Чтение онлайн

Лицо Маэта вытянулось.

– Повторяю, в случае опасности уничтожь их. Никто не должен знать, что у нас есть эти свитки.

– Будет сделано, твое величество. Когда мне выезжать?

– Завтра. Проконсультируйся с Коменом и своим отцом, сколько человек свиты тебе полагается по рангу. Возьми с собой несколько ишибов: Аррал тебе их выделит. Завтра утром все бумаги и верительные грамоты будут готовы. Да, вот еще: с тобой поедет Манк. Он сменит тебя на посту посла в Фегриде, когда все будет закончено. Ты и Иашт подберете ему хорошего советника. Манк хоть и пьяница, но пьяница без инициативы. Советник поумнее сможет полностью держать его в руках. Когда все сделаете, возвращайтесь. Еще есть вопросы?

– Нет, твое величество.

– Тогда

ступай. И позови ишибов моей охраны Регена и Антека. Они в соседней комнате.

Когда Маэт вышел, Михаил задумался. Ему не понравилась реакция Инкит на портрет и его слова. Но какой у него был выход? Если бы он знал это… Конечно же, Михаил догадывался, что рано или поздно Инкит станет предъявлять на него претензии, хотя и рассчитывал этого избегать. Он вполне понимал эту девушку, но иначе поступать не мог. С другой стороны, расставаться с Инкит ему тоже не хотелось. Она ему нравилась. Иногда даже очень сильно нравилась. Ее молодость, порывистость, чистота, чувственность… Его очень сильно тянуло к ней. Возможно, как раз потому, что она обладала тем, чего не было у него.

– Твое величество? – раздался голос вошедших ишибов от дверей.

Реген и Антек остановились там, ожидающе глядя на короля. Будучи ишибами его личной охраны, они обладали некоторыми привилегиями. В частности, имели право заговорить первыми, до того, как король обратится к ним.

– Проходите, – сказал Михаил, – Вы очень хорошо зарекомендовали себя за время, проведенное у меня на службе. Поэтому я предлагаю вам повышение. У меня есть две вакантных должности. Одна – начальник моей личной охраны, вторая – тайный посол, доверенное лицо и советник.

Вошедшие ишибы с интересом слушали короля. Им было очень любопытно, кто из них займет одну должность, а кто – другую. Но Михаил сумел удивить их еще больше.

– Но так как вы знаете друг друга и себя гораздо лучше, чем я знаю вас, – продолжил король, – То предлагаю вам поразмыслить над выбором самим. Конечно, я могу принять иное решение, но хотелось бы узнать и ваше мнение. Подумайте, кто из вас больше подходит для должности начальника охраны, а кто – тайного посла и советника. Эти должности примерно равны по значению, но требуют совершенно разных качеств и талантов. Каких – можете сами догадаться. Есть вопросы?

– А когда мы должны… решить? – поинтересовался Антек.

– Можно прямо сейчас. Но я думаю, что это будет затруднительно. Поэтому у вас есть срок до вечера. Этим вечером посол, кто бы он ни был, получит свое первое задание.

Вопросов больше не было. Ишибы поклонились и вышли. Михаилу тоже было любопытно, какой выбор они сделают. Антек был очень высокий и обладал броской внешностью: ярко-рыжие волосы в сочетании с массивными чертами лица придавали ему сходство с викингом. И по характеру он был гораздо спокойней Регена. Реген вообще постоянно находился в движении. Казалось, что застыть неподвижно хоть на миг – для него невыполнимая задача. Двигались его руки, ноги, голова… Если от него не требовалось стоять на одном и том же месте, то он предпочитал ходить взад и вперед. Не будь этой привычки, то Реген являлся бы идеальным кандидатом на должность какого-нибудь разведчика – его внешность была настолько неброской, что взгляд незнакомого с ним человека скользил по нему, не делая попытки задержаться хотя бы на пару секунд.

Оба ишиба обладали примерно одинаково развитым абом.

