RECKLESS
Шрифт:
— Не буду томить тебя. Я приехал, чтобы спросить, не знаешь ли ты о информации, что принадлежит мне? — его взгляд был холоден, и по спине прошлись мурашки.
— Какая информация? — заинтересованно спросила я.
— Послание от твоего отца в прошлом, — опустил он седую бровь. — Очень важная информация, которой должен владеть только я, — он был спокоен, но я почувствовала нотки агрессии.
— Извините, но у меня нет никакой информации, которую мог бы оставить мне отец, — махнула я головой
— Может, твоя мать знает? — начинает подбешивать этот опрос, в котором я вовсе не заинтересована.
— Нет, — резко ответила я. — Я сказала вам все, что знаю. Простите, но мне нужно в школу, — «тонко» намекаю я ему, и он встаёт с дивана.
— Да, Ева, понимаю, — провожаю его до двери и хочу ее уже закрыть, как он кладёт свою руку на мою, пристально смотря мне в глаза. — Если ты вдруг что-то найдёшь или узнаешь, позвони, дитя, — он протягивает бумажку, и я недоверчиво беру ее, сразу же закрывая дверь, запирая ее на два замка.
Аккуратно отодвигаю шторку и смотрю в окно, видя, как от моего дома отъезжают три тонированные машины.
Да что ж за пиздец происходит?
***
25 мая. 2017 года.
— Нура, — хнычу я, свешивая голову с кровати, — я, правда, не хочу туда идти, — медленно перебираю пальцами волосы.
— Ты же знаешь, я тоже не любитель вечеринок, но это последняя тусовка выпускников, — пожала плечами Сатре, когда я подняла голову и приняла сидячее положение.
— Тебя Вильям попросил прийти? — усмехаюсь и вижу согласие в ее глазах, вздыхаю. — Ох, помоги мне выбрать одежду, — она улыбается и открывает шкаф.
Перемерив пол гардероба, Нура дала мне темно-зеленую юбку-карандаш до колен и горчичную майку. Волосы я просто расчесала и сделала небольшие стрелки. Сатре надела легкое белое платье с красной помадой.
На дорогу мы потратили около получаса, идя по тихим улочкам Осло. Нура впервые высказала свое мнение по поводу предложения Вильяма переехать с ним в Лондон. Подруга еще до конца не уверена, но предложение ее заинтересовало. Правда, фраза «Не кидаться в омут с головой» всегда с ней, и за это ей большое спасибо. Вильды нам определенно хватило.
Вообще, у каждого из нас есть своя драма, но никто не уточняет ее размеры. Кому-то она может показаться незначительной, а для тебя самого проблемой мирового масштаба.
Мама всегда учила меня не осуждать людей и верить в свет, который есть абсолютно (?) у всех людей. Просто кто-то может его прятать, но ты обязательно должен пробиться через тьму.
Мама всегда учила меня быть доброй к людям. Несмотря на злость, обиду и ненависть, нужно дать человеку шанс все объяснить и уже потом делать выводы. Дать человеку шанс.
Но шанс на что?
Сделать еще раз больно? Обжечься
Я выросла и теперь не доверяю людям.
The Chainsmokers — Dont let me down
До нас доходят отдаленные звуки музыки, и я понимаю, что мы где-то очень-очень близко. За поворотом и был большой дом, весь в огнях и с громкой музыкой внутри (и не только).
Люди курили на балкончиках, другие находились около большого бассейна. Когда мы зашли внутрь, музыка невыносимо давила на уши. Горячие тела двигались в такт с музыкой, а в руках у многих были красные стаканы, содержимое которых
явно плескалось в разные стороны.
Было очень душно и накурено.
А еще я потеряла Нуру в толпе.
Сто процентов пошла искать своего парня.
У нее хотя бы парень есть, Мун.
Головная боль разрастается и с силой давит на виски. И да, в мою голову лишь пришло одно решение — алкоголь.
Я, как можно аккуратнее, протискиваюсь сквозь танцующих людей и захожу на кухню (?). Открываю окно и чувствую свежий ветерок. Далее беру закрытую бутылку виски и начинаю искать штопор.
Конечно, моей удаче можно только позавидовать. Я начинаю рыскать по всем тумбочкам и полкам, только через некоторое время осознавая, что этот сраный штопор лежит на столе, прямо перед моим носом.
Идеально, блять.
— Да что за хрень? — возмущаюсь я, когда не могу открыть бутылку в третий раз, уже готовая разбить ее к хуям.
Feist — Fire in the Water
Кидаю штопор на стол и подхожу к окну, чувствуя, что свежий кислород распространяется по легким. Впервые, наверное, мне хочется как можно быстрее съебаться с вечеринки и просто лечь в постель.
Забыть все, что обрушилось на меня как снежный ком. Забыть ту боль, которую я чувствую ежесекундно из-за неразделенных чувств к одному мудаку. Все знают его имя, и нет надобности его озвучивать.
Как бы я не старалась не думать об этом, все тщетно. Невозможно забыть его аромат, невозможно забыть взгляд его карих глаз, словно ты значишь для него нечто большее. Невозможно забыть его прикосновения и ехидную улыбку.
НЕВОЗМОЖНОНЕВОЗМОЖНОНЕВОЗМОЖНО.
Тебя вообще ебёт, что я чувствую, Мун?
Поверь, Шистад, меня ебет все, что связано с тобой.
Мне, блять, так противно от одной даже мысли, что если он попросит — я сделаю, приду, что хочешь, но я буду рядом.
Потому что не хочу быть слабым, как ты.
Чувства к тебе делают меня слабой, Крис.
Все, что связано с тобой, делает меня ужасно слабой. Ужасно сентиментальной и чувствительной.
Никогда такая как ты не будет моей девушкой, Мун.
Конечно же не будет, я умнее всех твоих шкур, которых ты имеешь каждый день.