Чтение онлайн

Работая над книгой, которая лежит сейчас перед вами, автор накопил немало «долгов»: перед своими коллегами-учеными, которые помогли ему осознать некоторые аспекты базовой экономической теории, составляющей фундамент рассматриваемых здесь проблем; перед теми, с кем ему довелось работать в Вашингтоне и по всему миру, и кто помог ему взглянуть на американский опыт с различных точек зрения, а также перед помощниками, содействовавшими ему в написании и редактировании текста. Хочу заранее извиниться перед теми, кто непреднамеренно не был назван мною в данном разделе. Многие из тех, кто упоминается ниже, могут не согласиться с моей интерпретацией изложенных в книге событий; некоторые — с предложенными мною политическими решениями и выводами; далеко не все разделяют точку зрения, отстаиваемую мною в заключительных главах книги. Вместе с тем намеренно или нет, но каждый из них внес вклад в развернутые здесь положения.

Анализируя события девяностых годов и последовавших за ними лет, я делаю это с позиции, сформировавшейся под влиянием исследований, проведенных мною в последние 40 лет в области информационной экономики, экономики государственного

сектора, макроэкономики и финансов. Мне посчастливилось, что моими учителями в Амхерсте, Массачусетсом технологическом институте (MIT — Massachusetts Institute of Technology) и Кембридже были виднейшие ученые: Арнольд Коллери (позже занявший пост декана в Колумбийском университете), Джим Нельсон, Ральф Биле, Пол Самуэльсон, Роберт Солоу, Франко Модильяни, Чарльз Киндлебергер{4}, Николас Калдор, Джоан Робинсон и Фрэнк Хан. Во многом открытие и последующее развитие области информационной экономики связывается с именем Кеннета Эрроу, моего преподавателя в Массачусетсом технологическом институте и коллеге по Стэнфордскому университету. Мои первые научные работы были написаны совместно с Джорджем Акерлофом, с которым в 2001 г. я разделил Нобелевскую премию. До сих пор я часто вспоминаю наши ранние дебаты на тему ограниченности рынков и дискуссии о проблемах несовершенства информации почти сорок лет тому назад. Мне посчастливилось работать и с Майклом Спенсом, также разделившим с нами премию за «анализ рынка с асимметричной информацией», когда он, только закончив аспирантуру, прибыл в семидесятые годы в Стэнфорд, где я в ту пору занимал должность профессора. Проблемы побудительных стимулов и рисков, информации и принятия решений, корпоративного управления и финансов, первоначального публичного предложения акций (IPO) и связи (SPO), существующей между общей эффективностью экономической деятельности и тем, что происходит внутри фирмы, было осмыслено мною в исследовательских проектах совместно с Майклом Ротшильдом, Питером Дайамондом, Ричардом Арноттом, Барри Нейлбаффом, Сэнфордом Гроссманом, Карлом Шапиро, Яном Гейлом, Алексом Диком, Томасом Хелманном, Питером Нири, Стивом Сэлопом, Кевином Мердоком, Эндрю Вайсом и Брюсом Гринвальдом. Соглашаясь далеко не со всем, что было написано мною здесь, последний оказался особенно проницательным, помогая мне увидеть взаимосвязь между микроэкономикой фирмы и макроэкономической эффективностью экономики, равно как и определить то, что было справедливо и несправедливо в утверждениях администрации президента Клинтона о том, что оживление экономики 1993 г. было вызвано сокращением бюджетного дефицита.

Не могу также не упомянуть: Майкла Боскина — своего коллегу по Стэнфордскому университету и председателя Экономического совета (Council of Economic Advisers) при президенте Дж. Буше; Дэвида Маллинза, ранее преподававшего в Гарвардской школе бизнеса (Harvard Business School), а позже назначенного президентом Бушем на пост вице-председателя Совета управляющих Федеральной резервной системы (ФРС); Марка Вулфсона — профессора бухгалтерского учета в Стэнфорде, сыгравшего важную роль в переосмыслении мной системы бухгалтерского учета в ходе ее анализа сквозь призму информационной экономики{5}.

В Колумбийском университете сложилась чрезвычайно благоприятная обстановка, благодаря которой я сумел продолжить свои исследования. Мне хотелось бы поблагодарить декана Высшей школы бизнеса (Graduate School of Business) Майера Фельдберга и декана Школы международных и общественных отношений (School of International and Public Affairs) Лизу Андерсон, нового президента Колумбийского университета Ли Боллинджера, а также мою незаменимую помощницу Марию Калудис. Обширные возможности, открывшиеся для меня в Колумбийском университете, не только в плане изучения глобализации, но и капитализма в более широком смысле этого слова, равно как и свободный дух полемики и дискуссий с видными экономистами, такими как Нед Фелпс, Роберт Манделл, Джагдиш Бхагвати, Фрэнк Эдварде, Фредерик Мишкин и Чарльз Каломирис, способствовали размышлениям которые легли в основу настоящей работы.