Рассуждая логически, Антек с его представительной внешностью был просто создан для должности начальника охраны. А Реген с его незаметностью и беспокойностью – для должности тайного посла. Но Михаил недаром поручил им самим сделать выбор. Он допускал, что ишибы обладают, возможно, какими-то скрытыми качествами. Которые могли бы оказаться более полезными, чем простое соотношение внешность/характер.

Охотник

нуждается в оленях, рыболов – в рыбе, а полиция – в преступниках (речь некоего убийцы перед казнью)

– Если твое величество не передумал принять участие в разгроме преступных кланов, то мы готовы начать, – сказал Комен Михаилу, когда солнце уже скрылось за горизонтом.

– С каких кварталов начнем? – спросил король.

– С самых бедных, – ответил Комен, – Их тут много.

Белокаменный Парм не был огромным городом, с точки зрения Михаила. Численность населения составляла около трехсот тысяч. Причем, большая часть проживала в бедных кварталах, что, по мнению Комена, автоматически заносило их в разряд подозреваемых в связи с преступным миром. Впрочем, насчет всеобщей бедности у Михаила были свои планы, которыми он хотел заняться после заключения прочного мира.

– Тогда пойдем, – произнес король, – Чем раньше начнем, тем раньше закончим с этим неприятным делом.

В тот злополучный день Аунет Ратен находился в трактире. Что не было случайностью – в это время практически в любой день его можно было найти там. Если, конечно, знать, как он выглядит.

Аунет Ратен был личностью, довольно известной в определенных кругах Парма. Можно даже сказать, что гораздо больше людей слышали о нем, чем общались с ним или хотя бы видели издалека. Аунета эта ситуация не только устраивала – он к ней стремился. Потому что возглавлял один из наиболее крупных преступных кланов в городе. Его 'подчиненными' являлись воры, нищие и сводники. Аунет старательно избегал насилия без нужды, потому что считал, что с мертвого в любом случае много не возьмешь. Глава клана не привечал грабителей и убийц, но в необходимых случаях мог воспользоваться их услугами.

Аунет Ратен, в силу своей профессии, старался быть в курсе самых последних событий, чего бы они ни касались. Поэтому он одним из первых узнал о появлении в стране самозванца. И, может быть, самым первым сумел правильно оценить угрозу как для власть предержащих, так и для своего бизнеса.

Когда принц Нерман обосновался в Сцепре, то Аунет постарался получить наиболее подробную информацию о деятельности того. Она производила впечатление. За какие-то несколько недель пребывания там принц навел порядок, близкий к идеальному. Самые злачные кварталы Сцепры превратились в места благополучия, где царили тишь да гладь. Солдаты Ферена, а потом и полицейские Комена, регулярно патрулировали улицы. Странные судейские коллегии, представленные всеми сословиями, не брали мзду, а отправляли преступников либо в тюрьму, либо на виселицу. В тюрьме, впрочем, они тоже не задерживались. Им предлагался выбор: идти в солдаты в те отряды, которые находились большей частью в авангарде атаки, заниматься очень тяжелой работой либо на благо города, либо обрабатывать поля вместе отпущенных рабов. Многие выбирали армию, мечтая если не сбежать, то хотя бы преуспеть в военной карьере. Их мечты, в целом, сбылись. Потери в армии принца были минимальны и многие бывшие преступники, среди которых встречались даже знакомые Аунета, оказались на хорошем счету у самого уру Ронела Ферена.

Вообще же Аунет Ратен побаивался таких людей, каким являлся Ронел. В голове Ратена не умещалась мысль о том, как можно жертвовать своей жизнью ради какого-то другого человека, пусть даже и короля. К тому же, насколько Аунет знал историю, Ферены почти никогда не умирали в одиночестве. А нередко прихватывали с собой целые армии. Это Аунету тоже не нравилось. Вообще же, будь на месте уру Ферена какой-то иной человек, он, возможно, не смог бы справиться с тем сбродом авантюристов, из которых состояла в то время армия принца. Но Ферен был упрям, непреклонен и жесток. Он совершенно не ценил ни свою, ни чужие жизни. Солдаты понимали, что только самоубийца мог бы бунтовать с таким командиром. Принц сделал правильный выбор.