Рекрут

Т. Хмельницкая

РЕКРУТ

Аннотация: Жизнь иногда преподносит сюрпризы, всем без исключения. Кто мог подумать, что заказчиком в очередном деле будет правительство? Как выяснилось — это проверка. Я доказала что способна на многое и потому мне сделали предложение: поработать на государство. Оплату гарантировали. Естественно отказалась, но они смогли заставить. Два года работы в «Особом подразделении» в обмен на свободу брата заключенного в тюрьму строго режима. Но это не все. Предстояло работать в команде с совершенно неизвестными мне людьми

и бороться за то, чтобы выбрали наш отряд. Стоило ли соглашаться?

пролог

Десять лет назад

— Бей ее, Бари! Бей!

Крики оглушали. Я осмотрелась. Воспитанники интерната замолчали и уставились на меня. Удивительно, они образовали почти ровный круг, точно арену. Как только смогли уместиться на небольшой площадке на заднем дворе школы? Не понятно, хотя простора достаточно для хорошей взбучки. В центре только я и здоровяк. Похоже, его звали Бари. Ребяткам хотелось зрелищ? Согласна с ними, жизнь в этом гнилом заведении под красивым названием «Утренняя звезда» пресна и однообразна. Я здесь две недели и то от скуки не знала, куда себя деть, а они тут годами жили. Вела себя тихо все это время, не с кем не связывалась. Старалась, чтобы меня не замечали преподаватели и ученики. Похоже, пора переходить к активным действиям, или поговорить с ним для очистки совести?

Посмотрела на противника. Огромные, непропорциональные другим частям лица глаза, горели ненавистью и превосходством. Тонкие губы искривились в ухмылке. Черные кудри красивой волной лежали в стрижке. О, парень не шутил! Он жаждал надрать мне задницу. Раз есть такое желание, то разговоры не помогут. Что я ему сделала, чтобы вызвав такие эмоции спрашивать бесполезно. Да и стоило ли задаваться этим вопросом, если собралась такая толпа? Им нужна драка, они ее получат.

— Ну, чего надо? — не удержалась я.

Претило мне сразу кулаком в челюсть бить. Брат всегда учил искать компромисс. От меня не убудет поинтересоваться у парня, чем насолила ему, а у человека появится несколько дополнительных минут побыть без увечий.

— Дочь героев, значит, — самодовольно окрестил Бари.

Он гулко харкнул и сплюнул себе под ноги липкую гадость. Невольно поморщилась. Элитный интернат, на хорошем счету при «Опекунском совете», а правилам этикета «детишек» не научили. Надо будет жалобу написать, чтобы знали куда отправляли. Хотя, уже не первый интернат за три месяца, и не первый побитый мной противник. Что же их так всех задевало во мне? Спрашивала, да никто отвечать не желал.

— Это все? — нагнулась и положила сумку возле ног. Предпочитала, чтобы руки были свободными.

— Нет.

— Жаль, — искренне сказала я.

— Что тебе жаль, убогая? — нагло заявил парень.

Пожала плечами. Очень содержательная беседа у нас получалась, и начала утомлять. Окинула взором собравшихся ребят. Ухмылки на лицах, кто-то общался друг с другом и поглядывал на меня. Они ждали представления, а я все тянула. Пора дать «деткам» то, что они хотели.

— Не желаешь разговаривать? — начал парень.

— Не собираюсь, — согласилась я.

М-да, интеллектом противник не блистал. Еще немного и сама попрошу о стычке. Может, стоило что-нибудь добавить, чтобы спровоцировать Бари? «Не хочу, меня от тебя тошнит», — чем не отличный повод помахать кулаками? Да, надо что-то добавить. Или…

— Придется, тварь! — разозлился Бари.

Наконец-то! Думала, этого

никогда не произойдет. Главное подпустить противника ближе, чтобы ни у кого из руководства интерната не возникло мысли, что первой начала бой. Возможно, ученики не знали, или не замечали мерто-камер, которыми усыпаны все деревья в парке, словно плодами. В этом интернате стоило задержаться. Брат писал, что скоро заберет к себе. Хотелось не создавать ему проблем в поисках меня по казенным заведениям.

Бари быстро сократил расстояние между нами, схватил за волосы и оттянул мою голову назад. Больно. Все эти парни, живущие в подобных заведениях, одинаково себя вели. Набрасывались, за кудри дергали, в лицо свирепо пыхтели. Их этому специально учили?

— Отпусти, — прошипела я, накрыв своей ладонью, кулак Бари в моих волосах.

— Еще чего? Сучка! — ухмыльнулся он. — Ты мне ботинки языком вылежишь, а потом я подумаю.

— Ладно, — свирепея от боли, сказала я. — Сам напросился.

Совесть чиста, даже перед поборником компромиссов моим братом Стасом и противным руководством интерната. Кто увидит эту съемку, не смогут расценить мое поведение, как провокационное. Была скромна, будто агнец.

Удар локтем в бок сбил дыхание противника. Бари инстинктивно отпустил локоны. Этого и добивалась. Отскочила. Бари справился с болезненностью после удара и, сжав кулаки, одну руку держал для защиты лица, вторую – на уровне груди для атаки. Похоже, парень серьезно занимался боевыми искусствами. Ладно, не такого повидали…

Кружили по центру, прицениваясь друг к другу. Поняла недостатки соперника быстро. Подвижности в его теле мало. Основной удар постарается нанести, вложив всю силу в плечевую область. Так проще задавить меня, помогая себе тяжестью собственного тела. Скорее всего, это будет выпад и удар сверху. Он облегчил мне задачу, пусть на себя и пеняет.

Бари перешел к атаке. Как и думала, он набросился на меня всем телом. Вероятно, учителя по бою ему только защитной стойке обучили. Все остальное – полное отсутствие техники. Выпад он сделал грязно. Я присела, ушла от кулака. Снизу провела два коротких удара по ребрам. Парень согнулся. Поднялась и, ухватив Бари за волосы и куртку школьной формы, три раза врезала коленом в живот. Противник задыхался. Сипя, пытался вдохнуть порцию воздуха. Нет, парень, в пыли тебе валяться сегодня придется. Никогда не ценила красивые слова нотации врагу, предпочитала довести бой до конца. Самое лучшее из наставлений – боли в мышцах, ссадины и синяки.

Сцепила руки в замок и резко опустила локти на хребтину одноклассника. Он свалился мне под ноги, затих. Любоваться распластанным противником развлечение так себе. Мне жалко парня, ведь не ожидал получить отпор. Вероятнее всего, хотел унизить в назидание другим. Видя его кровавые слюни возле лица на гладкой поверхности площадки, стало вдруг противно за себя. Стас, где же тебя носило? Я устала отстаивать себя, защищаться от нападок. Шестой интернат за три месяца и везде одно и то же: меня ненавидели из-за родителей. Почему? Мама и папа умерли, пусть и геройской смертью. Ордена не заменять близких людей. Они погибли и никогда не прилетят из экспедиции. Рейс в один конец. Зачем все эти люди вокруг так злились? Много раз задавала себе этот вопрос, но на него нет ответа. Все бы отдала за возможность еще раз увидеть папу, прикоснуться к маме. Но вместо них, горстка пепла на далекой планете – Тахряне.