Реликварий
Шрифт:
Его расчеты были прерваны каким-то странным низким рокочущим звуком. Смитбек на мгновение остановился и тут же двинулся дальше. То, что он слышал, было даже скорее не звуком, а какой-то глухой вибрацией. Толпа притихла. Видимо, и остальные что-то услышали. Неожиданно, примерно в двух кварталах от него, на пустынной мостовой Бродвея над асфальтом поднялась крышка люка и, качнувшись, упала в сторону. К небу взвилось облако, издали напоминавшее клубы пара. За облаком из люка возник, чихая и кашляя, до невозможности чумазый человек. Грязные лохмотья болтались на тощем теле. На мгновение Смитбеку показалось, что это Стрелок-Радист – парень, который сопровождал его к Мефисто.
Рядом со Смитбеком кто-то громко втянул в себя воздух. Обернувшись, он увидел, что миссис Вишер остановилась.
– Что это? – шепотом спросила она, глядя на появляющихся из-под земли дикарей.
И тут – уже ближе к демонстрантам – открылся второй люк, и из него выскочили несколько истощенных, кашляющих и утративших всякую ориентировку людей. Смитбек, не веря своим глазам, смотрел на немыслимо грязных типов. Спутанные патлы и корка грязи на лицах не позволяли определить не только возраст, но и пол выходцев из преисподней. Некоторые сжимали в руках обрезки труб, металлические прутья и сломанные полицейские дубинки. На голове одного из подземных жителей красовалось нечто похожее на совершенно новую полицейскую фуражку. Демонстранты, уже достигшие Бродвея, остановились, чтобы не пропустить ничего из необычайного спектакля. Толпа гудела. Пожилые, элегантно одетые люди тихонько ворчали, а юные «белые воротнички» и бойкие клерки визжали и вопили, выражая тем самым восторг или презрение. Из входа на станцию подземки поднялось облако зеленоватого дыма и выскочила еще одна группа бездомных. Из люков на мостовой и из метро появлялись все новые и новые люди. На Коламбус-сёркл начала формироваться армия из оборванцев, которые быстро переходили от растерянности к враждебности.
Один из бездомных выступил вперед и уставился на первые ряды демонстрантов. Затем он издал яростный рев и словно жезл воздел над головой длинный металлический прут.
Из глоток оборванцев вырвался громкий вопль и, отвечая на призыв своего вождя, они выбросили вверх руки. Смитбек успел заметить, что в каждой руке что-то было – камень, кусок бетона или железка. На многих лицах виднелись синяки и порезы. Создавалось впечатление, что все они уже готовы к схватке – или только что вышли из битвы.
«Что за чертовщина? – подумал Смитбек. – Откуда вдруг возникли эти типы?» На какой-то миг он решил, что является свидетелем хорошо подготовленного массового ограбления. Но тут же вспомнил, как Мефисто, скрываясь в темноте, сказал ему: «Мы найдем способ сделать так, чтобы наши голоса услышали».
«Только не сегодня, – подумал он. – Хуже времени для этого выбрать невозможно».
Небольшой клуб дыма достиг демонстрантов, и они тут же принялись кашлять, лихорадочно хватая воздух широко открытыми ртами. У Смитбека началась резь в глазах, и он наконец понял: то, что он принял за пар, на самом деле оказалось слезоточивым газом. Чуть дальше, в глубине пустынного Бродвея, из запасного выхода подземки выползли и, спотыкаясь, побрели к далеким полицейским машинам несколько копов в грязной и разорванной униформе. «Черт побери! – подумал Смитбек. – Там, внизу, видимо, произошло что-то очень серьезное».
– Где Мефисто? – заорал кто-то из бездомных.
– Я слышал, как за ним гнались! – ответил другой.
Толпа угрожающе зашевелилась.
– Грязные свиньи! – раздался чей-то крик. – Они его наверняка замочили!
– Что делают здесь эти мешки с дерьмом? – поинтересовался позади Смитбека чей-то юный голос.
–
Смитбек услышал смех и улюлюканье.
– Ме-фи-сто! Ме-фи-сто! – скандировала разъяренная толпа оборванцев.
– Они его уби-и-или! – завизжала какая-то женщина. – Эти сволочи убили его!
Человек, который выступил вперед, взмахнул своим металлическим жезлом и закричал:
– Они за это заплатят! Теперь им от нас не уйти!
Он воздел руки к небу и крикнул:
– Они травили нас газом!
Толпа ответила ему яростным ревом.
– Они разрушили наше жилье!
На Смитбека накатилась новая волна воинственного рева.
– А теперь мы уничтожим их дома! – И предводитель метнул железный прут в стеклянную стену банковского офиса. Стекло разлетелось вдребезги. Сработал сигнал тревоги. Впрочем, вой сирен тотчас утонул в реве толпы.
– Эй! – закричал кто-то позади Смитбека. – Видели, что сделал этот ублюдок?
Бездомные швыряли все, что попадало им под руку, в окна протянувшихся вдоль Бродвея домов. Все больше и больше оборванцев появлялись из люков, вентиляционных отверстий и станций подземки, заливая своей слепой яростью Бродвей и Западную улицу Центрального парка. Сквозь крики толпы доносился вой сирен «скорой помощи». Весь асфальт был уже усыпан яркими блестками битого стекла.
Смитбек вздрогнул от неожиданности, услышав усиленный динамиком голос миссис Вишер.
– Вы видите это? – Ее слова, отразившись от фасадов зданий, эхом прокатились по Центральному парку. – Негодяи хотят разрушить все то, что мы стремимся сохранить!
Из толпы демонстрантов раздались крики возмущения. Смитбек снова огляделся и увидел, как пожилые демонстранты – главные сторонники миссис Вишер – переговариваются между собой, указывая в сторону Пятой авеню и Западной улицы Центрального парка. Они явно предпочитали удалиться, пока не началась драка. Другие, более юные и воинственные участники марша, что-то выкрикивали, протискиваясь в первые ряды.
Повсюду суетились телеоператоры, наводя свои камеры то на миссис Вишер, то на бездомных.
А толпа оборванцев двинулась по улице, сквернословя, выкрикивая угрозы и бросая в окна метательные снаряды, запасы которых непрерывно пополнялись из стоящих вдоль домов урн и мусорных ящиков.
Миссис Вишер посмотрела на море своих сторонников, простерла руки и тут же крепко сжала их вместе, словно обнимая демонстрантов и приглашая их под свои знамена.
– Взгляните на эти отбросы общества! Неужели именно в эту ночь мы позволим им восторжествовать? – В наступившей мгновенно тишине она обвела демонстрантов полувопросительным-полуосуждающим взглядом. Передовые ряды бездомных, услышав ее громовой голос, звучавший одновременно из десятков громкоговорителей, в замешательстве начали останавливаться.
– Ни за что! – донеслось в ответ из толпы демонстрантов.
Со смешанным чувством восторга и ужаса Смитбек смотрел, как миссис Вишер медленно поднимает руку над головой и затем резко, командным жестом, выбрасывает ее вперед, указывая холеным пальцем с ногтем, покрытым дорогим лаком, на толпу бездомных.
– Вот те люди, которые хотят уничтожить наш город! – выкрикнула она.
– Только посмотрите на этих ублюдков! – завопил, выскочив из толпы демонстрантов, какой-то молодой человек. За его спиной сбилась шумная группа юнцов. От бездомных их отделяло не больше десяти футов. – Иди работать, ты, задница! – крикнул Молодой предводителю оборванцев.