Чтение онлайн

Летим домой в ночь. Из интересного — передо мной сидели те же тётки, с которыми я летел в Ленинград, и опять они напились! Уже в аэропорту встречаю своего перегонщика Федора, который прилетел ко мне. Очень кстати для него, он уже ходил узнавать, откуда автобусы отходят в город, а так нас развезут по домам на машине от Красноярского спорткомитета.

В пути хвастаюсь своими успехами, а Федька своими — парень занимается городками! Об этом виде спорта я знал только из советского мультика «Ну, погоди!» и, представив Фёдора в роли волка, за которым мчится

злой городошник-бегемот, едва не рассмеялся.

Глава 40

Эпилог

— А у тебя тут богато, — признаёт Федор, осмотрев мои хоромы.

— Дом не мой, снимаю, и уюта, на мой взгляд, особого нет, а уж богатства тем более, — не принимаю комплимента я. — Ну, разве что видик призовой, только привёз.

— Ковры везде, стенка полированная, хрустальный сервиз, люстра! Тоже хрусталь! — перечисляет гость.

Чуть не поперхнулся чаем. Хотя по советским меркам, да, он прав — у меня даже на полу ковры, но это только потому, что пол в избе студеным бывает.

Моя восьмёра ему понравилась ещё больше.

— Видно, что новьё, — гладит капот Федя.

Машине год, но, опять же, по нынешнему времени она новая. Пускаю парня за руль, чтобы посмотреть, как тот водит, и остаюсь доволен.

Видно, что шофёр он опытный, умело маневрирует, меняя полосы, ловко проезжает впритирку с другими машинами. Едем в автомагазин забирать батину «Ниву».

— Дипломат, сам бы такой хотел, — уже в салоне, осматривая машину, говорит Фёдор.

— Чего? — не понял я.

— Цвет такой, темно-синий, или «Дипломат», — поясняет знаток.

— А… так не было других, какой дали. Слушай, отец у меня высокий, боюсь, неудобно ему будет, — делюсь сомнениями со спецом я.

— Не думаю, вот у меня рост 187, и место есть надо головой, — показывает Федя. — А вообще, можно и кресло поменять, и рулевые колонки, нужно только хорошего мастера найти.

И у меня, по счастью, такой есть — Кондрата можно напрячь. Ладно, решим позже.

— Тебе может денег за перегон добавить? — предлагаю щедрый я.

— Я в отпуске, и так калым хороший, — отказывается честный Федя.

Сегодня весь день планирую заниматься подготовкой к перегону, и не только — раз уже машину гоним, можно и груз захватить для моих. Раздобыл рыбы северной, солёной и копченой, через знакомых достал красной и черной икры. Несмотря на протесты парня, ему тоже презентую сибирские дары. И ему, и жене его, Аленке. От души. Уже перед самым отъездом Фёдора сосед мне притаранил ещё и оленины вяленой. Не браконьерской — сезон на взрослых рогатых красавцев открыт уже с 1-го июня.

Вечером поехал в часть за Нямой, и на следующий же день ко мне заявилась Лукарь, проведать свою питомицу. День выдался жарким, по этому случаю на Ленке надето такое легкомысленное платье, что непонятно было — как девушку не украли по дороге. На моего гостя она внимания обратила не больше, чем на уличный столб, уже освещающий мои ворота. Зато Федька был сражён. Вот

кобель! У самого жена — красотка, а он слюни пускает. Хорошо, что Лукарь торопилась куда-то и долго у меня не задержалась. Федька же выехал в ночь.

— Люблю по ночам ездить, дороги свободные, — пояснил он.

В среду сдаю экзамен по матану. С этим предметом у меня проблем никогда не было, поэтому заслуженная пятёрка! Потом еду в крайком, мой короткий отпуск подошёл к концу. Сразу вызывает к себе шеф.

— Два раза спрашивал, — говорит секретарша, разглядывая подарочный набор косметики. — Спасибо! А можно я его передарю? Тут у Елены Петровны юбилей намечается…

— Да делай что хочешь, твой подарок, хоть продай! — отмахиваюсь я, но с удовольствием отмечаю тот факт, что Анька отношения в крайкоме наладила, раз заведующая экономическим отделом её к себе на юбилей приглашает.

— Ну, как дела? Как поездка? — здоровается со мной за руку Шенин, благо стоял он около двери — сам поливал кактус.

Есть у него такая забава, даже секретарше своей не доверяет за горшками ухаживать, ну, разве что когда в отъезде.

— Проиграл в финале, но это ничего не изменило, всё равно…

— Ну и славненько! — перебивает меня первый, очевидно, не особо слушая. — Я чего тебя позвал — у нас тут изменения в аппарате по осени планируются. Садись, расскажу.

«Началось», — мелькнуло у меня в голове.

Выясняется, что ЦК КПСС готовит новые постановления об изменениях в структурах крайкомов и обкомов. Нас тоже коснётся. Например, финансово-хозяйственный отдел планируют преобразовать в «Управление делами Красноярского крайкома КПСС» — юридическое лицо с самостоятельным балансом, в состав которого в качестве структурных единиц войдут автобаза и гостиничное хозяйство крайкома, ну, и другие. И ещё, вместо комиссии партийного контроля будет контрольно-ревизионная комиссия. Что за зверь — этого я пока не понял. Ну, и в общем отделе создадут приёмную по жалобам.

— Я тебе, Анатолий, предлагаю подумать, над этими предложениями. Взял бы секретарём, но тебе рано — года стажа не хватает.

Иду просветлённый. Вроде, зная будущее, самое выгодное предложение — это управделами. КПСС развалится, а имущество его останется, но за деньгами я не гонюсь. Наверняка огромную власть будет иметь и контрольно-ревизионная комиссия, но, опять же, зачем мне эта власть? Да, будут рычаги влияния на крайком и вообще на все партийные организации в крае со стороны партии, но это на два-три года всего! Ну и у главы комиссии по жалобам тоже есть варианты воздействия на всех вокруг. Можно жалобу придержать, можно организовать её, можно так рассмотреть, а можно этак! И что выбрать? В настоящий момент у меня два руководителя, кроме Шенина, ещё и второй секретарь, если останусь на комиссии по жалобам, их тоже будет два, но вместо второго секретаря будет третий, а вот первые два предложения подразумевают обособленную работу. Решаю позвонить Власову, хоть Шенин и просил не распространяться, но моему покровителю можно.