Чтение онлайн

Только бы всё шло как надо…

Отправляясь в неизвестность, бывший геймер ещё не знал, что из обычного потенциала всё же сумеет превратиться в настоящего сталкера. Не знал, что он научится успешно «симбиотировать» с Зоной, что действительно окажется в наиболее подходящем мире, для него — лучшем из миров. И уж тем более этот будущий сталкер даже не мог подозревать, что во имя продолжения жизни того мира ему суждено возвращаться сюда. В мир, где вполне обыденной частью реальности являются толпы суетливых людей, далёких от вселенной Зоны, как туманность

Андромеды от звезды по имени Солнце.

Возвращаться в худший из миров, чтобы отыскивать в бурлящей толпе одиночек, которым этот мир ненавистен, и проводить их туда, где они наконец-то почувствуют себя дома…

Но, прежде чем всё это с ним случится, прежде чем он обретёт истинного себя, по воле Зоны ему предстояло себя утратить. Полностью. Своё имя, свою память, собственное «Я».

Сталкер очнулся.

Макушку ломило, как после удара прикладом прямо в темечко, но боль стремительно ослабевала. С каждым вдохом, с каждым глотком воздуха к нему возвращалась ясность мысли. Удушливый туман беспамятства, клубившийся в голове, быстро рассеивался.

Веки сталкера разомкнулись, впуская свет в глаза. Словно распахнулись оконные ставни, и солнечные лучи хлынули в тёмную комнату.

Первое, что он испытал, осознав себя живым, — изумление.

Изумляться было чему.

Ему удалось не кануть в небытие, удалось прийти в себя!

Я — КОМЕТА.

Сознание он хоть и терял, но возвратился в него целиком и полностью и память не утратил при возвращении.

Сталкер помнил самого себя.

Поэтому и испытал изумление. Попасть под внезапный выброс, подвергнуться прямому воздействию энергии Зоны, не переждать буйство смерти в защитном убежище и всё-таки уцелеть! Более того, сохранить собственную личность, не утратить индивидуальные архивы подсознания… Чем не повод изумиться?!

Комета помнил абсолютно всё, что с ним стряслось до выброса, и помнил, о чём они разговаривали с проводником Несси.

Одного только не мог вспомнить и не знал.

Куда Несси-то подевался?!

Проводника нигде не было. Поблизости его не наблюдалось и в помине. Ни малейших следов, хотя Комета обшарил окрестности, пытаясь их обнаружить. Жив Несси или стал жертвой выброса? Или, может быть, погиб и снова… живой? Знать бы. Но для этого необходимо уже всю Зону обшарить. А стоит ли?..

Да, что теперь делать ему, Комете? Жить и ходить, как раньше, зная всю правду о Зоне, он больше не сможет. Вспоминая подробности диалога, состоявшегося у него с Несси перед самым выбросом, Комета мысленно рассуждал, делал выводы, просчитывал все возможные варианты будущего.

Самой удачной в жизни казалась ходка, благодаря которой он, Комета, пришёл в себя. Дальнейшие шаги зависят от осознания этого факта.

И мысленные расчёты привели к однозначному решению. Всё просто. Выбор сводился к поиску ответа на единственный вопрос.

Быть или не быть проводником? Вот в чём вопрос…

Быть — это означало уводить из Зоны лишних людей.

Зачищать Зону от тех, кто её не любит, уводить прочь ненавистников. Кстати. Если БЫТЬ, тогда первым делом надо бы заглянуть на Кордон, поискать среди новичков тех, кому тут не место, случайных-залётных, и увести их из Зоны сразу, пока не натворили дел. Проблему лучше устранять прежде, чем она встанет во весь рост.

Оставалось надеяться, что проводник Комета окажется способен почуять таких «персов», ненужных в Зоне. Впрочем, по этому поводу он не сильно переживал. Если интуиция по-прежнему будет тормозить, то наверняка эффективно удастся действовать по старому доброму методу — подмечать детали, сопоставлять и ассоциировать. Вычислять цель, энергично «шевеля извилинами»…

Ха! Будем живы — не помрём. Вот и первые расчёты уже возникли в мыслях. Так и надо, просчитывать дальнейшие шаги, по завету мудрого напарника Смайла, пусть ему Зона будет пухом, но не жгучим. Вот уж кого из Зоны не вышвырнуть было никак, хоть пинками гони, хоть метлой выметай, хоть на аркане тащи. Плоть от плоти её, кровь от крови… Комета продолжит служить Зоне, как следует настоящему сталкеру, не посрамит память. Для ученика наставник жив, а значит, не умер. Несси стопроцентно прав, мы живём не только за себя, но и за тех, кого помним.

— Но сначала — на Болота, брать реванш, — произнёс Комета. На его лице появилось выражение, которое не сулило ничего хорошего будущему противнику. — В этот раз я должен выиграть у Доктора в шахматы. Мой настоящий дом здесь. У тех, кто в Зоне живёт, а не просто таскается по ней от не фиг делать, свои маленькие радости, как у всех живых людей… Жизнь-то продолжается…

…будто окончательный ответ на заданный вопрос в эту минуту она пыталась расслышать внутри себя. Отыскать его где-то в самой глубине своей памяти.

Женщина открыла глаза, глотнула чая из своего стакана и опять раздумчиво посмотрела на парня.

— Провести тебя в Зону — не есть основная проблема. — Она всё ещё не спешила давать молодому человеку утвердительный ответ. — Пойми меня правильно, я должна быть уверена, что ты годен для… э-э-э… строевой службы. Мне, знаешь ли, не особенно хочется потом тебя на своём горбу вытаскивать. Да и вытащить-то, наверное, не смогу. Для всех, кого я туда водила, это билет в один конец… Ты меня понимаешь? Врубаешься, о чём я?

— Да, предельно! — Парень уверенно закивал головой, подхватил свою чашку кофе и сделал несколько больших нервных глотков. — Я ждал этого шанса очень давно. Я верил. Никто всерьёз не верил, что это не розыгрыш ради прикола, а я сразу понял, что это должно быть правдой, что Зона как-то соприкасается с этой реальностью… Я не знаю, что мне нужно сделать, чтобы ты поверила в меня. Но если бы ты узнала меня получше, то ни в коем случае не усомнилась бы! За свои слова я привык отвечать в полной мере. И даю тебе своё слово, что ты не разочаруешься во мне. Я годен. Честно.