Некоторые из моих ученых-коллег, наверняка, предпочли бы видеть перед собой более аналитический труд, наполненный уравнениями и регрессиями, «вескими доказательствами» и четко сформулированными теориями, подтверждающими представленные в нем гипотезы. Подобные теории и доказательства вы сможете найти в других работах. Цель настоящей книги состоит в другом: она написана для широкого круга читателей, желающих узнать больше о ключевых элементах и аспектах экономики, влияющих на жизнь общества и его членов. Хорошо информированная и осведомленная общественность является основой эффективно функционирующей демократии, а объектом настоящей работы выступает неподвергающееся сомнению обоснованное и мотивированное убеждение: экономическая политика представляет собой решающую силу, влиятельный фактор, а грамотно и правильно сформулированная экономическая политика не только способствует экономическому росту и стабильности, но и гарантирует, что плоды подобного процветания получат широкое распространение.

Глобализация — важная часть рассматриваемой здесь проблемы. Наблюдаются очевидные параллели между промахами глобализации за пределами страны и неудачами Америки у себя дома в девяностых годах. Настоящая книга — естественное продолжение моей предыдущей работы «Глобализация: тревожные тенденции», и многие читатели последней усмотрели явные аналогии, побудив меня к написанию данного труда. Я признателен тем, кто прямо или косвенно — посредством глубоких идей или благоприятных возможностей, предоставленных мне в деле получения информации о происходящем как части процесса глобализации из первых рук — способствовал этому: Джиму Вулфенсону, президенту Всемирного банка, пригласившему меня на должность старшего вице-президента и ведущего экономиста этой организации, а также огромному числу преданных делу и готовых к тяжелой работе сотрудников банка, делившихся со мной собственными знаниями и взглядами. Оставив работу во Всемирном банке и приступив к написанию книги «Глобализация: тревожные тенденции», я продолжал получать самую свежую информацию о том, каким образом глобализация влияет на весь мир, и как идеи, поддержанные американцами в Бурные Девяностые, формировали или, напротив, препятствовали процессу формирования адекватной политики в других странах. Особенно поучительными оказались недавние визиты в Боливию,

Эквадор, Венесуэлу, Чили, Бразилию, Болгарию, Молдову и Аргентину. Помимо тех, кого я упоминал в предыдущей работе лично, мне хотелось бы поблагодарить Супачая Паничпакди, главу Всемирной торговой организации, за ценные идеи и предположения относительно проблем, стоящих перед ВТО, а также президента Чили Риккардо Лагоса и президента Бразилии Фернандо Энрике Кардозо за их участие в дискуссии по поводу роли правительства и идеалов социал-демократии в возглавляемых ими странами.

До того как прийти в Всемирный банк, я занимал пост председателя Комитета по экономической политике (Economic Policy Committee) Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), а по сути возглавлял «клуб» индустриально развитых стран, где имел возможность взглянуть на американскую экономическую политику с совершенно иной точки зрения и одновременно обнаружить и осознать влияние, оказываемое ею на экономическую политику государств по всему миру. Я глубоко признателен членам Комитета, служащим ОЭСР, ее генеральному секретарю Дональду Джонстону, а также американским представителям в ОЭСР Дэвиду Аарону (Aaron) и Алану Ларсену (в настоящее время помощнику госсекретаря США по экономическим вопросам), часто помогавшим мне понять подтекст происходящего.

