назвала его стареющим фантастом. Однако в чем суть этих терминов не знала, да и не хотела знать.

За всю совместную жизнь профессор постоянно проводил какие-то расчеты, открывал новые явления, процессы. В молодости ей еще хотелось понять, хотя бы в общих чертах, суть его разработок, но формулы оказались не для нее. Очень сложны. Да и роль любимой жены талантливого мужа ее вполне устраивала. Обо всем этом мадам Смелянская рассказала спокойно и рассудительно. Антуан не заметил на лице никаких следов скрытости или испуга.

– Скорее всего, это правда. Профессор не посвящал свою жену в исследования. От нее ничего нового про формулу мы не узнаем – решил Антуан.

Но тут неожиданно в разговор вмешалась дочь Смелянского – Светлана. Она сидела рядом с матерью, с левой стороны, и за все время беседы не произнесла ни слова. Только нервно крутила кожаный коричневый брелок в своих руках. – А почему, господа полицейские, интересуются именно формулой резонанса? – резко спросила она.

Вероника перевела вопрос и стала ждать ответа, посматривая поочередно то на Готье, то на Антуана.

– В последний приезд господина Смелянского в Ниццу, за день до его убийства, профессор разговаривал с одним из французских ученых именно на эту тему. И мы подумали, может быть, как то эта работа связана с убийством? – Жак Готье врал наглым образом. Ни с каким ученым в Ницце профессор Смелянский не встречался. Инспектор Андре знал абсолютно точно. Весь график встреч математика от момента прилета до его смерти был ему полностью известен. По-видимому, Готье нужно было как-то выкручиваться из сложной ситуации.

– А не могли бы вы назвать фамилию ученого? – вопрос уже задал мужчина в темно-сером костюме, сидевший на краю стола. Это он так неудачно поперхнулся чаем. – Мы сейчас готовим список иностранных коллег профессора. Через три месяца планируем организовать вечер памяти, и хотим пригласить всех работавших с ним иностранных друзей.

Готье ответил, что не помнит фамилию того человека, но пообещал ее прислать сразу, по возвращению во Францию. После этой небольшой неловкости встреча быстро подошла к концу. Все галантно попрощались друг с другом и покинули комнату переговоров.