Решала
Шрифт:
— Поверь, ему Матвеев сейчас всё объяснит, он вообще про тебя забудет. А я ещё завтра позвоню ему с утра, без лишних ушей поговорим.
Чую, мой друг мне не верит, но я точно знаю, что Матвеев мой посыл понял — «Этот заяц — мой друг!»
Без аппетита поужинав утренней гречкой с тушёнкой, я лег спать, забыв даже покрутить вражьи голоса. Хотя они не враги нам, а якобы друзья. Только за спиной нож держат. Утром в понедельник 29-го февраля перед работой кручу КВ и натыкаюсь на вопли этих «друзей»:
— Сумгаит… жестоко подавлена… Есть жертвы!
— А ты ведь, Толя, прав был. Спасибо за своевременный сигнал, если бы не ты, мы не успели бы в Сумгаит дополнительные силы ввести. Хотя и этого мало оказалось, сейчас уже и десант, и морпехи в городе, — благодарил меня Власов по телефону в понедельник. — И этого, которого ты подслушал, из Баку, мы задержали. Листовки нашли у него дома националистические. Второго из Сумгаита пока не нашли. Ничего, будем искать!
Я похолодел. Ведь выдумав разговор, я не продумал, что будут искать среди членов делегации этих вымышленных персонажей. И большая удача, что у кого-то что-то нашли. Иначе вопросов ко мне стало бы больше. Вот и зачем я лезу в это?
— Ты особо не распространяйся про эти события, хотя Горбачев уже и выступил с официальным заявлением, но решили акценты сместить, — предупреждает министр.
— Я и не планировал, — заверяю я.
«Обосрались вы, товарищ министр», — думаю про себя, а вслух спрашиваю: — «Голоса» говорят, жертвы были. Много?
— Не спрашивай, сейчас ситуацию успокоить бы. И чего им мирно не живётся на семьдесят первом году мировой революции?!
Только положил трубку, звонок от Матвеева. Сам позвонил, а я уже хотел было набрать его.
— Разъяснительную беседу с Агеевым я провёл, теперь и косо не посмотрит в сторону твоего друга. А ты Бейбута правда в партию тянешь? А то он сам не хочет — говорил я с ним сегодня. Можем его для начала комсоргом полка сделать.
— Спасибо за заботу. Ну, не хочет, так не хочет. А в роте его деды не будут шугать из-за меня?
— В каждой роте у нас информаторы есть, если будут неприятности, я узнаю о них первым. Так что насчет комсорга?
— Предложите. Если захочет, то пусть, — скидываю решение на усмотрение подполковника я.
Мысли о событиях в далёком городе. На работе в кабинете приёмник тоже имеется, но нет в нём коротких волн, не послушать «голоса». А наши каналы молчат. Секретарши у меня тоже пока нет, хотя Машка ещё в начале месяца уехала. Сначала соревнования у меня были, потом просто не до этого было. Мне красотка не нужна, хорошо бы опытную и толковую найти, которая в нашей работе сечёт. Да где ж такую взять? У Шенина увести? Обидится ведь.
Вечером собираюсь в гараж, где стоит моя восьмерка и уже на выходе из сдвоенных кабинетов — личного и секретарского, наталкиваюсь… на Марию! Пуза ещё не видно. Хотя она же в шубке.
— Толя! Как хорошо, что я тебя застала, — радуется девушка. — А я по делу! Ты же ещё не взял секретаршу себе?
«Ну, начинается! Не понравилось ей в деревне, вот и решила вернуться в город и сейчас будет
— Не взял, просто вариантов много, выбрать не могу, — выдав свою самую сожалеющую улыбку, вру я.
— Вот и славненько. Моя подруга Лариса прекрасно подойдёт тебе! — затараторила Машка.
«Она словно не услышала моих слов», — злюсь про себя я.
— Значит, завтра ты её примешь? — теребит за рукав дублёнки моя бывшая сослуживица.
— Пусть приходит после двух, — разрешаю я, так как иного способа быстро отвязаться от надоеды не вижу.
Ужинаю дома. Сегодня у меня драники. Что-то с картошкой надо делать — портиться начала, хоть и купил недавно, да видно плохую. В магазинах вообще не найти нормальной, а запасов своей у меня по понятным причинам нет. Попутно кручу радио. Больше всего говорят о жестокости властей, которые ввели войска в город, но отмечают, что есть жертвы среди обеих народностей. Ладно, у писак свои заботы, у меня свои. Драники сами себя не съедят! Стук в калитку. Чертыхаясь, прерываю ужин — драники я люблю только горячие. Соседи поди. Не угадал. Илюха!
— Что-то случилось? — напрягся я, приглашая гостя к столу.
— Ух, как вкусно! — накинулся на и так небольшое количество еды Илюха так, будто его не кормили три дня.
Я не дурак и Илью прекрасно знаю, поэтому с расспросами не лезу, а мощно помогаю в рекордные сроки очистить тарелку с драниками. Захочет, сам расскажет что надо.
— Толя, а у тебя ещё остались связи на экскаваторном? — мой друг обнаружил на столе початую и наполовину пустую банку сгущёнки. — А я люблю дырочки в банке делать и высасывать, — доверчиво добавляет он, ковыряясь ложкой в банке.
— Колбасы пожарить? Тебя Ленка не кормит, что ли? — предлагаю я, как радушный хозяин.
— Ага, давай колбаски! Да на ужин в школе рыба была с пюре, даже в армии так хреново не делали, повара у нас в общаге сменились похоже. А Ленку я не каждый день вижу, в её общагу меня не пускают, у родителей, где она частенько обитает, мне некомфортно, и ко мне в комнату она не ездит. Ничего! Вот будет своя квартира… — оголодавший во всех смыслах друг мечтательно зажмурился.
— Связи остались. А почему Адасова не попросишь? Он там много кого знает, — разбиваю ещё пяток яиц в сковороду.
Лишними не будут, Илья тот ещё кабан.
— Он деньги попросил, представляешь! Нет, ну, не себе, якобы другому человеку, — начал запутывать меня проглот.
— Стоп! Что надо на заводе? — взял в свои руки прояснение ситуации я.
— Другу моему в Солнечном жильё нужно, а ты знаешь, это их микрорайон, специально для завода строили. Нужна не квартира, а обмен. Друг работает на водоканале в Гремячьем логе, сейчас повысили, но работа уже в Солнечном, а ездить каждый день тридцать километров на работу и обратно трудно. Нужно помочь обменять жильё. У друга служебная квартира в Академе, вот я и подумал…