Чтение онлайн

Если бы она знала, кто навещает Исамар этим утром, она бы не слишком торопилась. У Исамар сидел дон Фернандо.

– Он любит тебя, дочка, любит по-настоящему, вернись к нему, – говорил дон Фернандо. – Какие у тебя причины отказаться от Алехандро? Я не верю ни в какие россказни о Хулио Сесаре, я – старый человек, много повидал на своем веку и прекрасно знаю, что это отговорка. Но если бы ты видела его, Исамар, ты бы его пожалела. Алехандро – настоящий мужчина, но он сидел и плакал, плакал настоящими слезами. Я знаю, что это такое, у меня в жизни была женщина, которую

я любил точно так же, как он любит тебя, Исамар! Она родила мне Гильермо, и когда она ушла от меня, моя жизнь ушла вместе с ней. С тех пор мое сердце мертво, и я не хочу, чтобы мой сын остался жить с мертвым сердцем! Скажи мне, что случилось, Исамар?

– Спросите у вашего сына, – ответила Исамар. – Да, с Хулио Сесаром все, действительно, выдумки, но зачем Алехандро обманывал меня с Каролиной? Я никогда не прощу ему, что накануне свадьбы он мог быть вместе с ней! Его коллеги видели, как он выходил с ней из гостиницы! – Исамар нашла, наконец, кому вылить свою боль и негодование.

Дон Фернандо только головой покрутил: ну и лихие у него парни, ладно Рей, но и тихоня Алехандро туда же, видно, допекла его все-таки Каролина, добилась, чего хотела, и тут же он принялся успокаивать Исамар:

– Доченька, я все выясню, и поверь, всегда буду тебе защитой, но уверен, что Алехандро тут ни при чем. Во всем виновата Каролина, ты же знаешь, какие бывают женщины, а Алехандро, он же настоящий мужчина, и понимаешь, что он не мог ей отказать. Но ты его прости, он и думать о ней не думает, а мы тебя ждем, мы всегда тебя ждем, дверь моего дома всегда для тебя открыта. Имей это в виду, дочка, и подумай хорошенько!

Исамар проводила дона Фернандо и тяжело опустилась на диван.

Как тяготит ее груз давнего прошлого! Как мешает вторгшаяся в ее жизнь ненависть! Нет, она никого не ненавидит, скорее, она согласна простить врагов своих и жить любовью. Она любит Алехандро несмотря ни на что, она тоже не может без него жить. А жить и знать, что они так мучаются, невыносимо!

Виолета, придя со свадьбы Рея, сказала, что и там вокруг него увивалась та самая женщина, которую они с Мартой видели с Алехандро в ресторане, говорила, что он много пил. Вот так и растратит он свою жизнь на разных женщин, на выпивки, и ее жизнь пройдет без радости и надежды на счастье… Нет, она не хочет больше мстить. Жажда справедливости оборачивается страшной несправедливостью против живых людей. Она ломает им судьбы, не принося ничего взамен…

Ее мысли прервал звонок в дверь, пришла Марта, расстроенная, страдающая: поступок Агирре она восприняла как предательство.

Исамар не одобряла Элисенду, она никогда ей не нравилась, но, с другой, стороны, разве их дело мешать чужому счастью, даже если это счастье со стороны кажется чем-то недостойным? Как могла, она утешала Марту, советовала быть нежнее и снисходительнее к отцу, который и с ней был так мягок, так вникал во все ее желания, так помогал ей!

Марта была непримирима. Элисенда – низкая, недостойная женщина – таково было ее твердое мнение, и она ничего не могла с собой поделать. Действительно, что могла поделать бедная

Марта, если ненависть к Элисенде она чувствовала гораздо явственнее, чем нежность к своему отцу? В разговоре Марта вдруг побледнела и лишилась чувств. Испуганная Исамар принялась звонить в больницу, и к ним тут же приехал врач.

Врача Исамар уже знала, звали его Архенис Фальконе, и он был очень хорошим, внимательным врачом. Он привел Марту в чувство нашатырем и Марта улыбнулась, увидев с тревогой глядящие на нее темные глаза красивого молодого человека.

– Ну вот и хорошо, – сказал молодой человек, – теперь измеряем давление, пульс, – и он нежно взял в свои руки руку Марты.

– Сильное нервное истощение, – в конце концов поставил он диагноз, – необходим по крайней мере двухнедельный отдых на свежем воздухе.

Марта опять улыбнулась, и доктор Архенис улыбнулся ей в ответ:

– У вас удивительная улыбка, Марта, я был бы счастлив видеть ее как можно чаще, – не удержался он от комплимента.

Доктор прописал Марте лекарства и попросил прийти к нему в больницу для более полного обследования.

Марта согласно кивнула головой, она чувствовала себя вполне сносно, чтобы отправиться на встречу с Луисом Альфредо. Исамар торопилась к себе в офис. Поцеловавшись на прощание, девушки расстались.

В офисе Исамар ждали неприятности: у них произошла кража – украли компьютер, украли, не взламывая двери, с помощью ключа, иными словами, кто-то из своих. Ансельмо, хваленый начальник охраны, опять ничего не знал. Как оказалось, его даже не было на работе, он, видите ли, сам плохо себя чувствовал, и вдобавок отпустил сторожа, которому тоже было не по себе!

Хулио Сесар и Гойо кипели от возмущения, Ансельмо вяло оправдывался.

Послушав их бесплодную перепалку, Исамар сказала:

– Компьютер, безусловно, ценная вещь, и потерять его очень обидно, но дружба в моих глазах вещь еще более ценная, и чернить подозрением всех своих друзей я не собираюсь. Бог с ним, с компьютером!

Так Исамар покончила с неприятным для нее инцидентом.

Игрок в покер, Луис Альфред Карбонель приготовил для Марты весьма ценные сведения. Рейнальдо Мальдонадо пристроил его на работу в один из своих игорных домов, куда тайком приходили весьма влиятельные люди, в том числе члены правительства и промышленные магнаты, играли они по крупной. Для отвода глаз Карбонель посадил играть простодушного Ансельмо, а тот возьми и пристрастись к игре. Хотя в какую-то минуту Карбонель пытался удержать его, сказав:

– Пойми! Ты никогда не отыграешься, здесь выигрываем только мы, все остальные проигрывают.

Но Ансельмо его не слушал и, действительно, проигрался в пух и прах, завяз в долгах по уши.

И вот теперь благодаря своей работе Карбонель установил, что семейство Мальдонадо делает бизнес как на содержании подпольных игорных домов, так и гостиниц, функционирующих как дома свиданий. Марта тут же повезла полученную информацию Альберто: бесчестные люди не вправе слыть честными. Фернандо попал из грязи в князи, но он не должен оставаться там.