Регент
Шрифт:
Старший охранник остановился и схватился рукой за сердце.
– Что такое, господин лейтенант? – воскликнул один из его подчиненных.
– В сердце кольнуло. – Старший охранник потер грудь с левой стороны. – Ладно, двинулись! Вперед, арестованный!
Вторая левая и обе правых «руки» Осетра протянулись к подчиненным господина лейтенанта, и те тоже замерли и схватились за грудь.
– Что за черт! И меня в сердце кольнуло!
– И меня!
– И меня!
Осетр обволакивал и баюкал их, словно собственных детей.
– Куда вы меня ведете, господа?
– Пока велено на прежнее место, в гостевую комнату, – ответил старший охранник. – До особого распоряжения!
Он говорил так же негромко, как и Осетр.
В гостевую комнату – это очень удачно. Это означало, что с ходу его искать не станут. По крайней мере, пока охранник-кормилец не принесет узнику обед.
– Отставить сопровождать арестованного всем четверым! Один идет в гостиницу и забирает в моем номере мою повседневную форму. Приносит в гостевую комнату.
Пытаться бежать в белом парадном мундире – не самый умный поступок. Этаким петухом он в любой толпе будет заметен…
«Дети» послушались «папочку». Один охранник убрался с глаз долой, трое повели арестованного по запланированному маршруту.
Вошли в гостевую.
– Отдыхать!
«Дети» отдыхали, пока не появился отправленный в гостиницу.
Увы, он пришел с пустыми руками.
– Вещей нет, – сказал он. – Их забрали.
Надежда переодеться не сбылась.
Да и было бы странно рассчитывать, что про вещи забудут те, кто его вчера арестовал. Это попахивало непрофессионализмом.
Попробовать отыскать их? Нет, опасно разгуливать по дворцу. К тому же вещи наверняка содержатся в помещениях охраны. Соваться в осиное гнездо? Нет уж… Придется оставаться в парадной форме.
Он разбудил «детей».
– Отставить отдых! Ведите меня наружу, на стоянку мобилей. Получен приказ передать узника представителям министерства имперской безопасности. И вы выполняете этот приказ.
– Есть! – отозвался старший охранник.
Осетра вывели из гостевой (с командами «К стене, арестованный!»), повели прочь, повернули в какой-то коридор. Сопроводили до лифта.
Сначала казалось не очень просто смотреть под ноги обычным взглядом и видеть серые фигуры необычным. Кроме того, две левые руки то и дело стремились слиться в одну, бросив своих подопечных. Да и правые от них не отставали. Но скоро Осетр приспособился, и дело пошло на лад.
Однако когда процессия вышла из лифта и оказалась в знакомом холле, где размещался дежурный наряд внешней охраны, Осетр понял, что сейчас появятся проблемы.
И они появились.
Навстречу процессии шагнул тип с погонами майора.
– Стоп! Что за шайка-лейка?
Старший из сопровождающих Осетра охранников подошел к нему и доложил:
– Ведем арестованного на стоянку мобилей, господин майор. Велено передать в руки представителей
Майор явно собирался заявить, что ему ничего не известно о подобном приказе, а потому он задерживает всю гоп-компанию до тех пор, пока не получит подтверждения от руководства дворцовой охраны. А точнее – лично от подполковника Евстафьева.
Однако понимавший, что сейчас последует, Осетр не дремал. Он принимал кардинальные меры – одна из правых «рук»-щупалец раздвоилась, и вновь родившееся щупальце тут же обняло туманную фигурку майора и поглотило ее.
– Пропустить всех пятерых! – чуть слышно сказал Осетр, наклонившись к майору. – И немедленно забыть обо всем, что видели.
Тот повернулся к своим подчиненным:
– Пропустить!
Через мгновение входная дверь дематериализовалась, открыв доступ наружу.
Осетра вывели из дворца.
Стало зябко.
Но холод для «росомахи» не смертелен. Не минус пятьдесят, всего-то градуса три…
Охранники сразу свернули влево и повели Осетра по дорожкам дворцового парка, среди покрытых снежными шапками деревьев.
Он заволновался, поскольку вчера их с Найденом привезли вроде бы совсем в другое место.
Правда, ослушаться приказа охранники не могли, а значит, волноваться вряд ли стоило. Сомнительно, чтобы арестованных возили на тех же машинах, что и гостей, прибывших получать императорские награды.
Так оно и вышло. Оказалось, его привели на стоянку вспомогательного транспорта.
– Где представители министерства имперской безопасности? – спросил старший охранник.
– На стоянке маршрутных глайдеров, следующих в столицу, – сказал Осетр. – Там нас ждет служебная машина министерства.
Один из охранников сел на место водителя. Остальные сопроводили Осетра в салон мобиля и загрузились сами.
Машина заскользила прочь от дворца по прямой, как стрела, дороге.
Через пять минут они оказались на стоянке глайдеров.
Осетр был готов к изменению обстановки.
– Вы, господа, и есть представители министерства имперской безопасности. Вам надлежит доставить меня в столицу.
Подошли в одному из малых глайдеров, стоящих в стороне. Сунулись к пилоту.
Осетр снова использовал пятую «руку», которая за время поездки превратилась в рудимент. Ей пришлось снова вырасти и на сей раз обнять пилота.
Пилоту объяснили задачу.
– Мне надо доложить диспетчеру, – сказал тот.
Эта новость оказалась неожиданной для Осетра. Впрочем, он быстро нашел выход.
Пилот доложил диспетчеру, что возникла неисправность и ему требуется смотаться на базу. И был без проблем снят с маршрута.
Глайдер поднялся в воздух и неторопливо устремился к столице.
А Осетр, откинувшись на спинку кресла и, не забывая держать сопровождающих в туманных объятиях, стал размышлять, что ему предпринять дальше.