Ренегат

Добро пожаловать в мир Керийской империи!

Вы заглянули в восьмую книгу под названием «Ренегат».

Рубрика «Краткое содержание предыдущей серии»:

В седьмой книге цикла «Цитадель. За пределом» между представителем Конфедерации Аррахве Морирзиненом Иллинемантаром и Эриеном Оберном завязалась короткая интрижка, после которой Ирзи случайно пострадал от спасающихся бегством шпионов Земной Федерации. Исан рассказал Эриену о причинах злого рока, а Ирзи после восстановления отправили на Арикту в должности консула.

Приятного путешествия!

Аэрокар стремительно набирал высоту, оставляя под собой неприметную посадочную площадку на окраине столицы: курс лежал вдоль побережья, мутно-бирюзовый океан приобрёл в розоватом закатном свете непривычную глубину и насыщенность, сверкающая дорожка резала безмятежную глянцевую гладь на две равные части и практически совпадала с устьем канала, начинающего путь от императорского дворца.

Взгляд переместился к другому окну летающей машины: лучи керийского светила цеплялись за шпили, искрами играли в брызгах многочисленных фонтанов – парковый комплекс простирался от дворца до самого берега. Закованная в белый камень бледная растительность здесь подчинялась рукотворным ограничениям и не привлекала к себе внимания, хотя её было немало. Строгая архитектура города главенствовала над всем – даже потоки пешеходов на тротуарах выглядели безликой массой из-за требования об однотонной одежде светлых цветов. Всё движение было искусственно замедлено, поэтому с высоты полёта аэрокара казалось, что столица в этот вечерний час попросту замерла.

Императорская резиденция и с такого расстояния прекрасно просматривалась – подавляющее монументальностью строение выражало всю суть династии Рэеллинов, хотя отторжения уже не вызывало – за четыре стандартных года негативные эмоции ушли. Аэрокар по дуге изменил траекторию, императорский дом становился всё ближе, но дрожащее марево силового поля не давало рассмотреть его в подробностях, так что Ирзи отвернулся от окна, встретившись взглядом с Эриеном, который мягко улыбнулся – от былой нерешительности не осталось и следа, хотя на публике следование нормам этикета оставалось в приоритете.

Ирзи редко бывал по работе в столице, но каждый раз не упускал шанса встретиться: проводить ночь в гостиничном номере категорически не хотелось, искать случайных знакомств в Нижнем городе – тоже. Порталами, позволяющими мгновенно перемещаться между головными планетами, пользовались только члены императорской семьи и приближённые к власти, Ирзи же добирался до Керии на обычном пассажирском лайнере – как ни странно, особого страха перед полётами у него не возникло, хотя в любом случае пришлось отказаться от личного корабля: его конструкция не предусматривала перемещений в атмосфере. Ирзи не расстраивался по этому поводу – ему хватило протокола М’тави на всю оставшуюся жизнь.

Скосившись на контейнер на сиденье рядом, Ирзи закусил нижнюю губу и перешёл в наступление: носком туфли коснулся голени Эриена, проведя почти до самого колена. Действие выходило далеко за рамки приличий, но Ирзи уже уяснил, что обращать внимание на охрану не стоит, потому начал развлекаться ещё до прибытия на место. Манёвр вызвал ожидаемую реакцию – когда Ирзи поднял глаза, Эриен смотрел уже жадно, явно предвкушая продолжение. Не виделись они несколько стандартных месяцев; это Ирзи не отказывал себе в регулярном сексе, у Эриена ситуация существенно отличалась, и лейтмотивом их последующих встреч вполне могло стать сочувствие. Но не стало – несмотря

на разнообразие в жизни Ирзи, Эриен всё равно оставался для него кем-то особенным. Разбирать отношение к члену императорской семьи и первому любовнику из числа имперских подданных на составляющие Ирзи было откровенно лень, но он не избегал мысли о симпатии и даже не старался её отринуть – Эриен в свою очередь никогда не заводил таких разговоров, сказав всё, что думает, ещё на «Цитадели-2» перед аварией.

Целью аэрокара было незаметное здание среди ему подобных на пологом холме – резкое снижение ознаменовало скорую посадку. Ирзи уже бывал в доме Орена Оберна не раз и устал поражаться тому, насколько жилище отличается от его хозяина. Решил, что нужно сделать поправку и на других обитателей поместья: дядя императора жил не один, а с мужем и детьми. Сейчас Орен Оберн и Джейс Дори улетели из Империи – даже сыновья не знали их точного местонахождения, а Эриен использовал дом для встреч с Ирзи: здесь точно никто не помешает.

Двухэтажное здание окружал небольшой сад – такой же неяркий, в сумерках так и вовсе незаметный, сливающийся с посадочной площадкой для аэрокаров. Вопреки ожиданиям, толчка от касания с поверхностью не последовало – пилот знал своё дело прекрасно.

Эриен первым вышел в открытую стражником дверцу и подождал Ирзи: захватив контейнер с собой, он соскочил на серое шершавое покрытие, поглощающее своей структурой и удары, и звуки.

На столицу опускался вечер, последние фиолетово-красные лучи достигали огромных окон благодаря расположению на возвышении – крупные отблески озаряли ставшие практически чёрными кустарники.

В гостиной не включилось автоматически искусственное освещение, зато загорающиеся огни столицы были как на ладони; несмотря на полумрак, Ирзи без труда нашёл взглядом то, что ему нужно: небольшую вазочку из прозрачного стеклопласта на белом комоде у входа – запомнил с прошлых визитов. Эриена уже ничто не волновало – как только захлопнувшаяся дверь отрезала их от стражников, притянул Ирзи к себе, целуя сразу в губы.

– Подожди, – Ирзи попытался вывернуться, но Эриен его из рук не выпустил – теперь шумно дышал в шею и несильно прикусил за ухо.

Времени – да и желания – сопротивляться не было, но задуманное сделать стоило: Ирзи пришлось разорвать органическую упаковку – в лавке в торговых рядах космопорта его выбор пал на нежные холодно-розовые цветы. Лишённые жизни в угоду чьей-то прихоти, мёртвые, но способные под действием питательного раствора принести своей красотой эстетическое удовольствие. Только через несколько дней они всё равно завянут – это противоречило убеждениями Ирзи, но иного варианта привнести немного жизни в оставленный хозяевами дом он не видел. Эриен никогда против такого ненавязчивого декора не возражал.

Вылив раствор в вазу лаконичной формы, он небрежно поместил туда цветы – после вынужденного положения в контейнере они склонили бутоны, хрупкое изящество выглядело обречённо, но Ирзи это уже не волновало: руки Эриена расстёгивали брюки, пробираясь глубже.

Истинную страсть не подделать – а страстный кериец вообще оксюморон, – именно она заставляла сердце биться быстрее и вышибала все мысли из головы: один неловкий шаг, и они с Эриеном рухнули на пол – тут же, в коридоре у входа. Хаотичные, отрывистые движения двоих скоро стали синхронными; быстро настроившись на одну волну, Ирзи тянулся к губам Эриена, подаваясь вперёд и обнимая его ногами.