Чтение онлайн

– Ладно уж, расслабься, – произнес Митч. – Она имеет в виду не место, где дерево разместили, а то, как оно посажено.

– А в чем тут разница? – спросил Арнон.

– Дженни Бао...

– Бау-вау-вау, – эхом проворчал Арнон. – Собачье отродье.

– ...сказала мне, что в соответствии с принципами «фен-шуй» нельзя сажать большое дерево на островке посреди водоема. По китайской традиции, это символизирует тюремное заточение и грозит несчастьем всем обитателям дома. – И он пустил по кругу фотокопии китайского иероглифа «кун», которые ему передала Дженни:

Ричардсон

презрительно взглянул на рисунок.

– Знаете, – начал он, – я, кажется, припоминаю, что именно она и предложила сделать бассейн прямоугольным. Якобы в этом случае он будет по форме напоминать иероглиф, обозначающий рот и символизирующий... Как она тогда сказала? Ах да, народ и процветание. Кай, пожалуйста, разыщи на компьютере ее предложение. Может быть, мы все-таки удовлетворим эту сучку.

Митч покачал головой:

– Ты сейчас говорил об иероглифе «коу». Только со знаком «му», обозначающим дерево. Внутри этот иероглиф уже превращается в тот злополучный «кун». Понимаешь, о чем я говорю? Дженни в этом вопросе тверда как кремень, Рэй. И никогда не подпишет сертификат «фен-шуй», если мы не изменим все, на чем она настаивает.

– Изменим? Но как, черт возьми? – поинтересовался Левин.

– Что ж, у меня на этот счет есть кое-какие мысли, – ответил Митч. – Мы могли бы построить другой бассейн, круглой формы, внутри квадратного. В этом случае круг обозначает небо, а квадрат – землю.

– Что за чушь мы здесь обсуждаем, – пожал плечами Ричардсон. – Самое совершенное здание во всем Лос-Анджелесе, а мы толкуем о каких-то шаманских поверьях. Похоже, в следующий раз мы будем всерьез обсуждать обряд жертвоприношения священного петуха и окропления его кровушкой входной двери.

Со вздохом он запустил пальцы в свою коротко стриженную серую шевелюру.

– Прости, Митч. Должен признать, что твоя идея весьма удачна.

– Вообще-то я уже обсуждал ее с Дженни, и, по-моему, она склонна согласиться.

– Отлично, старина, – сказал Ричардсон. – Ладно, с этим, кажется, покончили, не так ли? Все слышали? Переходим к следующему вопросу.

– К сожалению, еще не все, – остановил его Митч. – У Дженни Бао есть также сомнения относительно четвертого этажа. «Четыре» по-китайски означает смерть. Или что-то в этом духе.

– Возможно, она и права, – язвительно заметил Ричардсон. – Потому что именно четыре пули я с удовольствием всадил бы этой упрямой суке в башку. А еще я бы раздробил ей все суставы и вытянул бы каждый ровно на четыре дюйма.

– Долбаная потаскуха, – добавил в сердцах Эйдан Кенни.

Левин громко заржал.

– Может, нам просто удалить из здания этот самый четвертый этаж, как зуб? – пошутила Элен Хасси. – И тогда сразу над третьим будет пятый.

– Ау тебя есть какое-то предложение, Митч? – спросила Джоан.

– Боюсь, пока нет.

– А что, если сделать так? – вступил в разговор Эйдан Кенни. – Как раз на четвертом этаже запланирован компьютерный центр. Там размещаются главный компьютерный терминал, центр электронной почты, лаборатория автоматизированной обработки чертежей и документации, узел копирования и печати, библиотека мультимедийных средств, включая специальное хранилище

информации, пульт управления, а также средства связи с различными службами. И почему бы нам не обозвать этот этаж просто Центром сбора и хранения информации? Тогда у нас будет: второй этаж, третий этаж. Центр информации, потом пятый этаж, отдел женского белья, мягкая мебель... и прочее.

– А что, неплохая идея, Эйд, – поддержал его Ричардсон. – А как твое мнение. Митч? Как думаешь, твоей госпоже Блаватской это придется по душе?

– Думаю, да.

– Виллис? А ты чего сидишь с кислой рожей? У тебя есть возражения?

В число задач Виллиса Эллери, как инженера-механика данного проекта, входили проектирование и монтаж всего комплекса трубопроводов, электрических и телефонных кабелей, лифтового оборудования и канализации. Это был светловолосый толстяк с усами, навсегда порыжевшими от огромного количества выкуренных сигар. Откашлявшись, он слегка наклонил голову, словно бычок, пытающийся пробить себе дорогу через препятствие. Несмотря на свою грубоватую внешность, это был крайне мягкий и обходительный человек.

– Да, есть кое-какие вопросы. В частности, что мы будем делать с лифтами? – спросил он. – Ведь во всех кабинах на панели указана цифра «четыре».

Ричардсон нетерпеливо передернул плечами:

– Виллис, обратись с этой мелочью в «Отис», и пусть они этим займутся. По-моему, совсем нетрудно заменить на панели цифру "4" на две буквы «ЦИ». – Затем он кивнул Кай Киллан, которая фиксировала стенограмму совещания на портативном компьютере: – Пожалуйста. Кай, обязательно проинформируй о наших решениях представителей заказчика. И предупреди, что все расходы по этим колдовским ритуалам будут отнесены на его счет.

– Э... ладно... только все эти изменения потребуют какого-то времени, – добавил Эллери.

Неожиданно Ричардсон так пристально взглянул на Эйдана Кенни, что тот от напряжения заморгал.

– Эйд? Ведь ты один из тех, кому предстоит провести большую часть своей жизни именно на четвертом этаже корпорации "Ю". И что ты обо всем этом думаешь? Ты и вправду готов пойти на риск? И попробовать испытать свою удачу, дружок?

– Я ведь ирландец, а не китаец, – рассмеялся Кенни. – И четверка никогда не представляла для меня проблем. Мой отец бывало говаривал, что тому, кто найдет лист клевера с четырьмя лепестками, особенно везет в игре и никакое колдовство над ним не властно.

– Тем не менее, – вмешался Митч, – все-таки Чичу и Чонгу лучше об этом не рассказывать.

– Кто это такие, черт возьми? – полюбопытствовал Ричардсон.

– Боб Бич и Хидеки Йохо, – объяснил Кении. – Сотрудники корпорации "Ю". Они занимаются установкой своего суперкомпьютера и одновременно помогали мне монтировать систему управления зданием. По существу, они за мной присматривают, чтобы я там не прохлаждался.

– Похоже, их пребывание там означает, что строительство офиса успешно завершено и он уже готов к эксплуатации? – пошутил Дэвид Арнон, прекрасно осведомленный, что по условиям контракта это обстоятельство формально позволяет его компании «Элмо Серго» покинуть объект.