Реликт
Шрифт:
Зрение инопланетного существа отличалось от человеческого, его восприятие смещалось к оттенкам серого, создавая стойкое ощущение просмотра неимоверно древней видеозаписи.
Впрочем, Отто не успел толком удивиться.
В поле зрения внезапно попала человеческая фигура. Странно, но в отличие от устойчиво стереотипного представления об обитателях «дна» большого города этот человек был одет вполне прилично и выглядел опрятно, по крайней мере со спины…
В следующую секунду незнакомец повернулся, очевидно, ощутив присутствие чуждого существа,
— Саша, прервись на минуту! — не в силах скрыть охватившее его возбуждение, приказал Отто, зафиксировав изображение.
Сотканная из воздуха сфера стекголографа тут же разделилась на две половины. Справа осталось изображение андроида, а слева, подчиняясь мысленному приказу хозяина, кибернетическая система начала стремительный поиск в базе данных, пока не обнаружила визуальное совпадение образов.
Фон Раух с замиранием сердца прочел лаконичные данные, развернутые под изображением человекоподобной машины:
«Бытовой андроид, серия Х-BD12U. Данная модель выпускалась на Земле, в период Великого Исхода. Предназначалась для комплектации колониальных транспортов…»
Дальше следовали технические характеристики, которые фон Раух, как любой уважающий себя антиквар, знал наизусть.
«Подумать только… Неужели этот дройд с самого «Кривича»?» — промелькнула в голове шальная мысль.
Судя по динамике переданных инсектом мысленных образов, человекоподобный механизм был исправен.
У фон Рауха пересохло в горле, когда он попробовал хотя бы приблизительно прикинуть стоимость такого раритета.
— Саша, спроси, что предлагает насекомое? Он хочет продать нам робота?
После некоторой паузы имплант передал ответ Замятина:
— Насколько я понял, андроид функционален, самостоятелен и даже опасен. У него работает третий уровень программной свободы. Поэтому инсект никак не может продать нам его. Он предлагает указать место, где обитает данная машина.
— Что он хочет? Пусть назовет цену.
На этот раз пауза оказалась значительной.
— Ему необходимо покинуть Элио и добраться до населенных миров скопления О’Хара.
— Почему он просто не обратится в Совет Безопасности Миров? — по инерции спросил фон Раух.
— Это из-за андроида.
— Не понял?
— Сейчас попробую показать. — Замятин повернулся к инсекту, и в глубинах стереомонитора внезапно возникла иная картина.
Насекомоподобное существо медленно брело вдоль кромки воды по старой набережной.
Над головой высились своды, поддерживающие первый ярус основания исполинского города. Среди посеревших от времени стеклобетонных конструкций длинной, похожей на шрам полосой выделялись недавно сделанные отливки.
Комментировать причину возникновения такой вставки не было нужды, и фон Раух, и Замятин прекрасно понимали, что перед ними след, оставшийся после бесноватой атаки Харамминов на столицу
— Так, Саша, стоп!.. — запротестовал фон Раух, осознав логику изображения. — Он дает нам понять, что входил в состав десанта, атаковавшего Элио?
Замятин поставил мысленный блок, ответив своему работодателю через устройство внутренней связи:
— Вы угадали.
— Это возможно? Сколько вообще живут инсекты?
— Вопрос неоднозначный.
— Ну, ты ведь изучал ксенологию.
— Срок жизни инсектов зависит от фазы развития, в которой пребывает рассудок конкретного существа. Если особь разумна, она имеет среднюю продолжительность жизни порядка пятидесяти лет. В противном случае они живут от силы год или два.
— Не понял.
— Это механизм выживания, выработанный эволюцией. Если плотность населения высока, то подавляющее большинство особей останавливается в развитии. Обычно такими перенаселенными общинами руководят десять-пятнадцать разумных насекомых. Остальные пребывают в стадии регресса, пока не наступят благоприятные условия, например, не будет отвоевано или освоено новое жизненное пространство.
— И кто, по-твоему, составлял костяк высадившегося на Элио десанта?
— Естественно, исполнители, — не задумываясь, ответил Замятин. — Обычная практика для инсектов, а что касается конкретно атаки на Элио, то здесь и гадать нечего, все выяснилось в ходе специального расследования. Кроме управлявших серв-машинами Харамминов, в состав десанта входило три сотни инсектов, среди которых лишь десять особей являлись разумной формой. Остальные слепо повиновались их приказам.
— То есть перед нами случайно выживший инсект, который, оставшись в одиночестве, постепенно развился до уровня мыслящей особи?
— Вы делаете успехи в ксенологии. Именно так.
— Послушай, Саша, я, конечно, не знаком лично с обитателями дна, но могу представить, что там живут далеко не самые рассудительные и миролюбивые люди.
— Хотите узнать, почему они не замочили ксеноморфа? — усмехнулся Замятин.
— А почему они стали бы его терпеть?
— Из-за андроида. Если я правильно понял, перед нами модель серии «Хьюго»?
— Откуда такие глубокие знания?
— Все просто. Я когда-то был мальчишкой. Фильмы о первых колониях и Галактической войне достаточно полно раскрывают роль подобных механизмов в истории освоения планет и противостояния новых миров с метрополией. Наверное, я не ошибусь, предположив, что этот дройд помнит первые дни после посадки «Кривича» на Элио. К тому же у него работает программная оболочка третьего уровня, что подразумевает полную свободу действий и инициирует процесс саморазвития, верно?