Чтение онлайн

— Оно подлинное, — ответил журналист. Йоргенсен пристально поглядел на обоих. Потом вернул письмо Смитбеку.

— Мне ничего об этом не известно. Наступило молчание.

— Оно из ящика, который Джон Уиттлси прислал из амазонской экспедиции семь лет назад, — с надеждой сказал Смитбек.

Йоргенсен продолжал глядеть на них. Через несколько секунд вновь повернулся к мотору.

Некоторое время они смотрели, как старик возится с ним.

— Извините, что оторвали вас от работы, — сказала Марго. — Очевидно, мы выбрали неудачное время.

— От какой

работы? — спросил тот, не оборачиваясь.

— Которой вы заняты, — ответила Марго. Йоргенсен внезапно издал какой-то лающий смех.

— Этой? — Он снова повернулся к молодым людям. — Это не работа. Просто сломанный пылесос. После смерти жены домом приходится заниматься самому. Эта чёртова штуковина вчера перегорела. Пришлось принести её сюда, потому что здесь у меня все инструменты. А работы сейчас мало.

— Относительно этого письма, сэр… — напомнила Марго.

Йоргенсен сел на скрипучий стул, откинулся назад и уставился в потолок.

— Я не знал о его существовании. Изображение сдвоенной стрелы служило как бы фамильным гербом Уиттлси. И почерк его. Оно пробудило у меня воспоминания.

— Какие? — жадно спросил Смитбек. Йоргенсен, раздражённо нахмурясь, смерил его взглядом.

— Вас это не касается, — отрезал он. — Или по крайней мере я не знаю, почему это может касаться вас.

Марго взглядом велела журналисту молчать.

— Доктор Йоргенсен, — заговорила она. — Я аспирантка, работаю над диссертацией под руководством доктора Фрока. Мой коллега — журналист. Доктор Фрок полагает, что экспедиция Уиттлси и присланные ящики имеют отношение к убийствам в музее.

— Проклятие? — спросил старик, театрально приподняв брови.

— Нет, — ответила Марго.

— Рад, что вы в него не верите. Никакого проклятия не существует. Если не называть проклятием смесь алчности, человеческой глупости и зависти учёных. Не требуется никакого Мбвуна, чтобы объяснить…

Йоргенсен не договорил.

— Почему вас это так интересует? — с подозрением спросил он.

— Что объяснить? — встрял Смитбек. Йоргенсен неприязненно посмотрел на него.

— Молодой человек, если вы ещё раз откроете рот, я попрошу вас уйти.

Журналист прищурился, но промолчал. Марго подумала, стоит ли излагать в подробностях теории Фрока, говорить о следах когтей, о повреждённом ящике, и решила, что не стоит.

— Нам кажется, тут есть связь, на которую никто не обращает внимания. Ни полицейские, ни служащие музея. В этом письме упоминается ваша фамилия. Мы надеялись, вы сможете рассказать нам кое-что об экспедиции.

Йоргенсен протянул узловатую руку.

— Можно взглянуть на письмо ещё раз? Смитбек нехотя протянул конверт. Йоргенсен вновь пробежал листок глазами, словно впитывая в себя воспоминания.

— Было время, — пробормотал он, — когда я не захотел бы говорить об этом. Точнее сказать, побоялся бы. Кое-кто мог добиться моего увольнения. — Пожал плечами. — Но в моём возрасте пугаться особенно нечего. Разве что одиночества.

Не выпуская из рук письма, он неторопливо кивнул Марго.

— И

я бы отправился в ту экспедицию, если в не Максуэлл.

— Максуэлл? Кто он? — опять не выдержал Смитбек.

Йоргенсен бросил на него взгляд.

— Я управлялся и с более крупными журналистами, чем вы, — резко сказал он. — Вам было велено молчать. Я разговариваю с дамой.

И снова повернулся к Марго.

— Максуэлл был одним из руководителей экспедиции. Как и Уиттлси. Позволить Максуэллу пробиться наверх, сделать их равноправными начальниками было ошибкой. У них с самого начала пошли разногласия. Полной власти не имел ни тот, ни другой. Победа Максуэлла явилась моим поражением — он решил, что в экспедиции нет места для ботаника, то есть для меня. А Уиттлси пришлось ещё хуже. Присутствие Максуэлла мешало осуществлению его тайной цели.

— Какой? — спросила Марго.

— Отыскать племя котога. Существовали легенды о неизвестном племени, живущем на тепуи, большом плато над тропическим лесом. Хотя это место не было исследовано учёными, считалось, что племя вымерло, что там сохранились только реликты. Уиттлси в это не верил. Он хотел стать открывателем этого племени. Единственным препятствием было то, что местное правительство не позволяло ему обследовать тепуи. Чиновники заявили, что тепуи сохраняется для отечественной науки. Янки, убирайтесь домой.

Йоргенсен потряс головой и фыркнул.

— Так вот, на самом деле «сохранялось» плато для разграбления, хищнического опустошения земли. Разумеется, местное правительство было знакомо с теми же слухами и легендами, что и Уиттлси. Если там и жили индейцы, правительство меньше всего хотело, чтобы они мешали лесной и горной промышленности. В общем, экспедиции пришлось двигаться с севера. Это очень неудобный маршрут, зато далёкий от запретной зоны. Подниматься на тепуи было запрещено.

— А котога всё ещё существовали? — спросила Марго.

Йоргенсен медленно покачал головой.

— Мы никогда этого не узнаем. Правительство что-то обнаружило на этом тепуи. Может быть, золото, платину, нетронутые россыпи. Спутники сейчас дают огромные возможности. В общем, весной восемьдесят восьмого тепуи сожгли с воздуха.

— Сожгли? — переспросила девушка.

— Начисто выжгли напалмом, — подтвердил Йоргенсен. — Способ варварский и очень расточительный. Огонь вышел из-под контроля, распространился, джунгли пылали несколько месяцев. Туда проложили дорогу по лёгкому маршруту, с юга. Завезли японское гидравлическое оборудование для строительства шахт и буквально смыли громадные части горы. Наверняка вымывали золото, платину или что там было цианистыми смесями, яд стекал в реки. Там ничего не осталось, абсолютно ничего. Вот почему музей не отправил второй экспедиции на поиски первой.