В девяностые годы мне посчастливилось работать в администрации президента Клинтона, которому удалось собрать вокруг себя группу замечательных ученых. Многие, также как и я, пришли в нее из мира академических кругов и стремились строить политику на основе тщательного анализа. В этой связи я выражаю особую благодарность моим коллегам по Экономическому совету Лауре Тайсон, Алану Блайндеру, Алисии Муннелл и Мартину Бэйли. Наша работа поддерживалась и обеспечивалась группой первоклассных экономистов, главным образом, университетского, толка, гражданскими чиновниками — гражданами, оторвавшими год или два от своей обычной работы для государственной службы в правительстве. Хотелось бы упомянуть здесь двух молодых экономистов, сочетавших обширные знания в области экономики с интересом к проблемам государственной политики, которые ушли из Совета, дабы занять должности старших экономических советников в структуре Национального экономического совета (National Economic Council) (НЭС): Питера Орсзага — сегодня ведущего исследователя Брукинского института (Brookings Institution), и Джейсона Фурмана, в настоящее время завершающего работу над докторской диссертацией в Гарвардском университете. Ответственные за управление персоналом — Том О'Доннелл и Мишель Джолин — не только организовали работу Совета, но и внесли неоценимый вклад в политический процесс. Наши специалисты по макроэкономике — Роберт Уэскотт (Wescott), Майкл Донайхью и Стивен Браун — разрабатывали чрезвычайно надежные прогнозы, демонстрируя одновременно глубокое понимание макроэкономических проблем и крайне изменчивой экономики наших дней. Кевин Мердок — заканчивающий в настоящее время аспирантуру в Стэнфорде — быстро осознал и усвоил важность, равно как и запутанность проблемы фондовых опционов. Марк Мазур помог мне проанализировать последствия внедрения налога на прибыль от переоценки капитала, а также сотрудничал со мной в процессе разработки различных вариантов снижения этого налога, которые были бы столь же эффективны, но при этом способствовали установлению большего равенства и снижению бюджетного дефицита в долгосрочной перспективе. За годы у нас сложилась впечатляющая команда, в которую вошли специалисты по проблемам международной экономики — Роберт Камби, Маркус Ноланд, Роберт Доннер, Лаэль Брейнард, Эллен Мид и Джон Монтгомери и макроэкономики (Мэтью Шапиро, Дэвид Уилкокс, Эйлин Маускопф, Уильям Инглиш и Чад Стоун), а также эксперты в области экономики регулирования и промышленных организаций Джонатан Бейкер, Мариус Шварц и Тим Бреннан, каждый из которых содействовал формированию представлений и определению направлений политики по рассматриваемым в настоящей книге вопросам{6}. Роберт Камби оказал огромную помощь в деле разработки индексированных облигаций, способных защитить от порождаемой инфляцией неопределенности тех, кто откладывает сбережения на период выхода на пенсию, и одновременно снизить государственный дефицит. Джей Стовский и Скотт Уолстин стали ключевыми фигурами в деле осознания роли государств в процессе продвижения технологий; труды Дэвида Левина и Уильяма Диккенса{7} помогли нам понять специфику рынков труда и некоторые последствия популярного в 1990-е годы подхода к трудовым отношениям с позиции Счета прибылей и убытков.

Наряду с Административно-бюджетным управлением, АБУ (Office of Management and Budget — OMB) и Советом экономических консультантов министерство финансов являлось одной из трех организаций, игравших главную роль в деле разработки основ экономической политики, с представителями которой — включая Ллойда Бентсена, Роберта Рубина, Фрэнка Ньюмана, Ларри Саммерса, Леса Самуэльса, Джеффа Шаффера, Джоша Готбаума, Брэда ДеЛонга, Дэвида Уилкокса, Роджера Альтмана, Карла Шольца и Лена Бурмана — мы взаимодействовали чаще всего. Несмотря на то, что зачастую я не встречался со своими коллегами по министерству финансов лично, они неоднократно выдвигали жесткие аргументы в собственную защиту, аргументы, заставляющие нас задуматься более глубоко об основах наших убеждений; и, что, на мой взгляд, гораздо более важно, они признавали и уважали различия в позициях, с которых мы подходили к ряду спорных вопросов. Особенно ценными — в плане предоставления проницательных идей, касающихся политики регулирования, — собеседниками были Салли Катцен, курирующая соответствующие вопросы в Административно-бюджетном управлении, и Роберт Литон, в настоящее время глава Департамента экономики в Брукинском институте. Кроме того, я чрезвычайно обязан Эллис Ривлин, занимавшей пост заместителя, а затем главы вышеназванного управления, а позже вице-председателя Совета управляющих Федеральной резервной системы США.

Выражаю сердечную благодарность Роберту Райху и двум ведущим экономистам Министерства труда, с которыми мне довелось общаться и взаимодействовать наиболее часто — Лари Кацу и Алану Крюгеру. Они не только помогли мне понять трансформирующуюся структуру рынка труда, но и увидеть недостатки, присущие упрощенным моделям этого, использовавшимся в прошлом{8}. Так, Райх скептически относился к предположению о том, что все изменения в экономике способствуют и идут на пользу среднему американскому наемному работнику, и откровенно делился со мной своими многочисленными опасениями относительно Ревущих девяностых и экономической политики.